Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Ага, ясненько, я о тумбочку башкой шибанулась, а с ним-то что? Тоже ударился? И какая кувалда способна пробить голову нашего великого и ужасного?
– Ой! – Бурные эмоции жрицы чуть поутихли, когда она тоже перевела взгляд на воителя. – Он немного не в себе… Кажется, Гал очень-очень испугался за тебя… Я его таким никогда раньше не видела, даже там, на горе Арродрим, когда Темный сказал о Рассветном убийце…
  
– Так у него шок? – вторично удивилась Элька, бодренько спрыгнув с дивана, вот только ноги как-то подозрительно подкашивались, и подошла к другу. Опустившись рядом с ним на колени, заглянула в глаза, коснувшись своими руками мозолистых рук воителя, и задорно позвала:
– Эй, Гал, алле! Прием! Как слышно? Прием, прием! Я в норме! Приходи в себя и давай отчитай меня!
– Еще один комплекс упражнений на координацию, – сухо отозвался воитель и медленно сморгнул.
Элька прыснула:
– Ну вот, Мири, все с ним в порядке, а ты говоришь…
Закончить Элька не успела, сильные руки воина схватили и крепко прижали ее к широкой груди. На секунду склонившись, Гал глухо попросил:
– Осторожнее, пожалуйста, будь осторожнее, если не ради себя, то ради других.
– Угм, сэнсэй, – трепыхнулась в железных объятиях непоседа и с прежним ехидством попросила: – Но, если ты не собрался придушить меня прямо здесь и сейчас, во избежание будущей нервотрепки, отпусти, а то дышать темно, воздуха не видно.
Гал едва слышно хмыкнул и разжал руки. Неунывающая хулиганка поднялась на ноги и укоризненно заметила, пожав плечами:
– И чего ты дергаешься? Ну, сознание потеряла. С кем не бывает…
– С тобой такое бывает часто? – Теперь уже, кажется, Гал испугался заново, чуть ли не сильнее прежнего.
– Нет, теперь нет. У Мирей замечательные травки, она мне классную настойку намешала, главное – не забывать пить! Так что все о’кей! Ладно, пошла я на завтрак одеваться, да и голову придется мыть, кровь, зараза, в волосах засохла! Увидимся! – широко улыбнулась Элька и исчезла за дверью.
– Элька чем-то больна? – едва за хаотической колдуньей закрылась дверь, надвинулся с расспросами на жрицу Эсгал.
– Нет, просто обычные женские дни у нее проходили тяжело, болезненные спазмы могли привести к кратковременной потере сознания. Но сбор валириссы меняет физиологию людей, делая родственной эльфам. Теперь Элька больше не мучается. – Целительница совсем не стыдилась столь интимной темы, отвечая подробно и по существу вопроса. А вот у Гала, стойкого воителя, которого, казалось, было ничем не пронять, на скулах зарозовели пятна.
Мирей же, чуть циничная, как любой хороший доктор, в вопросах физических, смущалась по-настоящему только тогда, когда дело касалось душевных переживаний. Она обыкновенно не считала себя вправе вмешиваться, но вот сейчас все-таки набралась храбрости и задала вопрос так же прямо, как воин:
– Гал, извини, может, это не мое дело, но почему ты не скажешь Эльке о своих чувствах?
Воитель смутился еще больше, чем при обсуждении вопроса женской физиологии, потом тяжко вздохнул и проронил с горькой усмешкой:
– А зачем это ей…
– Но, Гал… – нахмурила ровные дуги бровей чуткая эмпатка, не согласная с решением коллеги.
– Не надо, Мири, я ничуть не похожу на любимых Элькой вампиров, и… я чудовище куда большее, чем они все. Мне достаточно того, что могу быть рядом, пожалуйста, ничего не говори ей, я не хочу, чтобы она начала меня сторониться, – склонив голову, попросил он и, прежде чем жрица успела что-то добавить, быстро вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
  
Глава 1
 
Обреченная отдыхать
 
Едва Элька покинула изолированную лабораторию Мири, как ее чуть не сбило с ног ударной звуковой волной. Музыка, словно прилив, заполнила весь дом и продолжала усиливаться с каждым аккордом.
– Ой-ё! Будильник! – дошло до девушки, и она со всех ног поспешила к спальне, пока оглохшие Рэнд, Лукас и Макс не устроили над ней коллективный суд Линча.
У дверей в комнаты Эльки уже торчал вездесущий Фин и с любопытством заглядывал через порог. Никого другого поблизости не было. Завидев подружку, вор ухмыльнулся от уха до уха и прокричал:
– Приветик, чего у тебя эдак надрывается?
– Будильник! – заорала в ответ Элька.
– Добрая ты наша! Проснулся сам – разбуди коллегу? – понимающе покивал Рэнд, из голубых глаз исчезла легкая тревога, и заплясали лукавые смешинки. Взлохмаченные волосы девушки хорошо замаскировали слипшиеся темные прядки у виска, даже востроглазый вор не приметил следов травмы и не начал приставать с расспросами.
– Ага, а еще оглуши, – отозвалась Элька, наконец добравшаяся до изделия добросовестных мастеров Гирзы (не соврали умельцы, чтоб им икалось! – пока не выключишь, и в самом деле горланить будет так, что мертвого поднимет!), и шлепнула ладонью по узору на боку. Наступила блаженная, даже какая-то звенящая тишина. Впрочем, тут же нарушенная ликующим писком Мыши, спикировавшей с балдахина на грудь хозяйки. Элька машинально погладила преданного зверька.
– Экая ты коварная, – привалившись к косяку, уважительно протянул Фин и в самом деле поковырял в ухе, будто пытался вытрясти из него намертво застрявшие звуки. Бедный полуоглушенный крыс, только сейчас выбравшийся из-за пазухи хозяина, пискнул что-то солидарное с его мнением.
– О, моему коварству вообще нет предела, еще, что ли, разок завести, а то только ты прибежал, – хихикнула Элька, переставляя злополучную тумбочку в выбранный угол. Испачканный кровью ковер уже был очищен заботливой магией дома.
– Ха, а смысл? Лукас дома не ночует и Рогиро с собой прихватил на экскурсию в какой-нибудь очередной «музей», метаморфы опять по поручениям Совета в мирах шустрят, хорошо, если завтра к утру вернутся, Мирей в лаборатории, а Макс у своих машин вообще ничего не слышит. Вот почему Гал не пришел, не знаю, он обычно первый успевает, чтоб тебе чего-нибудь приятное прямо с утра сказать! – дал развернутую справку почти вездесущий и всезнающий вор и весело подмигнул подруге.
– Ты собиралась мыть голову и переодеваться, поторопись, а то опоздаешь на завтрак, – возникнув неожиданно и абсолютно бесшумно сбоку от Рэнда (тот невольно вздрогнул), сурово напомнил воитель и, сочтя миссию исполненной, двинулся прочь.
– Да, насчет приятного с утра ты прав, Гал всегда первый, – поддакнула Элька и отправилась исполнять ценное «приказание».
Так что на завтрак она все-таки успела почти вовремя. Коллеги продолжали рассаживаться за столом, когда в столовую влетела немного влажная после душа, сияющая веселой улыбкой Элька в очередном коротком, едва прикрывающем причинные места, безобразии, условно претендующем на звание платья.
– Всем привет!
– Bonjour, мадемуазель! – рассиялся ответной улыбкой рыжий франт мосье Д’Агар.
Элька не утерпела и, повиснув на шее у инкуба, звучно чмокнула его в щеку, заодно прошлась пальчиками по волнистой рыжине, погладила теплые рожки, едва заметные в буйном пламени шевелюры, и похвалила золотисто-зеленый, скорее, пожалуй, золотистый, чем зеленый, камзол:
– Как всегда, ослепителен!
– Я, между прочим, тоже красавец! Вот и Рэт подтвердит! – не утерпев, встрял Рэнд и прищелкнул пальцами, подавая условный знак крысу. Дрессированное животное ответило согласным писком.
– А еще мосье Фин чрезвычайно скромен, – очень вежливо согласился Лукас, занимая свое место за столом, накрытым скатертью-самобранкой.
– Ой, у меня столько достоинств, – поддакнул вор, опустив очи долу, – что я уж и сам их все упомнить никак не могу.
  
Компания не выдержала и от души расхохоталась, а Рэнд, присаживаясь рядом с Элькой, продолжил:
– Мы все на редкость замечательные, уникальные и великолепные, я вот думаю, Совет богов вообще должен нам платить уже за то, что мы есть на этом свете!
– Давай напишем им по этому поводу петицию, – с улыбкой предложила Мирей.
– А смысл? Все равно нам скинут, они ж там, похоже, вообще ничего не читают! Может, неграмотные? – фыркнул вор и, прекратив паясничать, принялся обстоятельно заказывать на завтрак запеканку с кучей всяких джемов, варений и почему-то соусов.