Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Вы наблюдали за исполнением пророчества? — первым озвучил догадку Стефаль.
— Да, — односложно согласилась дракесса, почему-то покосившись на гобелен. Может быть, он был не просто красивым «ковриком», а еще и артефактом-телевизором, связанным с Залом порталов АПП? — Ко мне еще есть вопросы или вы продолжите беседу в комнате переговоров?
— Госпожа ректор, а Клодрен ваш с деканом Гадом сын? — не утерпел и задал-таки раздиравший его вопрос о Либеларо.
— Сын, сын, — с притворной строгостью проворчала дракесса. — До седых волос дожить не успела, а он уже студентов сманивает!
Длинноносый усмехнулся и мстительно объявил:
— Не надо было их вам с папой — таких замечательных — учить!
Гулко захохотал одноглазый Атригис, заулыбалась Лехеси, прыснули студенты, напряженная обстановка в кабинете ректора ощутимо разрядилась.
— Не бойтесь, ребята, не вы первые, не вы последние. Порой студенты становятся блюстителями до окончания АПП. Игидрейгсиль выбирает инструменты для поддержания гармонии, — миролюбиво пояснил Клодрен. — Я и сам из таких, а Атригис и Лехеси — мои напарники.
— Это вы сейчас намекаете, что готовите нас себе на замену? — промурлыкал Машьелис.
И снова рассмеялись все в кабинете, а Атригис тихо-тихо бормотнул себе под нос:
— Кто знает, кто знает…
Яна же умиротворенно вздохнула украдкой: теперь не надо будет беспокоиться о трудоустройстве. И пусть впереди очень много всего неизвестного, но есть и четкий ориентир на будущее — место работы. Да еще, чего греха таить, очень не хотелось землянке разлучаться с дорогими сердцу друзьями. А работа в ИПП гарантировала — всё, что ни свалится в будущем, они поделят поровну на всех. По-дружески!
Почему-то последняя мысль показалась не то чтобы неправильной, а какой-то чуть-чуть болезненной, как старая заноза, которая залезла глубоко-глубоко под кожу и никак не желает вылезать. Усилием воли Яна отодвинула неприятную мысль на задний план и сосредоточилась на разговоре.
Шаортан без церемоний выпихнула студентов и директорат института в комнату переговоров, где Янкиной четверке подробно объяснили, как теперь будет устроена их рабоче-студенческая жизнь. Вызов в ИПП подавался не щекоткой, а холодком на браслете. Что забавно: новый браслет могли видеть лишь преподаватели АПП, для всех остальных веточка продолжала оставаться заурядным зеленым ободком. Свободно различать браслет-метку способны были лишь работники института. Или тот, кому его желал показать сам блюститель ИППа.
По сигналу браслета команде требовалось использовать портальный знак Игиды и переместиться в Зал порталов ИПП. Инструкция по дальнейшим действиям ничем не отличалась от академической. Менялась лишь маркировка пророчеств — в сторону повышения уровня сложности. В основном в институте имели дело с красными и желтыми свитками. Да претерпевала изменения система поощрений: за хорошее исполнение работы полагался не семестровый зачет автоматом по практической дисциплине БП (блюдение пророчеств), а эквивалент в звонкой монете. Оплата прямо зависела от сложности и количества пророчеств, выпадающих блюстителям.
После краткого ликбеза вся команда Янки поставила подписи на едином контракте с Институтом пророчеств и предсказаний, извлеченном Клодреном из папки. Решение Игидрейгсиль оформили документально. Особенно радовался фанатичный поклонник печатного слова Стефаль, как и друзья, получивший право свободного посещения архивов и грандиозной библиотеки ИПП.
Глава 18
КУЛИНАРНО-ПРИКЛЮЧЕНЧЕСКАЯ
Как только с контрактом все утряслось, команда оказалась на дорожке перед погруженным в сумерки административным корпусом. Яна погладила печально бурчащий животик и резюмировала:
— Кушать хочется, а столовая закрыта.
— Хочется, — столь же печально прогудел Хаг.
В комнате совещаний никто студентам еды (да хоть печенья с чаем!) выставить не догадался. Сами они, увлеченные и взволнованные перспективами, временно отбившими аппетит, попросить не догадались.
С другой стороны, троица из ИППа и не могла знать, что в насыщенном событиями графике ребят сегодня не нашлось места для ужина. А все из-за слишком большого количества исполненных пророчеств на единицу вечернего времени!
Приятно, конечно, что реликвии в Башню Судеб вернулись из пространственного кармана, что выжили юный рыцарь Арт с магом и карьера блюстителей пророчеств оказалась делом решенным. Вот только есть все равно хотелось! Этого никак не могли отменить все явные несъедобные плюсы ситуации.
— Пошли к столовой! — предложил Лис.
— Закрыто уже, — уныло буркнул Хаг.
— А мы постучим! — беспечно объяснил друзьям дракончик.
— Мастер Вархимарх, возможно, еще не ушел, — со вспыхнувшей надеждой на полноценную трапезу поддержала Яна. Понятное дело, повар не обрадуется студиозам, колотящимся в закрытые двери. Но, возможно, сжалится и выдаст хотя бы пирожков на дорожку?
К столовой от корпуса преподавателей четверка блюстителей неслась если не быстрее ветра, то точно наперегонки с ним. И лишь у дверей темного здания Янка посетовала:
— Жаль, у вас тоже знаки портала кончились.
— Это у нас не знаки портала, а мозги кончились, у всех разом, — мрачно признался Хагорсон вместо явно сконфуженных промашкой друзей.
— Прости, Яна, — стыдливо повинился Стефаль, а Лис вместо извинений пристроился у дверей, стал в них методично стучать выхваченной из кустов палкой и громко ныть:
— Мастер Вархимарх, откройте, сжальтесь над умирающими студентами и аспирантом, в боях за гармонию Мироздания пропустившими ужин! Так заняты были, мир и жизни людские спасали! Мастер Вархимарх!
Янка присовокупила свой голос к речитативу друга:
— Мастер Вархимарх! Пожалуйста!
Хаг и Стеф поддержали команду репликами на заданную тему.
— Чего долбишь? — В резко распахнувшейся створке показалась недовольная туша здоровенного осьминога. — Хочешь постучать — себе по лбу палкой постучи! Может, толк будет!
— Мастер, простите нас за бесцеремонное вторжение! — вступился за напарника эльф, пока сердитый силаторх не вырвал палку из рук дракончика и действительно не постучал нарушителю спокойствия по шее или по месту ниже спины, где торчало вечное шило.
— Мы сначала за исполнением пророчества приглядывали, а потом нас ректор к себе вызвала и задержала! Не успели на ужин! — наябедничала Яна, молитвенно сложив перед грудью ладони.
— Да, мастер, покормите, а? — пробасил Хаг, пытаясь придать своей массивной фигуре кротко-просительный вид.
Получилось странно, зато силаторх не то хохотнул, не то фыркнул и, отступив от дверей, махнул щупальцем:
— Проходите на кухню, оглоеды! Так и быть, накормлю, но чтобы в первый и последний раз! Столовая и так, почитай, две трети суток открыта!
— Мы теперь заранее с собой побольше брать будем, — клятвенно пообещала Яна.
Друзья двинулись по темному помещению. Единственным ориентиром для них являлась туша летящего впереди осьминога, сияющего нежно-голубым светом, как большой экзотический светильник. Шла компания к ступенькам в центре зала. Там обычно стояла круговая стойка с блюдами и властвовал повар.
Прежде никаких ступеней студенты не замечали. Или их закрывали баррикады еды, или ступеньки появлялись лишь в ночные часы? Преодолев небольшой спуск, команда оказалась в огромной, куда там верхнему залу, кухне — вотчине мастера Вархимарха и его восьми фантомов. Ее объем вдвое превышал габариты столовой.
Стучали ножи, звенели ложки, шуршали взбивалки. Что-то шкварчало в огромных сковородах, булькало в котлах, кипело в кастрюльках, пеклось в духовках, взбивалось в высоких полупрозрачных емкостях — то ли вазах, то ли кувшинах. В общем, тут творилась и просто одуряюще для четырех голодных блюстителей пахла пища.
Усевшись за угловой столик, крохотный по меркам гигантской кухни и вполне достаточный для размещения всей команды и еще пяточка друзей, ребята приготовились к мучительной пытке запахами и ожиданием. К счастью, мастер-повар садистом не был. Долго сглатывать слюну и созерцать завораживающее мельтешение-парение-творение пищи щупальцами силаторха не пришлось.