Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Но я не дракон, совсем не богатая и не знатная, — растерянно пролепетала Яна.
— Богатства и знатности нашего рода хватит на всех. Зато душа у тебя яркая, щедрая! Настоящая радуга! — прижмурилась леди Левьерис, будто и в самом деле видела душу собеседницы (а может, и впрямь видела). И практично добавила: — К тому же бедра широкие, детишек родишь легко. Внуку моему род придется восстанавливать. Я уже слишком стара, чтобы дать потомство.
  
— Но я человек, — снова попробовала возразить Яна, упирая на расовое несоответствие. В голове шумело, жизнь казалась рассыпанным пазлом, вместо привычной картины складывающимся в какой-то дикий узор. Поверить в него было столь же невыносимо желанно, как и страшно.
— Дети крайтарского радужного дракона, рожденные в любви, всегда драконы, — снисходительно пояснила старшая женщина. — И ответь наконец моему внуку, пока он не обернулся в дракона прямо здесь и не разнес милый ресторан по бревнышку. Ты его любишь?
— Люблю, — тихо согласилась Яна.
— Ох, дети, какие же вы еще дети, — протянула леди Левьерис, решительно беря переговоры в свои руки. — А коль любишь, согласна терпеть в женихах и дальше, а в положенный срок мужем назвать?
— Согласна, — снова серьезно и смущенно подтвердила девушка.
Из груди Машьелиса вырвался тихий, но бесконечно искренний вздох облегчения:
— Спасибо, Ян! Я, конечно, балбес, но очень постараюсь, чтобы ты ни о чем никогда не пожалела! Клянусь!
На руках парочки зашевелились, обдавая приятным теплом, браслеты-дракончики, полученные в храме Ветров. Синхронно ойкнувшие студенты уставились на запястья. Браслеты изменились. Они словно переплелись, раздвоились и перемешались, голубой дракончик от Янки переполз к Лису, а желтенький крылатик с его руки примостился на браслете у девушки, подарив тепло и уютное ощущение защиты. Кажется, храм, Силы или кто-то еще услышали обещания будущих супругов, приняли и одобрили их.
— Что ж, с этим разобрались, а теперь мне пора. Стоит навестить вашего декана и спросить, отчего на имя студента-третьекурсника присылают копию рабочего контракта с грифом Института пророчеств и предсказаний.
— Э-э-э, бабушка, это… — начал было оправдываться Лис, но леди оборвала его взмахом руки:
— Достаточно, в ИПП я уже побывала и исчерпывающие объяснения получила, но это не значит, что исключу мастера Гадерикалинероса из списка визитов. Не стоило ему пренебрегать заблаговременным предупреждением ближайших родственников студентов. Сейчас лучше побеседуй с невестой, твою блистательную карьеру блюстителя обсудим попозже.
Леди встала, ласково улыбнулась Яне и покинула ресторанчик. Вроде бы она не доставала кошель, однако на столе осталась тонкая золотая пластинка-листик — плата за пришедшийся по вкусу напиток.
— Ох, бабуля… сильна! Про все уже узнала и шибко недовольна, что узнала поздно, теперь в отместку декану пойдет настроение портить! — хихикнул Машьелис, испытывая ни с чем не сравнимое облегчение. За одну короткую беседу решились сразу две серьезные проблемы: Яна согласилась стать его настоящей невестой, и Силы одобрили это решение — раз, отпала необходимость в разработке дипломатического способа уведомления леди-бабушки о работе в ИПП — два.
Зато теперь дракончик немедленно озаботился третьим вопросом:
— Яна, ты на меня не сердишься? Я знаю, вы, девушки, любите, чтобы все было красиво: свечи, вино, романтическая музыка, цветы, признания наедине. А тут…
— А тут пришла бабушка и все решила за нас, — немного нервно хихикнула Яна.
Протянув руку, девушка взлохматила мягкие локоны жениха. Пожалуй, сейчас она тоже испытывала душевный подъем и облегчение. То чувство, которое Яна упрямо не пускала в сердце, чтобы не испытывать мучительной неловкости и боли, не доставлять проблем друзьям, оказалось взаимным. Пусть они с женихом стояли лишь в самом начале общего пути, почему-то казалось, что все обязательно получится. Покачав головой, землянка призналась:
— Нет, я не сержусь. Наверное, просто привыкла, что как обычно у нас никогда не бывает…
— Вечно все пинком наизнанку, — поддакнул Лис, перехватил пальцы невесты и запечатлел на них легкий, точно взмах крыла бабочки, и очень щекотный поцелуй. Палец от щекотки непроизвольно дернулся и угодил точно в ноздрю героя-любовника. Тот зашипел от боли.
— Вот об этом я и говорю, — сострадательно прикладывая смоченную в воде салфетку к пострадавшему носу дракончика, шепнула Янка.
— Ну и пусть! — упрямо объявил тот, подводя итог условно романтического обеда на троих. — Пусть пинком наизнанку! Так веселее и интереснее! Пусть будет скучно другим, а не нам! И вообще, я тебе все никак сказать не успеваю, ты очень-очень красивая! Самая-самая!..
— Эй, вы там как? Бабушка не съела? — участливо прогудел над головами сладкой парочки голос Хагорсона.
Погруженные в личные переживания и не заметившие приближения напарника Янка и Лис дернулись и со звучным «бамц!» треснулись лбами. Отложенная на стол прохладная салфетка тут же понадобилась вновь, вдобавок пришлось смочить еще одну. Тролль сконфуженно крякнул, пряча улыбку. По счастью, к друзьям поспешил Стефаль, и его целительные чары оказались куда эффективнее влажных компрессов.
После экстренного исцеления друзья покинули ресторанчик и продолжили прогулку по городу. Настойчивый Хаг повторил свой вопрос и даже получил ответ в словах, а не в форме новых травм вопрошаемых.
— Нет, не съела, только прожевала и выплюнула! — запросто сдал бабулю Машьелис и, хихикнув, добавил: — Теперь пошла жевать нашего декана.
— За что? — удивился эльф, глубоко уважавший и ценивший дэора.
— За ИПП, — емко ответил дракончик, коварно присовокупив: — Оказывается, они ввиду нашего несовершеннолетия рабочий контракт отослали старшим родственникам. Потому, Стеф, жди в гости папу!
— Вряд ли отец найдет время на посещение АПП или ИПП, он в достаточной мере доверяет моему выбору и суждениям, а заботы о Лесе и младшей дочери не позволят срываться с места по пустякам. В худшем случае пришлет бабочку или вовсе отложит беседу до каникул, — поразмыслив, заключил Стефаль и — счастливчик! — сочувственно улыбнулся дракончику. Бабушка Лиса всегда являлась во плоти и наводила ужас на академию в целом и внука персонально.
— Сам-то жив? — уточнил тролль.
— И даже счастлив, — расплылся в широкой улыбке Машьелис, подхватил ойкнувшую от неожиданности Янку на руки, покружил, крепко прижимая к себе, осторожно опустил, взял за руку и нежно чмокнул в мягкую щечку. На сей раз, вот диво, при всех манипуляциях дракончик ухитрился не покалечиться сам и не навредить избраннице. После чего с возмущением продолжил: — Представляете, друзья, моя коварная бабуля давным-давно одобрила мой выбор невесты и как за представлением наблюдала за моими метаниями, сомнениями и прочими безобразиями!
— Тебе сразу скажи, метаний и безобразий точно было бы раз в десять больше, — хмыкнул тролль, трезво оценив характер напарника.
— Наверное, — прикинул и вынужденно согласился Лис, сморщив нос. — Но теперь я с собой разобрался! Точно знаю, чего хочу, и Яну ни за что не отпущу!
— Ян, как ты такое сокровище терпеть-то будешь? — громко принялся сочувствовать подруге Фагард с самым серьезным видом, если, конечно, не заглядывать в смеющиеся глаза.
— Все равно работать вместе, так что наличие мужа под боком даже удобно — никого искать не надо и за супругом приглядеть можно, — практичным рассуждением подхватила шутку Донская. — Опять же, бабушка энергичная есть, будет кому с детьми посидеть, если что…
  
— А любовь? — жалобно уточнил растерявшийся Стефаль, очень надеявшийся, что друзья соединят судьбы не из практичных соображений, а по зову сердец.
— Да люблю я его, балбеса. Так, пошутила немножко, — искренне улыбнулась Яна и нежно чмокнула возмущенно хлопающего ресницами дракончика в уголок губ. Вообще-то метила в щеку, но жених слишком быстро крутил головой. Целоваться по-настоящему на людях девушке казалось не то чтобы непристойным, а скорее неправильным. Все равно как ходить в купальнике по городу вместо пляжа. Каждому месту и времени — свое действие, а нежности для двоих и должны быть нежностями для двоих, а не для публики.