Мы те, кто мы есть (ЛП)
заботой. - Это неправильно.
39
Мы те, кто мы есть. Шериз Синклер.
- Много воды утекло с тех пор. - По крайней мере, ему исполнилось шестнадцать,
прежде чем их отряд дислоцировали. Тем не менее, следующие два года он провел
будто в аду. - Америка вывела свои войска, когда мне исполнилось восемнадцать.
- Ты был всего лишь ребенком.
Ее глаза наполнились слезами, вызывая в нем воспоминания о том времени.
- Не-а. Люди не назовут ребенка "сержантом".
Он оставался в армии до тех пор, пока его мать и отчим не погибли в аварии на
лодке.
Чтобы смахнуть слезы Линды, он обхватил её подбородок. Её губы были
мягкими, сладкими. И немного дрожали под его пальцами. Когда она уперлась рукой
ему в грудь, он немедленно её отпустил. Будут и другие возможности.
- Где ты садоводничаешь?
Она говорила с придыханием, и он подавил улыбку.
- У меня несколько акров. - Хотя его отчим распродал часть отцовской фермы и
сравнял то, что осталось, с землей, Сэм смог все заново отстроить. Выкупил назад все
распроданные площади и даже расширился. - И огород с овощными культурами.
У неё была небольшая ямочка на правой щеке. Он не замечал этого раньше.
- Ким сказала, что у тебя есть своя земля в собственности, но она не могла точно
сказать: ранчо это или ферма.
Значит, она обсуждала его с другими. Когда его губы изогнулись в улыбке, её
щеки покрылись румянцем.
- Вряд ли это можно назвать ранчо, при наличии лишь нескольких лошадей и
небольшого количества рогатого скота.
Он нахмурил брови, когда показался еще один клочок коричневого дерева из-за
оттирания букв. Выглядело ужасно. Вытащив телефон, он набрал номер Нолана
Кинга.
- Кинг.
- Дэвис. Дом моего друга разрисовали граффити. У тебя есть специальная краска?
Нужно чтобы хватило для фасада.
- В данный момент нет. Она чертовски быстро кончается. Но я уже заказал для
работ в деловой части города. Сможешь взять, сколько тебе надо, когда она придет.
- Так и поступим. - Захлопнув телефон, он заметил растерянное выражение лица
Линды. – Что такое?
- Почему бы просто не купить такую в магазине красок?
- У них есть только обычная краска для фасадного покрытия. А если
использовать промышленное покрытие Кинга, то краска из аэрозольного баллончика
просто стечет по стене, не оставив даже следа.
- Оу. - Её глаза загорелись, и она ухмыльнулась ему. - Хотелось бы мне
посмотреть на лицо этого болвана, когда это произойдет.
Он рассмеялся, радуясь, что смог поднять ей настроение. По сути, он приходил в
замешательство от того, на что готов был пойти, лишь бы этот блеск не покидал её
глаз.
Но когда он вернул своё внимание к последней букве на стене, его злость снова
дала о себе знать. И, возможно, она не исчезнет до тех пор, пока он не встретиться с
этим ублюдочным художником лицом к лицу.
* * *
Линда бросила взгляд на кухонный стол, за которым сидел Сэм. Большой
настырный садист выполнял свое задание и аккуратными кубиками нарезал овощи.
Должно ли её волновать то, как хорошо он обращается с ножом?
40
Мы те, кто мы есть. Шериз Синклер.
- Очень хорошо.
Собрав овощи в миску, она сбросила её содержимое в мясной соус, кипящий на
плите.
Его брови приподнялись.
- Да, я знаю, большинство людей не кладет овощи в соус спагетти, но мои дети
были очень привередливыми. Я называю это партизанским питанием.
- Ловко.
Его улыбка была такой же спокойной, как и его голос. Он не растягивал слова,
просто не торопился. И улыбка не задержалась надолго на его лице, но на какой-то
момент она совершенно его преобразила.
Нечестно, что он выглядит таким привлекательным и довольным, сидя на её
кухне. Она снова отвернулась к плите. Промыв лапшу в дуршлаге, Линда начала
готовить лазанью. Эта работа занимала много времени, но ей хотелось занять свои
руки и мысли. Присутствие Сэма в её доме было равноценно приглашению гризли на
обед.
И все же его присутствие здесь обнадеживало. Он знал, кем она была, через что
она прошла. Она все еще... нравилась ему. Или нет. Может, он просто чувствовал себя
виноватым перед ней.
- Милая кухня, - отметил он. Его взгляд переместился с сосновых шкафов
кремового цвета к темно-синим стенам и затем к золотистым мраморным
столешницам. Он нахмурился, когда заметил плетеную корзинку с апельсинами,
высокую спиралевидную корзинку с деревянными ложками и комнатные растения в
цветных плетеных горшках. Когда он заметил коробку с тростником на одной из
кухонных полок, то задал вопрос: - Ты сама плетешь корзины?
- Большинство из них. - Поставив блюдо с сыром и крекерами на стол, она
указала рукой на корзинку размером с ладонь, наполненную камешками. Форма была
немного странной, и плетение выглядело так, будто она сделала её в состоянии
сильнейшего опьянения. - Я начала, когда была в старших классах.
- И ты совершенствовалась в этом.
- Что ж, спасибо, - ухмыльнулась она. - Знаешь, у тебя настоящий талант
говорить абсолютно прямо и при этом не выглядеть грубым.
Он посмотрел на неё задумчивым взглядом, как будто ни одна женщина раньше
не дразнила его. Хотя кто в здравом уме будет дразнить садиста?
- Чтобы вести себя грубо, нужно прилагать слишком много усилий. - Он кивнул в
сторону кучи корзин в углу. - Собираешься что-нибудь делать с этими?
Она начала перемешивать слои лапши, рикотты, моцареллы и соуса.
- Я продаю их в своем магазине, иначе бы мой дом был просто погребен под
ними. Хобби - как цукини, которое быстро растет, и лишь твои друзья и семья могут
потреблять его в больших количествах.
Он фыркнул, соглашаясь, прежде чем положить сыр на свой крекер.
- Николь шьет лоскутные одеяла. Они лежат по одной штуке на каждой кровати в
моем доме. Парочка висит на стенах.
Её руки замерли, когда внутренности пронзила острая боль. Не... приятная...
боль.
- Николь?
- Моя дочь.
Она даже не предполагала, что у него может быть семья. Он создавал
впечатление одиночки, как утес над океаном. Да и какая женщина не захотела бы его?
Она уставилась на продолговатую форму для запекания.
- Ты женат?
41
Мы те, кто мы есть. Шериз Синклер.
Он изменял своей жене?
Стул скрипнул, когда он поднялся и подошел к ней, встав сзади. Не обращая
внимания на то, как она замерла, он обнял её за талию, мягко притягивая к себе.
- Я разведен, - он шумно рассмеялся. – Я - садист, девочка, а не изменник.
Даже когда облегчение нахлынуло на нее, словно омывая потоком прохладной
воды, она не смогла понять, как он с такой легкостью мог произнести это – « Я -
садист».
Глава 6
Что это было? Сэм открыл глаза, осматривая гостиную Линды, погруженную в
темноту. Уже на протяжении трех ночей он спал на её диване. Несмотря на то, что она
предложила гостевую комнату, он отказался. Находясь в дальней спальне, он ничего
не сможет услышать. Он был здесь, чтобы поймать ублюдка, размалевывающего
стены её дома, а не для того чтобы наслаждаться комфортом.
Сэм насторожился, прислушиваясь, но до него доносился лишь гул холодильника
и легкое постукивание вентилятора, висящего под потолком. Дом был уютным и
чистым, но без фанатизма, красивым, и не вычурным.
В первый вечер Линда наконец-таки расслабилась, после того как он уговорил её
сыграть с ним на гитаре. Как у Тани Такер, у неё был низкий, богатый голос, который