"Фантастика 2026-72". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Все случилось очень быстро. Разведчики не успели даже увидеть, откуда в них прилетел фугас, рванувший с недолетом в пару метров… Ещё один грамотный шаг турка — болванкой он мог промахнуться (и промахнулся бы), но ударивший рядом фугас достал осколками броневик с противопульной броней. БА-11 осел носом на спущенных шинах, движок заглох.
А при повторном запуске лишь вхолостую зазвенел, словно натянутая струна, стартер…
Решающую роль в коротком поединке сыграла и скорость перезарядки. Пока заряжающий Зайцева возился с болванкой, извлекая её из боеукладки, а Кобзев едва ли не вслепую разрядился по дороге осколочной гранатой, освобождая пушку от снаряда, турецкий экипаж уже приготовился к новому выстрелу — а офицер поправил прицел… Его болванка вскрыла нос броневика, словно консервную банку — и вот уже БА-11 младшего лейтенанта стремительно охватывает пламя.
— Азамат, быстрее!
Выдержка изменила Ивану Кобзеву, отчаянно силящемуся поймать турка на прицел — но и противнику требовалось время взять новую цель. Позиции он менять не стал — ведь тогда осман лишился бы самой возможности достать броневик русских… И все же он был готов к новому выстрелу чуть раньше.
Что командир разведывательного взвода не сколько осознал, сколько уловил обострившейся чуйкой…
— Выстрел!
Лейтенанту казалось, что он видел светлячок трассера, летящего ему прямо в лоб. Впрочем, вряд ли это возможно; болванка опережает звук выстрела — и врезается в цель одновременно с грохотом сгорающего в гильзе пороха… Однако болванка турецкого танкиста врезалась в верхний край валуна, прикрывшего броневик Кобзева — и, выбив крошего каменных осколков, срикошетила вверх.
Иван не успел этого понять — он просто отчаянно силился опередить врага и выстрелить первым. И теперь, когда звонко лязгнул казенник, проглатывая бронебойный снаряд, лейтенант поспешно вдавил педаль спуска — уверенный, что все же успел… Это был ключевой момент схватки. Промахнись Ваня — и времени перезарядить пушку уже не хватит. Пусть даже мехвод рванет назад — очередную болванку врага не обогнать, и на узком спуске не сманеврировать… Кобзев это очень хорошо понимал. Вся его жизнь свелась к моменту, когда перекрестье прицела сошлось с башней Т-26 — а перед внутренним взором комвзвода промелькнули лица родных и отдельные образы детства.
Иван успел даже невольно взмолиться, вспомнив слова молитв своего деда — прежде, чем нажать на спуск…
Но он не промахнулся — молодой русский лейтенант родом с Орловщины. Болванка пламенной стрелой трассера рассекла воздух — и с чудовищной силой протаранила тонкую башенную броню, принявшись хаотично рикошетить внутри боевого отделения… Ещё не веря, что обошлось, Иван облегченно выдохнул. Пусть у врага остались ещё два танка — но удобных площадок для того, чтобы развернуть машину и открыть ответный огонь, вблизи осман больше нет. Турки сделали ставку на рывок — в надежде, что подберутся к русским под прикрытием огня своего командира. Но теперь танк его вовсю дымит, а скорости видавшим виды машинам явно не хватает… Лейтенант Кобзев краем глаза отметил, что старшина Максимов всё-таки открыл пулемётный огонь по дороге, прижимая чуть опомнившихся турецких солдат.
После чего хрипло приказал заряжающему:
— Бронебойный…
Глава 9
Алеппо. Французский мандат в Сирии и Ливане.
…- Господин генерал! Срочное послание от турецких союзников!
Генерал французской армии и по совместительству, верховный комиссар в Леванте, Максим Вейган замер за столом — так и не донеся до рта ложечку с кусочком сваренного всмятку яйца. Проварившийся белок был залит практически сырым желтком, словно соусом — одно из любимых блюд генерала в последние годы… Конечно, с куда большей радостью он отведал бы сочный, пышущий жаром антрекот в сливочном масле, с чесноком и розмарином! Но годы, годы берут свое, и есть жирное и сильно жаренное Максиму категорически не рекомендовано… В январе генералу исполнилось семьдесят три — крайне почтенный возраст для военного! Но успевшего уйти в отставку старика вернули на военную службу сразу после того, как Франция объявила войну немецким нацистам.
Именно так теперь говорят. Франция доблестно противостояла немецким нацистам — но не Германии. Также говорят, что французы сделали все, что смогли, когда фюрер напал на Польшу — и в этой лжи таилась своя правда… Французы действительно сделали «все», или практически все, что могли в 1939-м.
С учетом довольно плачевного состоянии грозной на бумаге армии…
Безусловно, с Вейгана сдули нафталиновую пыль лишь для того, чтобы поставить его над сирийскими войсками в далекой от фронта, второстепенной провинции. Однако, когда зашла речь о возможности вторжения в русское Закавказье объединенных франко-британских и союзных им турецких сил, Деладье и Гамелен не решились обидеть старика — и поставили его во главе объединенной группировки… Самой боеспособной частью которой считались именно французские колониальные войска. Правда, когда генерал возглавил их, под его рукой было лишь три дивизии второсортных колониальных войск, оснащенных куда хуже континентальной армии… Но после пленения фюрера и начала конфликта с СССР, французское командование принялось укреплять сирийскую группировку. Так, из северной Африки были переброшены марокканские части и подразделения иностранного легиона — а из Франции прибыли новые танки R-35 с подготовленными экипажами; ранее сирийский корпус мог похвастаться лишь «старичками» Ft-17… Наконец, воздушные силы сирийской армии — да, уже вполне определенно, армии! — получили первую группу новых бомбардировщиков американского производства «Гленн-Мартин».
Впрочем, численность французской авиации к началу боевых действий должна была вырасти кратно. Так, галлы рассчитывали сформировать шесть ударных авиагрупп в количестве шестидесяти пяти бомберов американского производства — и еще двадцать четыре тяжелых бомбардировщика «Фарман» Ф.222. Однако самолеты только-только начали прибывать в порты Леванта…
Тем не менее, французские войска постепенно стягиваются к южной границе Турции — а сам Вейган устроил свою ставку в приграничном Алеппо, принявшись разрабатывать совершенно гениальные планы нападения на СССР. «С помощью десантов в Батуми и, возможно, в Баку мы войдем в Россию, как нож в сливочное масло!». Это были слова генерала, возможно не вполне осознававшего реальное положение вещей. Он получал разведданные о том, что большевики наращивают военное присутствие в Закавказье, что мобилизуют армянские и грузинские территориальные дивизии. Последние, впрочем, французский комиссар считал откровенно слабыми — по опыту Первой Мировой он был уверен, что турки самостоятельно справятся с последними… И что удар на Баку союзных сил просто обречен на успех.
А уж новости о том, что Союз требует от осман официально задекларировать свой нейтралитет, генерал и вовсе не придал значения — видя в этом лишь суетливые рывки загнанной в ловушку дичи…
Потому сейчас, замерев на мгновение после доклада полковника Анри Жено, своего адъютанта, генерал спокойно донес ложечку с яйцом до своего рта — с удовольствием насладившись вкусом желтка, обильно растекающегося по языку… Все это время адъютант молча стоял навытяжку, преданно пожирая генерала глазами. Наконец, последний аккуратно промокнул губы салфеткой — после чего с видимым неудовольствием уточнил:
— И чего же «союзники» хотят? Что за срочная новость сподвигла вас, месье, прервать мой обед?
Полковник словно бы даже растерялся, смущенный реакцией своего начальника — впрочем, уже мгновение спустя он начал отрывисто, громко рапортовать:
— Русские атаковали первыми! Сегодня на рассвете бомбардировщики красных нанесли массированный удар по частям механизированной дивизии, дислоцирующимся в районе Вана. В то время как русские истребители нанесли внезапный удар по турецким аэродромам, расположенным вблизи границы… Одновременно с тем штурмовые группы врага форсировали Аракс, навели переправы — и механизированные части большевиков стремительным маршем прорвались вглубь страны. В частности, сейчас идут бои за перевал Тендюрек, ведущий в Ванскую долину — турки пытаются контратаковать, но безуспешно… Перевал заняли ударные танковые части красных, они легко громят осман — и жгут переданные им французские танки! Турецкое командование запрашивает помощи, мой генерал. В частности, о нанесении бомбового удара по русским, занявшим перевал!