Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Ты как?
– Стыдно очень, не хотела ничего такого. Это ведь я мастера случайно приговорила. Такого жеста в позициях приговора точно не было. Ума не приложу, как и почему вышло. У меня сегодня факультатив с Фэро, поговорю, – шепотом пожаловалась Яна.
На этикет Лис с Хагом шли, изнывая от любопытства. Даже страдающая муками совести напарница невольно заразилась энтузиазмом и поглядывала на дверь с интересом. Во-первых, стоило посмотреть в синие-пресиние глаза мастера Айриэльда и проверить, избавилась ли она от их одуряющего воздействия или так только казалось вчера от недосыпа. Во-вторых, конечно, было любопытно, как изменился папа Стефаля, которому наладили личную жизнь.
Первое впечатление от явления мастера Лаэрона студентам было эффектным. Эльф сиял! Светилась его нежно-золотистая кожа, блистали золотые волосы, небрежно перехваченные в хвост, сверкали синие глаза, от мужчины мягкой волной исходила тихая радость. Напряжение, которое невольно испытывали в обществе строгого преподавателя блюстители, сменилось безотчетным душевным подъемом. Томно завздыхали очарованные девицы.
«Как хорошо, что мы провели этот ритуал ночью, – твердо решила для себя Янка. Подперев щеку кулачком, девушка с умилением взирала на счастливого учителя. – Даже если у него ничего не получится с иллюзией, хорошо!»
К счастью, версия полного излечения от синеглазого одурения подтвердилась. Теперь Донская могла спокойно смотреть на красивого папу напарника и любоваться им исключительно эстетически!
– Ясного дня, студенты! Сегодня проведем письменный опрос! – с нежной улыбкой поведал о своих планах эльф.
Слева и справа от Янки явственно заскрежетали зубами напарники. Кажется, счастливый Айриэльд по способности доведения студентов до ручки ничуть не уступал Айриэльду несчастному. И тот факт, что красавец-мастер, переполненный радостью, как воздушный шарик гелием, не был способен вести занятие, а потому решил провести письменный опрос, довольными блюстителей не сделал.
Взмах изящной руки позволил большой доске перед аудиторией покрыться златыми прекраснейшими письменами. Вопросов было вполне достаточно, чтобы провозиться с ними всю пару. Айриэльд благостно улыбнулся студентам и сел за преподавательский стол, дабы углубиться в чтение некой толстенной книги в уныло-серой обложке. Если бы мастер еще и страницы переворачивал, Яна поверила бы, что он читает. Но мысли и взор эльфа блуждали в эмпиреях, мало схожих с «Ритуалами и обычаями звероящеров».
Воистину, ни одно доброе дело не остается безнаказанным! Хорошо еще, что остальные студенты не подозревали, кому они обязаны счастьем внепланового опроса. Уныло переглянувшись, Янкина троица взялась сочинять ответы.
С дымящимися мозгами и трясущимися руками прибрели второкурсники-блюстители на семинар к декану. В этом семестре основным отличием лабораторных от семинаров у Гада было одно: на лабораторных студенты практиковались с настоящими листьями Игиды, а на семинарах кроме повторения и закрепления знаний о знаках и смыслах использовали шаблоны знаков, когда разыгрывали или обсуждали варианты решения ситуаций-пророчеств.
– Притомились? – иронично усмехнулся декан, разглядывая своих студентов. Те ответили нестройным согласным гулом.
– Пальцы отваливаются, – приняв насмешку за искреннюю заботу, пожаловался Цицелир, потрясая пятнистыми от прилива крови перепончатыми конечностями.
– Ничего, сейчас руки отдохнут, – порадовал ребят Гад, раздавая каждой команде блюстителей по набору карточек. – Работать будем головой!
Все задания, стоит отметить, декан брал из архива АПП. Являли они собой сбывшиеся и воплощенные пророчества. Конечно, на семинарах студенты-второкурсники получали лишь упрощенную схему-описание самого пророчества и расстановку фигур, пользуясь которой могли моделировать свои действия и подбирать знаки для воплощения пророчества. Янке, при всей ее невеликой страсти к учению, нравилось вчитываться в странные строчки, вдумываться в их расшифровку с фигурами пророчеств и сухим описанием места воплощения пророчества, нравилось выискивать самые простые знаки для их реализации. Вот Лис, напротив, обожал хитрые и многоходовые интриги. А Донская считала: чем план проще, тем меньше шансов в нем запутаться и завалить дело. Хаг же, будь его воля, для исполнения пророчеств и вовсе использовал бы лишь доброе слово, подкрепленное добрым топором, казавшимся в его лапах игрушкой. Дураком тролль отродясь не был, но хитрить и выкручиваться не любил.
«Пожалуй, хорошо разбирать одно задание на троих, особенно таких разных «троих». Всегда можно взглянуть на задачку под новым углом и увидеть то, чего не замечал прежде», – считала Яна.
Потому и решения у троицы выходили интересные, даже Гад иной раз одобрительно кивал студентам. Вот сегодня попались любопытные задачки с желтым маркером. То есть вмешательство блюстителя для исполнения пророчества должно было быть минимальным. В первом пророчестве «о деве-путешественнице, что темной тропой под полог лесной ступила», четко обещались будущие блага миру, коль дева сия невредимой выйдет из леса, не угодив в пасть к чудовищам. То есть на блюстителей этого пророчества, как показалось Янке, вешалась миссия телохранителей, потому как фигура в пророчестве была одна-единственная и никаких субъектов-объектов дополнительно не выделялось. Ключевой точкой исполнения значилась опушка леса.
Хаг не мудрствуя лукаво предложил использовать метод «попутчика». Знак дружбы обеспечивал симпатию фигуры пророчества к блюстителям. Под его влиянием потенциальная жертва лесных монстров спокойно провожалась через лес, а проводники разминались с оружием и магией. Лис предложил усыпить деву и, используя знак левитации и щита, протащить по дороге в качестве живого груза.
Янка послушала находчивых друзей и задумчиво спросила:
– Нельзя ли ее по воздуху перенести? Машьелис, с грузом над лесом смог бы переместиться?
– Точно, смогу! – прикинул Лис. – Вроде девица не должна весить больше тролля, а Хага я точно поднимаю левитацией.
– Ага, ты у нас хоть и легкий, но сильный, – припомнил старую подколку Хаг, успехов в магическом воздухоплавании не добившийся.
Дракончик же продолжил прикидывать:
– Усыпить девушку знаком, перенести над деревьями до края леса, опустить где-нибудь на полянку и пусть выходит на своих двоих. Вроде в пророчестве ни слова нет о том, что она должна топать через весь лес.
– Логично, – еще раз перечитав короткий текст, одобрил предложение напарника тролль и заскрипел ручкой, записывая решение. Почему-то из всей компании именно у Хагорсона оказался самый красивый и четкий почерк. Янка же, переученная левша, писала, что называется, как курица лапой.
И все было бы хорошо, если бы не глас с неба, то есть замечание Гада, прозвучавшее над головами изобретателей.
– Увы, пророчество подразумевает необходимость личной прогулки по лесу для девы.
– Значит, берем твой вариант, Хаг, – разочарованно констатировал Лис и, дотянувшись, перечеркнул запись о полете. Тролль хмыкнул и бисерным почерком принялся излагать свою методу конвоирования объекта.
Янка же заглянула в следующую желтую карточку и озадаченно вчиталась, после чего обреченно вздохнула:
– И чего этих дев невинных вечно к черту на рога несет?
– Опять лес? – заинтересовался дракончик.
– Не-а, горы, – скривилась блюстительница и зачитала:
Деве невинной, в горах заплутавшей,Семеро в доме окажут приют.Будет считаться она запропавшей,Пока семь друзей ее честь берегут.В час предназначенный встретится деваС тем, кто блистающий меч обнажит,Трона лишится тьмы королева.Свет Белозерье тогда озарит!