Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Как и обещала Галу, к завтраку Элька надела босоножки на самых высоких шпильках (хоть особо не любила каблуки, но ради такого дела готова была пожертвовать удобством) и самое короткое из купленных вчера в Виесте платьев – нежно-голубое в сиреневый цветочек на самых провокационных местах.
Рэнд, встреченный в коридоре по пути в столовую, присвистнул, оглядев наряд подруги, и восхищенно уточнил:
  
– Гал это уже видел?
– Нет, но оно ему обещано, – довольно ухмыльнулась Элька.
– Даже так? Страшна твоя месть! Может, стоит Мирей предупредить, чтоб каких-нибудь травок успокоительных заварила и наготове держала? – уточнил вор, поглаживая крыса.
– Переживет, – ответила беспечная провокаторша, мимоходом почесав Рэта за ушками. – И так ташит без перерыва хлещет, сам скоро совсем лиловым станет.
Гордо вскинув голову, Элька прошествовала в столовую, все равно бежать на огромных каблуках было бы просто невозможно. Соблазнительные запахи, долетавшие даже в коридор, подсказывали, что самобранка уже приготовила завтрак.
– Мадемуазель, ma cherie, вы с каждым днем все неотразимее, – приветливо воскликнул мосье Лукас, когда девушка, поздоровавшись с командой, садилась на свое место между Галом и Рэндом. Маг любил делать комплименты и никогда на них не скупился.
– И на ней все меньше одежды, – сурово вставил воин, прихлебывая ташит.
– Это чтоб меня, такую великолепную, было лучше видно, – гордо пояснила Элька, наливая себе персикового сока из большого пузатого кувшина, запотевшего от холода.
Макс и Мирей прыснули, технарь уронил на шорты кусочек масла, который собирался намазать на горячую булочку.
– Опять придирается, – посочувствовал соседке Фин, засовывая в рот себе и крысу по куску сыра. – Вечно он всем недоволен. А небось если б ты в одежду до пят рядиться начала, он заявил бы, что это для здоровья плохо, ты в ней упреешь.
– Пускай развлекается, – разрешила Элька, выбирая булочку, на которой побольше мака. – Мне это аппетита не испортит.
– Тебе это может испортить жизнь, – посуровел Гал, отставляя свой бокал. – Неужели вчерашнее происшествие не стало для тебя примером? Нескромные одеяния привлекают внимание темной мерзости.
– А твои выкрутасы ее, к сожалению, разгоняют, – преувеличенно горько вздохнула Элька и, передразнив интонации воителя, припомнила. – Мой меч сияет серебром. Тьфу! Ты со своим острым светофором мне вчера весь кайф обломал, блюститель нравственности!
– И впредь буду, – непоколебимо заверил девушку воин. – Если ты, девочка, не желаешь думать головой, кто-то должен делать это за тебя. Приличные девушки так себя не ведут!
– А где ты видел здесь приличных девушек? – искренне удивилась Элька. – На такую «забавную» работу, как у нас, приличных не берут. На Мирей многозначительно не смотри. Она не в счет, эльфийка, да ей и по профессии положено. Что же касается меня… Гляди, если и дальше ухажеров разгонять будешь, займусь со скуки харрисментом. Это сексуальные домогательства на работе, – пояснила Элька слушателям. – Вот с тебя и начну, как с главного виновника происшедшего.
– А может, для начала с добровольцем попрактикуешься? Предлагаю свою кандидатуру, – радостно встрял Рэнд, сооружая себе гигантский сандвич из всего, что нашлось на столе, не считая напитков.
– С добровольцем не положено, жертва должна сопротивляться, – деловито пояснила Элька.
– Я и это могу, – с надеждой заверил юную бандитку вор.
– Нет, сопротивляться не только телом, но и душой, иначе неинтересно, – тоном опытной садистки просветила Рэнда Элька, впиваясь острыми зубками в мягкую булочку.
– Жаль, тогда и правда только Гал годится, – разочарованно вздохнул вор, метнув на мрачного воителя завистливый взгляд хитрющих глаз, и тут же утешился, откусив от своего бутерброда.
Стоически выслушав страшные угрозы Эльки, Гал налил себе еще ташита и взял кусочек черного хлеба с тмином.
– Мосье Эсгал, je vous prie, – почуяв благодатную тему для беседы, вмешался в разговор Лукас, пока препирательства девушки и воителя не кончились скандалом, – раз уж об этом зашла речь, не могли бы вы поподробнее рассказать нам о чудесных свойствах вашего оружия. Вы уже упоминали как-то, что клинок реагирует на присутствие нежити изменением цвета, но для серьезного разговора время было неподходящим.
– А у нас заходила об этом речь? – изумился Рэнд пронырливости мага, оторвавшись от своего макси-бутерброда.
– Берегись, Фродо, орки близко, – тихонько прошептала Элька, но ее все равно никто не понял; от скуки девушка добавила: – У хорошего джедая меч светится синим, а у плохого – красным.
Гал пригубил ташита, внимательно посмотрел на Лукаса и кивнул, признавая за командой право кое-что узнать о его оружии. Все лучше говорить о достойных мужчины предметах, нежели препираться с упрямой и своенравной Элькой. Девица явно не знала в детстве сильной мужской руки, и Гал уже заранее сочувствовал тому бедняге, которому придется объезжать эту норовистую кобылку. Впрочем, девочка была еще слишком мала, чтобы думать о замужестве, и некая призрачная надежда на то, что ему удастся привить ей минимальные понятия о приличиях, пока тлела в душе воителя.
– Мой меч откован более десяти тысяч лет назад кузнецами-служителями Дэктуса и освящен на алтаре Высокого Храма, – сказал Эсгал. – Сам Дэктус благословил его, уронив несколько капель крови на лезвие, и наделил даром. Ничья рука, кроме руки хозяина, не может вынуть его из ножен. Цвет клинка предупреждает о характере надвигающейся опасности. Если рядом демон – он красный, нежить – серебряный, человек-враг – серый, зверь – зеленый, сущность – голубой, оборотень – черный. Мечом можно убить практически все.
– Что шевелится, – продолжила за Гала Элька.
– Чем ярче свет клинка, тем больше угроза и сильнее противник, – закончил воин, проигнорировав справедливое замечание девушки.
– Поразительные магические особенности, – воздевая вверх бокал, восхищенно заметил Лукас, почему-то опустив любимое восторженное словечко «шарман». Наверное, решил, что воитель комплимента не оценит.
– Мой меч не волшебный, а благословленный на уничтожение злой силы врага, – терпеливо, как неразумного ребенка, поправил мага Гал, вертя в пальцах галету.
– Но в любом случае нам очень повезло, что вы, мосье Эсгал, член нашей команды, владеете таким оружием, – попытался умаслить воина Лукас, почему-то никогда особенно не любивший теургии как магии божественной.
– Это точно, – охотно согласилась Элька, куснув вторую булочку, на сей раз с джемом. – Прямо-таки «Хэнд енд Шолдерс» два в одном – воин с эксклюзивным индикатором нечисти made in Дэктус и К° и комитет борьбы с безнравственностью. Класс! Может, нам его в аренду сдавать? Доход дополнительный будет!
Макс, перестав хрустеть чипсами и салатом, с благоговейным ужасом глянул на Эльку: это ж надо так смеяться над Галом. Сам-то парень относился к воину с должным пиететом и как-то даже слегка побаивался. Вон как тот здорово со всякими железками обращается! У Макса достижения на военном поприще были гораздо скромнее. Длительные занятия с Мирей, терпеливо обучавшей приятеля приемам борьбы, только-только начали приносить первые плоды. Шпильману уже удавалось не поотшибать все пальцы самому себе собственным же оружием. Исходя из того, что было в начале, даже Гал признавал, что технарь достиг грандиозных успехов. Теперь Макс стал сражаться не с посохом, а при помощи посоха.
– Мадемуазель, как всегда, оригинальна в суждениях, – нейтрально заметил Лукас не то в шутку, не то всерьез.
  
Громко расхохотался возвратившийся к компании Связист. Отхохотавшись, Сила заявил:
– Привет! Я тут вам от Троицы за первое дело принес благодарность… устную!
– Это ж надо! – умилился Рэнд, даже перестав жевать, и смахнул со щеки несуществующую слезинку. – Сподобились! А ведь всего-то три с половинкой луны минуло, небось только-только Элькин отчет читать закончили!
– А Эльке еще и маленький подарок от Зигиты, – продолжил Сила, материализуя рядом с тарелкой девушки небольшой, обитый каким-то отливающим синевой металлом деревянный ларец. Пара тарелок и один соусник, к которому как раз потянулся вор, решивший, что его кулинарному творению не хватает остроты, оказались на другом конце стола, освобождая место. Туда же устремился и возмущенный Рэт, едва успевший отдернуть свой длинный хвост от странного несъедобного ящика.