Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Когда в середину пруда бросают камень, звук слышен на разных участках берега, и круги на воде тоже видны всем.
— Или, как Яна рассказывала, закон парных случаев! — влез с комментарием Машьелис. И кентавр одобрительно ржанул, соглашаясь.
Кстати, ехидный Лис оказался прав в одном: Быстрый Ветер в самом деле предложил тему курсовой работы или реферата к следующему семестру. Правда, не по плагиату, а как раз по таким «камням», плеск от которых слышен и виден во многих мирах. И предложил он ее не Яне (к ее вящему облегчению), а Машьелису (к радости и азартному удовольствию последнего). Донская и Хагорсон мрачно переглянулись, перед их мысленным взором встал полосатый напарник с двумя фингалами под глазами, полученными во время творческого поиска среди девиц разных факультетов. Судя по довольной улыбочке дракончика, тот воспринял задание расоведа как справку с печатью и пропуск для своих романтических эскапад.
— Надо бы попросить у мастера Лесариуса еще одну баночку с мазью, — тихо вздохнула Яна.
— Лучше купить у фееры моток веревки и привязывать Лиса к кровати после семи вечера, — практично предложил Хаг. — Нужда наша велика, за пару медяков отдаст!
— Ничего вы не понимаете в порывах трепетного сердца! — укорил друзей дракончик, но, чуток подумав, скорректировал линию поведения: — Я теперь девушек буду в нашу комнату приглашать на музыкальные вечера, ладно, Хаг? И мне записывать удобнее, и дверь всегда можно закрыть на защелку.
— И мои кулаки пригодятся, чтобы попросить выбивающих дробь по нашей двери побарабанить где-то в другом месте, — догадливо продолжил тролль.
— Нет, с кулаками я разберусь, — беспечно отмахнулся Лис и хитро прибавил: — А ты вообще давно уже должен поближе с будущей невестой познакомиться и в гости сходить. Я тебе отличный повод даю!
Неожиданно для Яны тролль задумчиво наморщил лоб, лицо потемнело, и он согласился. Так что, пожалуй, всем, чьи девушки слетались к обаятельному, веселому, расточающему пестрые и шумные комплименты дракончику, стоило начать волноваться. Нет, как уже поняла Донская, девушки-студентки нужны были Лису как букет цветов: полюбоваться, понюхать — и все. Вроде и красиво выглядит, а ни для чего более не пригодно, вместо пирожка не скушаешь. Но парни-то об этом не догадывались и мучились ревнивыми подозрениями!
Хотя нет, наверное, все-таки чуть-чуть, а догадывались, потому что охмурять такую кучу девиц, которые ежевечерне стали набиваться в комнату Машьелиса, было просто нереально даже герою-казанове. Из прикрытой, но не запертой на засов, как поначалу грозился дракончик, двери доносились смех, пение, звучала раздобытая Лисом не то гитара, не то мандолина. Этот странный струнный инструмент однозначной идентификации не поддавался. Словом, о Либеларо к подбору материала для курсовой подходил творчески и с размахом.
Нет худа без добра! Иоле и Янка стали больше времени проводить за разбором знаков. У ифринг близилась большая лабораторная, она зубрила, а соседка помогала и проверяла, заодно сама повторяла и усваивала пока незнакомые символы. Получалось как в старом анекдоте про учителя. Объясняя подруге сложные моменты, Латте и сама пусть порой не с первого, но со второго, в крайнем случае, с третьего раза непременно запоминала и разбиралась в материале.
Чай и пирожки у девушек не переводились. Хаг или Стефаль, а иной раз оба присоединялись по вечерам и тоже помогали гонять Латте по материалу, а заодно гоняли чаи. Яна давно уже весь пестрый набор местных травяных сборов именовала одним этим словом и выбирала для заварки наобум лазаря, все равно каждый напиток оказывался по-своему вкусен.
Был один из таких вечеров, когда соседки дружно корпели над материалом, стимулируя мозг крохотными конфетками-орешками и запивая сладости чаем. Латте неловко дернула рукой, подхватывая падающий со столика карандаш, которым девушка отмечала накрепко заученные знаки, и кружка с чаем совершила феерический, но, увы, последний в своей жизни полет. Пролетая, она неловко стукнулась об угол стола и рассталась с ручкой и кусочком на ободке. Забавный полосатый зверек, приподнявшийся на задних лапах с цветочком в передних, стал одноглазым, как пират. У Иоле навернулись на глаза крупные слезы.
— Ты чего, порезалась, обожглась? — испугалась за подругу Яна.
— Не-э-эт, — замотала полосатой головкой ифринг, беспомощно уставившись на осколки и лужицу на ковре, — чашку жалко! Это же подарок Йорда! Самая любимая!
— Ну-ка давай осколки и чашку, — скомандовала соседка, выхватила из шкафа с вещами полотенце, уложила туда пострадавшую посудину. — Пойду, Лиса попрошу восстановить! А ты пока нам свежего чайку заваришь, чтобы было чем второе рождение ценной чашки отметить!
Слезы начали подсыхать на глазках обнадеженной Иоле, а Янка с узелком из полотенца помчалась по коридору к комнате друзей. Струнный перебор и протяжная песня о чьей-то очень неразделенной любви слышались из-за закрытой двери. Студенты, уже успевшие привыкнуть к концертам, лишь беззлобно хмыкали, проходя мимо. (Все-таки авторитет бывшего старосты Стефаля, сумевшего убедить народ в серьезности намерений Машьелиса о Либеларо касательно сбора материала для курсовой работы и несерьезности его романтических поползновений, был нереально высок.)
Янка стукнула дверь кулачком, приоткрыла и позвала:
— Лис, можно тебя на минутку?
Дракончик нежился в девичьих объятиях на диване (обнимали его сразу две студентки, а еще одна помощница расчесывала локоны). Лис перебирал струны, наигрывая мелодию очередной песни, сюжет коей блуждал в умах музыкантов разных рас.
— Чего? — вывернувшись из девичьих объятий, парень отставил инструмент и подошел к двери, всем своим видом выражая недовольное нетерпение.
— У Иоле кружка разбилась. Восстанови, пожалуйста, как ты умеешь, а то она очень расстроилась… — начала землянка.
— Ян, ты же видишь, я занят! Материал собираю. Мне все бросить и бежать кружкой заниматься? — возмутился Машьелис и демонстративно повел рукой в сторону любопытно вытянувшихся мордашек своих компаньонок. — Давай попозже! Не помрет Латте без кружки часок-другой…
— Хорошо, я поняла, извини, что побеспокоила, — искры потухли в глазах девушки. Янку резко пронзило ощущение собственной ненужности: как напарница на заданиях она годна, а когда понадобилась срочная помощь в малом, другу недосуг. Девушка чуть сгорбилась, отвернулась и, перехватив полотенце с чашкой поудобнее, отступила.
На раздавшийся едва слышный щелчок и тихий стук никто не обратил внимания. Лишь передернул плечами дракончик, словно ему дунула в сердце сама Снежная Владычица. Вдруг стало очень-очень холодно. Потому и поспешил Лис приземлиться на теплое местечко между парой подружек. Едва о Либеларо сел, в дверь снова постучали, просунулась темная и сильно ушастая голова одного из второкурсников.
— Эй, компания, тут у двери браслет валяется. Не ваш?
Машьелиса будто подбросило с дивана, он подскочил к двери и уставился на вещь, лежащую у косяка. Красивый браслет из неизвестного сплава, напоминающего серебро с примесью лайзиля, с голубым дракончиком, изящно выгибающимся тонким телом в полете. Это украшение Лис узнал сразу. Как было не узнать украшение из храма Ветров, столько раз виденное за прошлый год на запястье Яны? Почему-то сдавило сердце, потемнело в глазах от предчувствия то ли беды, то ли непоправимой ошибки.
Позабыв разом про курсовую работу и цветник красавиц, горящих желанием оказать помощь симпатичному любезному ясноглазому и дивнокудрому юноше, Лис до боли сжал браслет в руке и рванул по коридору к комнате подруги.
Дверь бесцеремонно хлопнула о косяк, одновременно раздался крик:
— Яна!
— А ее нет, — взмахнула длинными и еще влажными ресницами Иоле, утирая мокрые от слез щечки. — Она тебя пошла искать, чтобы попросить мою кружку восстановить. Жалко очень, все-таки первый подарок, который мне Йорд сделал! Я так расстроилась. Пустяк, конечно, если подумать, а все-таки…