Последыш IV (СИ)

Между тем, проехали поселок альвов насквозь и довольно скоро оказались во дворе большого трехэтажного особняка. Бармин подумал, что это резиденция вождя племени, но, как тут же выяснилось, ошибся. Это был всего лишь гостевой дом. Сюда, как объяснил ему Малюта, селили тех из приезжавших в стойбище важных гостей, у кого в Удуне не имелось родни. Поэтому Катя отправилась к своей бабушке, а в дом вселились Бармин, три его телохранителя, секретарь-референт Федор Григорьевич Авдеев, пара слуг и Петра Свег. Свою наложницу он взял в путешествие по совету Варвары. Летел он в Тартарию один, так как его одного, без жен туда, собственно, и пригласили. Кстати сказать, узнав об этом, практически все его женщины пришли к выводу, что в Удуне или в Холодном стане, как называли поселок местные русские, ему будут сватать какую-нибудь эльфу. 
- Не продешеви! – посоветовала Варвара. – Если уж брать в жены альву, то только молодую, красивую и с Даром.
- Здоровую, - подсказала Ольга.
- Дар должен быть сильным, - внесла свою лепту Елена.
- Дамы, вы, о чем, вообще? – изумился Ингвар. – Мне шестая жена не нужна!
- Возьми наложницей, - пожала плечами Варвара. - Но лучше все-таки женой. В случае с альвами официальный статус и приличный титул никак не помешают. Если хочешь возьму к себе в Ижорское княжество. В Каменногорске на Вуоксе есть небольшой замок. Развалины, конечно, но если привести в порядок… Графиня Выборгская, как тебе?
Пока она несла этот бред, Бармин молчал. Высказался он чуть позже, объяснив женщинам, что шестая жена ему ни к чему, ибо явный перебор. Но все три женщины тут же объяснили Ингвару, как он неправ. 
- Последний раз кто-либо из старых родов женился на альве почти четверть века назад, - втолковывала ему, как маленькому, Елена. - Олсуфьев тогда женился на матери Екатерины. И кроме нее других альвов, свободно живущих по эту сторону Каменного пояса, пожалуй, что и нет. Только племенные, но они все за Уралом, а в Европейской части страны одна только Катя. 
В общем, женщины настаивали на том, чтобы, если такое предложение все-таки последует, - а они были уверены, что так и случится, - Ингвар не отметал его сразу. Мысль, которую они при этом пытались ему внушить, сводилась к тому, что никакую другую женщину они бы не потерпели, тем более, не поддержали, поскольку ему действительно не нужна шестая жена. Но вот альва – это совсем другая история. Жениться на девушке из волшебного народа – это политически весьма выгодное дело, причем не только в имперском контексте, но и в общеевропейском. В общем, спорили долго, но, в конце концов, Бармин сдался и обещал подумать. Если конечно действительно предложат, и, если девушка будет отвечать высоким требованиям их семьи. Вот в этот момент Варвара и вспомнила о наложнице.
- Возьми с собой Петру, чтобы тебя сладким не заманили, - сказала она. – Ты должен рассматривать кандидатуру жены трезво и не на голодный желудок. С голодухи люди готовы, знаешь ли, и щи из крапивы есть. А вот сытый человек на первую попавшуюся краюху не польстится!
Так в состав делегации попала и Петра Свег, и раз так, то Бармин распорядился поселить ее в своих апартаментах. Ему компания, и в самом деле, не помешает. Особенно ночью, в постели…
*** 
Деловая часть визита началась практически сразу по приезде. Без раскачки и без лишних телодвижений. Бармин раскатал, было дело, губу, решив принять душ и, возможно, - благо времени до званного обеда оставалось еще много, - повалять Петру часик или два на огромной кровати, занимавшей едва ли не половину площади спальни. Впрочем, не менее соблазнительной ему показалась идея отыметь девушку на шкуре тигра, лежащей неподалеку от камина. Вообще-то Бармин помнил, что в Сибири тигры не водятся, а до Приморского края, где обитают уссурийцы отсюда довольно далеко. Но в этом мире тигры были распространены гораздо шире, чем в прежнем. Однако это не суть важно. Важно другое: имели место разожженный камин, перед которым лежала огромная шкура, и красивая юная девушка, готовая для своего господина практически на все. Но претворение в жизнь этих двух мечт пришлось отложить на вечер или даже на ночь, поскольку визит-то был по определению деловой, вот дела и вмешались в неоригинальные хотелки Бармина. 
 
Не успел Ингвар выпить с дороги чашечку кофе с толикой граппы, - о душе и сексе вообще умолчим, - как к нему в апартаменты заявился молодой человек с нетипичной для эльфов внешностью настоящего китайца и пригласил гостя на «не терпящую отлагательства» приватную беседу с Арамасом[3] племени Арвен и племенным вождем Пущей. Бармина насторожило, было, отсутствие в имени колдуна-мачавара[4] падежного окончания мужского рода, но он не придал этому значения, поскольку не знал все ли имена альвов можно склонять по падежам. Однако колдуном оказалась именно женщина. Впрочем, ее имя действительно не склонялось. 
Итак, в дальней части странноприимного дома нашлась уютная гостиная, в которой вокруг чайного столика были поставлены три жестких полукресла. Два уже были заняты: в одном сидела очень молодая и очень красивая золотистая блондинка, глаза которой меняли цвет в диапазоне от прозрачной золотой дымки до темного насыщенного цвета золотого меда, во втором сидел вождь – немолодой крепкий мужчина, имевший внешность скорее человеческую, чем эльфийскую. У него, насколько мог заметить Бармин, было только два внешних признака, характерных для альвов: острые уши и глаза-хамелеоны, меняющие цвет от голубого до синего. В остальном это был типичный сибиряк: рост под два метра, широкая кость и косая сажень в плечах. 
«Любопытная внешность, - отметил Бармин, поздоровавшись с хозяевами и устраиваясь в свободном кресле. – Интересно, бывают ли альвы-полукровки?»
Катерина говорила, что в первых двух поколениях таких, вроде бы, не бывает. Но речь тогда шла о женщинах, и, возможно, у мужчин это выглядит как-то иначе. 
- Эта комната защищена от прослушивания, - начал разговор Пуща после того, как все перезнакомились и расселись в кресла. – Ни техническими методами, ни магическими услышать нас здесь не сможет никто.
- Тема разговора настолько деликатна? – поинтересовался Бармин, чего-то в этом роде, на самом деле, и ожидавший. Слишком настоятельным выглядело приглашение альвов.
- Да, - подтвердила колдунья. – Но определение «деликатный» даже в малой степени не отражает характера информации, о которой раньше знали только мы двое, - бросила она быстрый взгляд на вождя, - а теперь к нам добавитесь еще и вы, князь.
- Слушаю вас внимательно! 
- У меня есть пророческий дар, - сообщила тогда женщина тоном, каким сообщают о чем-нибудь настолько обыденном, что не ожидают от собеседника ни удивления, ни дополнительных вопросов. – Об этом знает еще несколько альвов, но никто из них никогда об этом никому не расскажет. Это тайна племени.
- У вас было пророчество, касающееся меня? – насторожился Бармин.
- Да, - подтвердила женщина. – Прошлым летом у меня было Большое Видение. До сих пор об этом знали только мы с вождем, теперь я расскажу об этом тебе. И вот еще, князь, о чем тебе следует знать, за все время, что я пророчествую, у меня было девять Малых Видений и два Больших. Все они исполнились.
- Звучит устрашающе, - признался Ингвар, которого от эдаких откровений чуть не пробило на дрожь. 
- Сначала выслушай, - предложил вождь. – Бояться станем потом. Вместе. 
- Слушаю внимательно, - кивнул Бармин, соглашаясь со словами вождя и никак не реагируя на то, что колдунья явочным порядком перешла с ним на «ты».
- В тот раз я увидела человека, мужчину, стоящего среди заснеженных скал, - колдунья говорила медленно, спокойно, без надрыва, но от ее голоса начинали вибрировать нервы. - Тогда я не знала, кто это и что это за место. Однако видение заинтересовало меня своей необычностью. Тот мужчина… Он все время менял внешность. То это был седой старик, некрупный, сутуловатый и с брюшком. Может быть, не совсем старик, но он был совершенно седой и носил очки. А потом он превращался в молодого. Но не в себя молодого, а в кого-то другого. Намного выше, сильнее, шире в плечах. И снова старик. А потом опять юноша. У меня рябило в глазах. Но в результате я не только увидела, но и услышала. Того, что старше, звали Игорем Барминым, того, кто моложе – Ингваром Менгденом. Мы потом нашли твои фото, князь. Это точно был ты. А вот Бармина, как оказалось, не существует. Я имею в виду, такого Бармина, как тот, кого я увидела, в природе не существует. А ландшафт… то место, где стоял Бармин/Менгден, это, видимо, не Тартария, как я подумала сначала, а Грумант. Могло такое быть?