Последыш IV (СИ)

Закончив с документами, приготовленными на утро, Ингвар сделал короткий перерыв, походил по кабинету, размялся, напрягая разные мышечные группы, покрутил руками, поприседал, но перерыв, увы, закончился слишком быстро, и, вернувшись за стол, Бармин перешел к следующему «неотложному» делу.
В полдень, а вернее, в 12:15 по Пулково, у Ингвара состоялась весьма важная беседа, посвященная довольно-таки деликатному, если не сказать щекотливому, вопросу. Встречу с капитаном Хайвом в миру Егором Степановичем Вогт-Аржениковым он инициировал сам, поскольку тот числился в списке подавших прошение о поступление на службу к графу Менгдену и подходил для целей Бармина по всем статьям. Хайв - означает на норне «куница», и Бармин, узнав об этой кличке-псевдониме, решил, что, скорее всего, это был позывной, причем не из новых, а оставшийся Егору Степановичу с тех давних пор, когда тот служил во Франкском иностранном легионе, куда исторически вербовалось довольно много говоривших на норне[5] русских северян, балтийских варягов и шведских викингов. Но дело, разумеется, не в псевдониме, а в том, что этот крепкий хорошо натренированный пятидесятилетний мужчина, «отбарабанив» семь лет на службе у заносчивых без всякого на то повода франков, ушел на вольные хлеба. Сформировал из новгородских повольников[6] отряд и в течении пятнадцати лет работал по найму, в основном, в африканских и южно-американских колониях и местных полусостоявшихся государствах. По данным, собранным на него, Ией Злобиной и ее людьми, сначала у Вогт-Арженикова была всего лишь тактическая разведывательная группа, - ну или отделение, если использовать стандартный термин, - состоявшая из семи первоклассных бойцов, но уже под конец наемнической карьеры под командованием капитана Хайва находилась полноценная разведывательно-штурмовая рота. Из других интересных фактов его биографии вызывало интерес то, что по происхождению Вогт-Аржеников являлся великорусским дворянином – исходно относясь к так называемым сынам боярским[7], - и имел близкородственные связи, как с Балтийскими, так и Приладожскими Менгденами. Вместе с ними, к слову сказать, он прилетел полтора месяца назад на помощь Ингвару - в последнюю по времени большую войну, - и показал себя отличным бойцом и командиром, сражаясь против ростовчан в районе Устюжны.
- Здравствуйте, Ваша Светлость[8], - вежливо поклонился высокий крепкого сложения мужчина, войдя в кабинет Бармина.
- Здравствуйте, Егор Степанович! – Встал из-за стола Ингвар. 
Руку пожимать посетителю он не стал, но зато сразу же указал на кресло, поставленное перед его рабочим столом, предлагая сесть. Знак уважения, да еще какой.
«Таков уж я, - усмехнулся мысленно Бармин. – Демократ и либерал». 
- Вы изъявили желание поступить ко мне на службу, - начал он сразу с главного, - я правильно понял?
- Да, - подтвердил Вогт-Аржеников, - это так.
- У вас богатый военный опыт, - продолжил Бармин, - но специального образования у вас нет.
- Все верно, Ваша Светлость, - посетитель был спокоен, не нервничал, не заискивал, не торопился что-либо объяснить, - если не считать разумеется, сержантскую школу и курсы разведчиков и командиров боевых машин пехоты.
- Но зато у вас есть высшее экономическое образование, - перешел Ингвар к следующему пункту программы.
- Бакалавриат из Сорбонны и Магистерская степень из Ниенского университета, - подтвердил мужчина.
- Однако по этой специальности вы никогда не работали…
- Я играю на бирже, - чуть улыбнулся посетитель. – Понемногу, без фанатизма. 
- И как? – поинтересовался Бармин. – Выходит?
- В среднем, остаюсь в плюсе, хотя, видит бог, звезд с неба я в этом деле не хватаю.
- Вы православный? – зацепился Ингвар за упоминание бога в единственном числе.
- Чисто формально, - разъяснил Вогт-Аржеников свою позицию. – Я не атеист, но все-таки веду чисто секулярный образ жизни. 
- Знаете четыре языка.
- Пять, на самом деле, но по-испански только говорю. Читаю, разумеется, все-таки франкофон[9], как ни говори. Но по факту, лучше считать меня в отношении испанского языка неграмотным.
 
- Спасибо за уточнение, - кивнул Бармин. – А теперь, с вашего позволения, один деликатный, но крайне важный вопрос. Насколько я знаю, вы не состоите в формальном браке, однако, возможно, у вас есть спутница жизни, с которой вы официально не зарегистрированы?
- Есть любовница, - совершенно равнодушно ответил посетитель, - но там ничего серьезного, и никакого драматического развития событий не предвидится. Я ответил на ваш вопрос?
- Да, спасибо, - подтвердил Бармин. – Это облегчает дело, но, разумеется, никоим образом его не решает.
- Что вы имеете в виду? – уточнил явно удивленный репликой Бармина мужчина. 
- Сейчас объясню, - ответил Ингвар, нажимая на кнопку электрического звонка. – Будете кофе? Или, может быть, чай?
- Кофе, - кивнул посетитель, - с молоком и сахаром. Благодарю вас. 
Минут десять, пока варили кофе и накрывали кофейный столик в кабинете, они с капитаном Хайвом говорили о всякой ерунде. О странах, где тому привелось побывать со своими отнюдь не вегетарианскими миссиями, о нынешнем состоянии мировой экономики и прочих несущественных вещах. Впрочем, разговор этот позволил Бармину расширить и углубить то представление о собеседнике, которое сложилось у него после прочтения досье, собранного на кандидата майором Злобиной. И надо сказать, Егор Степанович Вогт-Аржеников понравился Бармину теперь даже больше, чем прежде. Умный, выдержанный и уверенный в себе мужчина. Речь культурная, внешность отнюдь не бандитская и, как ни странно, вполне себе человек общества, если судить по манере поведения, одежде, речевым интонациям и лексикону, а не клятый солдафон. 
«Годный кандидат! – отметил Бармин мысленно. – Только бы срослось! Тьфу, тьфу, тьфу!»
- Итак, по вопросу о вашем трудоустройстве, - начал Ингвар, когда они снова остались в кабинете одни. – Я готов принять вас на службу в любом случае. Это, чтобы вы не волновались по поводу дальнейшего. Есть две вакансии, на которые вы, Егор Степанович, можете претендовать. Первая – это командир разведывательно-штурмовой роты в южной части графства Менгден или в княжестве Ижорском у моей сестры княгини Варвары. К слову сказать, примите вы этот пост или нет, передаю через вас приглашение вашим людям, если они ищут службу. 
- Щедрое предложение, - спокойно, без ажитации озвучил гость свое отношение к сказанному. – Какова вторая вакансия, если не секрет? 
- Не секрет, - ответил Бармин. – Могу предложить вам место начальника курса подготовки разведывательных и штурмовых групп. 
- Где?
- Здесь, в Шексне.
- Звучит многообещающе.
- Так и есть, - подтвердил Ингвар. - Однако, я хотел бы сделать вам другое предложение.
- Альтернативное? – вежливо усмехнулся Вогт-Аржеников.
- Вроде того.
- Я весь внимание, Ваша Светлость.
- Что ж, перейдем к делу. – И в самом деле, чего тянуть, если все равно ничего нового не вытянется. – Что мне нужно от вас. Мне нужно, чтобы вы женились на одной из моих служащих. Предупреждаю сразу, это не то, о чем вы можете подумать, Егор Степанович. Она мне не любовница, и не ждет ребенка от какого-нибудь близкого мне человека. Интрига в том, что, являясь одной из наиболее высокопоставленных и доверенных моих сотрудников, по социальному статусу она тем не менее остается моей холопкой. Дать ей вольную я не могу, поскольку Гербовая палата никак не может решить, кто является моим наследником первой и второй очереди. Остается только воспользоваться поправкой к закону о браках от июня 1935 года. В упрощенном виде она сводится к тому, что крепостной или крепостная, вступившие в официальный церковный брак со свободным гражданином империи, выводятся из подлого сословия при условии рождения общего ребенка и совместного проживания пары в течение не менее пяти лет. Поэтому, собственно, я и хочу, чтобы вы на ней женились. Женщина она небедная, приданное принесет довольно большое, да и должность занимает такую, что перед вами, как перед ее мужем, сразу же откроются самые широкие перспективы для карьерного роста хоть в военной сфере, хоть в финансово-экономической. Не торопитесь возражать! – остановил Бармин Вогт-Арженикова. – Итак, я объяснил вам, что я хочу от вас, Егор Степанович, и что принесет вам этот брак обычным порядком. Теперь послушайте, что я предлагаю вам я.