Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Поняв, что девушка вовсе не собирается разыгрывать ложную скромность или смущаться, мосье Д'Агар тоже позволил себе смешок и ответил в тон:
— Сожалею, ma chere, я был так занят продумыванием чар, что забыл заготовить текст признания, умоляю, дайте мне отсрочку, и к следующей ночи я обязательно напишу его в самых пылких и изысканных выражениях придворных менестрелей.
— Не будет вам отсрочки, мосье! Вы ранили мою душу! Между нами все кончено! — безапелляционно заявила Элька, придав своему лицу самое суровое выражение, скопировав его с каменной физиономии Гала.
  
— Мое бедное сердце разбито и безутешно, — скорбно вздохнул Лукас и тут же, видно склеив разбитое сердце магическим суперклеем, уточнил уже по-деловому: — Так вы поможете мне, мадемуазель?
— Конечно, — так же серьезно кивнула Элька. — Что нужно делать?
— Для Хранителя Снов мне понадобится некая вещица, принадлежащая мадемуазель Мирей или тому, кто относится к ней с искренней симпатией, желательно существу того же пола, — объяснил Лукас, зажигая еще пару светло-золотистых шариков, чтобы осветить спальню девушки. — Это может быть маленькая статуэтка, несущая положительный отпечаток энергии владельца.
Маг красноречиво кивнул на трюмо Эльки, где среди прочих безделушек радостно улыбалась пестрая коллекция толстопузых хотэйчиков.
— Выбирай, какой больше подойдет, — великодушно разрешила Элька, прекрасно поняв намек. — Хотэй — бог удачи и достатка, но, я думаю, не откажется и от роли вместилища Хранителя Снов. Он ведь веселый и добрый бог, во всяком случае, считается таковым.
— Merci, мадемуазель, — откликнулся Лукас и переместился к трюмо.
Элька затянула поясок халатика и подошла поближе к магу, с интересом наблюдая за его действиями. Девушка уже не жалела, что ее разбудили. Ведь предстояло такое шоу! Часто разве при ней раньше маги ворожили? Иллюзионисты не в счет. А теперь смотри сколько влезет! Мосье поднял правую руку и неторопливо начал водить над коллекцией божков раскрытой ладонью. Видно, ловил эманации, исходящие от крохотных статуэток. Кажется, когда Лукас накрывал ладонью очередного божка, тот начинал мягко светиться.
— Этот вполне подойдет, — поводив рукой еще с полминуты, сделал свой выбор Лукас, указывая на раскрашенную деревянную фигурку довольного Хотэя размером с ладонь, сидящего на набитом мешке.
— Этот так этот, — спокойно согласилась Элька, не видя между фигурками большой мистический разницы.
Лукас извлек откуда-то маленький зеленый бархатный мешочек и, аккуратно упаковав туда статуэтку, подвесил его на пояс.
— Что теперь? — полюбопытствовала девушка.
— Теперь нам нужно сорвать в саду несколько травок, а потом забрать кое-какие необходимые инструменты из моей комнаты. Я не стал делать этого заранее, поскольку не был уверен в том, что вы согласитесь ассистировать мне уже сегодня, мадемуазель, — ответствовал маг.
— Пошли. — Элька приятельски хлопнула мага по плечу и первая вышла в коридор. Лукас хлопком ладоней велел шарикам-светильникам слиться в один, поманил его за собой и, притворив двери, последовал за девушкой.
Не зажигая света, парочка скорым шагом деловых людей двинулась в сторону холла. Маленький золотистый шарик привычно следовал за хозяином, подсвечивая дорогу со стороны правого плеча мосье.
— Лукас, а какие травки нам нужны? — спросила девушка, когда они уже входили в холл.
— Лаванда, боярышник, мята, — из вежливости повернувшись к спутнице, принялся добросовестно перечислять маг, — и… драные демоны!!!
Запнувшись за какую-то темную груду, наваленную на самом проходе, Лукас с шумом, в лучших традициях неуклюжего Макса, грохнулся на пол.
— Странное название для растения: «драные демоны»! — с самым задумчивым видом заметила девушка и, все-таки не удержавшись, хихикнула.
— Драные демоны — это распространенное в мирах ругательство, мадемуазель, — насколько мог вежливо процедил маг, собирая свои кости с пола. — Хотелось бы мне знать, какой… Кто сюда навалил этого хлама?
Шарик тут же услужливо слетел вниз, дотошно освещая большой серебристый чехол, из которого высовывалось две палки с ручками, обтянутыми полосками мягкой светлой замши.
— Да это же набор для бадминтона, — провела опознание Элька. — Макс с Мири вечером в саду играли. Видно, парень за собой и не убрал, забросил в холл, у стены поставил, а чехол взял и свалился в проход.
Лукас собрался было чистосердечно высказать все, что думает о талантах мосье Шпильмана в области разбрасывания острых и тяжелых предметов, но не успел.
— Что вы здесь делаете посреди ночи? — возникнув бесшумно, словно привидение или смерть (учитывая профессию Гала, второе было ближе к истине), мрачно потребовал ответа воитель.
Босиком, в черном халате, расшитом замысловатым золотистым узором, — кажется, это были какие-то звери из породы кошачьих, — и с обнаженным мечом, танцующим серебристо-черным пламенем в руке, воин смотрелся весьма колоритно. Прямые светлые волосы даже со сна не выглядели растрепанными, зеленые глаза с вертикальными зрачками были подозрительно прищурены.
Первым побуждением Эльки было ответить: «Капканы ставим», но потом ей пришла в голову более забавная мысль:
— Мы пробудились, одержимые неистовым желанием устремиться под темный купол неба, дабы танцевать обнаженными, омываемыми лишь предвечными потоками звездного света, ветрами и негой ночи, а потом упасть истомленными во влажные травы и слиться в экстазе! — тоном сомнамбулы-жрицы нараспев протянула она и совсем уже с другой интонацией, заимствованной у алконавта с горящими трубами, уточнила: — Третьим будешь?
— Нет, — потемнев лицом, стремительно отшатнулся было Гал, но, тут же сообразив, что шутница его разыгрывает, сдержанно усмехнулся, показывая, что оценил розыгрыш.
— У нас дела магического толка, мосье, — без утайки признался Лукас, изо всех сил стараясь согнать с губ улыбку. — Но что подняло с ложа вас в этот неурочный час?
— Услышал шум, — коротко пояснил воин.
— И решил его убить. Правильно! Бдительность прежде всего! — поощрительно закончила за Эсгала фразу насмешница Элька и завистливо заметила: — Стильный у тебя халатик, а что это за золотистые штучки на нем вышиты?
— Родовой герб, — кратко ответил Гал и, бросив не менее лаконично: — Колдуйте! — исчез так же внезапно, как появился, словно просто растаял в темноте холла. Была тень — и нет.
— Нам дозволили продолжать, ты счастлив, Лукас? — благоговейно уточнила девушка, издав тихий вздох восхищения.
— Безмерно, — откликнулся в тон девушке маг и, прислонив злосчастный набор для бадминтона к стене, продолжил путь в сторону двери, но перед этим приказал шарику-светильнику увеличиться втрое для лучшего освещения. А то кто его знает, во что еще нынче вечером мосье Максу поиграть вздумалось?
— Интересно, а нижнее белье и тапочки у Гала тоже с гербом? — задалась вопросом любопытная Элька, но ответа так и не получила.
За порогом дома теплота ночи и напоенный особыми ароматами воздух обняли гостей. Терпкие томные ноты с отголоском сладости, щекочущие ноздри, походили скорее на букет дорогих духов, чем на запах сада. Тихонько стрекотали какие-то насекомые, ловить их Эльке еще не довелось, потому и какие именно стрекочут, она не знала. Далеко в саду что-то звонко вычирикивали сразу несколько разных птичек, может, концерт репетировали. Пока у пернатых получалось не слишком слаженно, к тому же мелодию постоянно перебивало чье-то настойчивое вдохновенно-заунывное кваканье. В кустах у тропинки раздавалось подозрительное сердитое сопение, пофыркивание и громкий топот. При ближайшем рассмотрении в свете шарика неизвестный нарушитель спокойствия оказался ежом с отсвечивающей синевой шерсткой и был великодушно отпущен восвояси. Элька взяла на заметку место, где его видела, чтобы завтра поставить блюдечко с молоком.
  
То ли шарик столь прилежно освещал дорогу, то ли больше Макс ничего накидать не успел, но до посадок лекарственных трав Лукас и Элька добрались без падений и других неприятных приключений. По пути маг даже успел завершить перечень необходимых трав, прерванный на «драных демонах».