Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Мы выполнили свое обещание, лорд Дрэй, – появляясь прямо перед мужчиной, с достоинством заявил мосье Д’Агар, но лукавые искры удовольствия от реакции драконов на его появление, плясавшие в глазах мага, никак не вязались с торжественным тоном. – Это Франц Лабье, приговоренный к ритуалу очищения завтра на рассвете.
Метнулись к рукоятям ножей и снова расслабленно повисли руки стражей Дрэя. Широко улыбнувшись, вскочил с бревна Адрин. Волна радостного гомона прокатилась по долине, когда посреди поляны появился уже знакомый чужак и худой, грязный пошатывающийся человек с радужными глазами. Лекарь с наслаждением вдохнул свежий горный воздух, после затхлой темницы дурманящий голову не хуже коила. Вновь выдав свою мечтательно-отстраненную улыбку, Франц принялся оглядываться по сторонам. До узника постепенно начал доходить факт собственного спасения. Сложно верить в проклятие и смерть, когда вокруг все так искренне радуются твоему появлению и сияют радужными глазами, а откуда-то с высоты доносится приветственный хор голосов: «Добро пожаловать, спасенный брат!»
  
Несколько крепких юношей-оборотней подбежали к Лукасу и, бережно поддерживая Франца, повели его к шатру у самой воды. Увидев, с каким трудом двигается освобожденный узник, посерьезнели и принахмурились мужчины, сочувственно зашептались женщины. Первая чистая радость сменилась сознанием того, что они пусть и спасенные, но во всем мире, кроме этой долины, по-прежнему гонимы и обречены на смерть, Франц живо напомнил оборотням об этом. И все-таки теперь драконы получили надежду: они видели истинный храм Доримана и верили, что боги на их стороне!
– Все заключенные еще находятся под влиянием коила, – счел своим долгом предупредить драконов Лукас.
– Это неважно! – пылко воскликнул Дрэй. – Долгий отдых и сон снимут дурманящее действие зелья. Главное, что вы спасете их всех! Я никогда не смогу отблагодарить вас за столь благородный поступок!
– Вы и не должны благодарить нас, лорд, – отклонил слова Адрина Лукас. – Мы всего лишь выполняем свою работу, за которую, смею вас заверить, нам неплохо платит Совет богов!
Пока длились эти взаимные расшаркивания в поединке вежливости, в зал совещаний возвратилась Мирей, ворвавшись со скоростью кометы. Девушка крепко сжимала в левой руке свой верный дорожный посох, отполированный до тускловатого блеска, через левое плечо была перекинута кожаная изрядно потертая лекарская сумка.
– Я должна помочь облегчить страдания драконов! – выпалила эльфийка.
Макс не успел и глазом моргнуть, а жрица уже нажала на перстень и исчезла из зала, проявившись в долине драконов рядом с Лукасом.
– Мадемуазель? – вопросительно выгнув бровь, поприветствовал жрицу Лукас. Тон его был, как всегда, учтиво благожелателен, но суровые зеленые глаза спрашивали весьма красноречиво: – Кой демон тебя сюда принесло, жрица?
– Я целительница, принесшая обет Ирилии, Лукас, мое место сейчас здесь, – твердо ответила на этот невысказанный вопрос Мирей, вызывающе вскинув голову.
– Разумеется, мадемуазель, – вынужден был согласиться маг, понимавший, что первый долг служителя – это долг перед богом, тем более скрепленный клятвой. Не подавая виду, что события вышли из-под его контроля, мосье повернулся к недоумевающему, как и все остальные драконы при появлении загадочной девушки, Адрину и вежливо сказал: – Лорд Дрэй, позвольте представить вам мадемуазель Мирей Эдэль Эйфель, жрицу богини исцеления Ирилии, посвященную третьего ранга, обладающую даром наложения рук. Она прибыла, дабы облегчить страдания ваших освобожденных сородичей.
– О прекрасная златоглазая госпожа, да осияет истинный свет вашу тропу, – с глубоким уважением поклонился эльфийке Дрэй, дотронувшись до лба и сердца тремя пальцами правой руки. Жест этот по канонам Дивных символизировал одновременно единство сердца, души и разума приветствующего и пожелание света солнца, луны и звезд приветствуемому. – Мы с благодарностью примем ваш совет и помощь, ибо ведаем, сколь искусны во врачевании ран эльфийские жрецы-целители.
– Да будет светел и твой путь, лорд Дрэй, – как полагается, ответила на обычное эльфийское приветствие девушка самой простейшей формулировкой без «распальцовки» и тут же, оставив всякую дипломатию, приняла исключительно деловой вид и полезла в свою сумку. Развязав тесемки и вынув из нее небольшой темный мешочек, эльфийка обратилась к Адрину, стараясь не смотреть в его серебристо-радужные глаза:
– Для исцеления наружных ран у вас есть мильтир, лучшего средства не сыскать. А это листья крешнибора, проясняющего сознание. Заварите горсть листьев в крутом кипятке и, остудив, дайте сделать несколько глотков опоенным коилом. Отвар быстро прогонит из крови остатки любого дурмана.
Всучив мешочек слегка озадаченному Дрэю, привыкшему в общении с посольством Дивного народа к тому, что эльфы, прежде чем начать что-то делать, обменяются по крайней мере десятком цветистых приветственных фраз, Мирей развернулась и решительно зашагала в сторону шатра, куда увели Франца. Проводив эльфийку не менее удивленным взглядом, чем Адрин, Лукас решил, что девушка за несвойственной ей резкостью маскирует стеснительность, вызванную встречей с предметом своего недавнего восхищения.
Жрица собиралась уже войти в шатер, когда дорогу ей заступил один из молодых драконов, охранявший вход и со всей серьезностью относящийся к своей важной миссии, к которой был приставлен старшими, только чтобы не мешался под ногами.
– Вам пока нельзя сюда, госпожа, – отважно сказал парень.
– Почему? – искренне удивилась Мирей, склонив набок головку.
– Лучше немного подождать, госпожа, – с неловкостью принялся пояснять юноша, подбирая слова. – Франц сейчас еще не совсем одет.
– Тем лучше, я смогу сразу осмотреть его и заняться исцелением, – довольно кивнула жрица и шагнула вперед.
– Э-э, но… – замешкался юноша, находя ситуацию неприличной.
Мирей уже не слушала его. С присущим эльфам изяществом девушка тенью скользнула за спину парня и скрылась под пологом шатра. Тот открыл рот, чтобы продолжить беседу, но, не увидев жрицы, принялся удивленно озираться по сторонам. Наблюдавшие за разговором парня с красавицей-эльфийкой весело рассмеялись.
– С вашего позволения, лорд, я исчезаю, чтобы доставить следующего узника, – попрощался Лукас.
– Подождите, – поспешно попросил мага Дрэй, все еще держащий в руках мешочек с целебными листьями. – Быть может, нам сделать и дать вам с собой отвар, о котором говорила жрица, тогда освобожденные драконы смогут помочь вам на месте?
– Нет, будет только хуже, а ведь мы пытаемся избежать ненужных жертв, – решительно отказался мосье Д’Агар. – Рассудите сами: придя в себя в ненавистной темнице, одни преисполнятся жажды мести и будут требовать расправы над беззащитными в настоящий момент тюремщиками, которые тоже когда-нибудь оборотятся в драконов. Другие, кто сдались в руки Ищущих добровольно, могут упорствовать в желании умереть и не захотят грешной свободы ценой гибели души, а кто-то просто не поверит нам и откажется перемещаться.
– Да, вы правы, все верно, – нехотя согласился Дрэй и крикнул толстому Нику, чтобы тот приготовил рекомендованный эльфийской целительницей отвар.
– Слушай, Лукас, там Рэнд уже ругается, говорит, что у него три узника наготове, а тебя все нет, – тактично передал Макс сильно смягченное послание вора, первоначальный вариант которого звучал примерно следующим образом: «Макс, скажи этому надутому павлину – где он там, кстати, до сих пор прохлаждается, костюмчик меняет, что ли? – пусть хвост складывает и живо сюда дует. У меня уж три оборотня без кандалов пылятся. Если он такими темпами доставкой заниматься будет, мы и за луну не управимся, не говоря уж о завтрашнем дне!»
  
– Передайте мосье Фину, что я сейчас буду, – небрежно прищелкнув пальцами, велел маг и исчез, предупредив Дрэя: – Ждите через пару минут еще троих.
– Ну наконец-то явился, – маскируя недовольством облегчение, фыркнул при появлении мага Рэнд, вскрывающий очередную дверь в камеру. – Вон твоя работа в коридоре сидит: девица Илэйн, горожанка Аннэт Буше и торговец Перье Ман.