Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Стипендия руки жжет? – ухмыльнулся дракончик, подмигнув девушке. – Нам же вроде как все необходимое осьминог на складе выдал.
– Часы, чтобы на уроки не опаздывать, домашние тапочки, халат и пижаму не давал, – смущенно перечислила Янка. – Вам, парням, может, и все равно, а я не могу дома в уличной одежде ходить, и тем паче – спать. Так что вы, Лис, можете погулять, мне же в магазин надо.
– Как ты меня назвала? – не то удивился, не то оскорбился блондинчик.
– Кхм, извини, – смутилась девушка. Иоле и Стефаль пытались скрыть улыбки, а Хаг лыбился совершенно открыто, демонстрируя выступающие клыки. – Лис. Машьелис очень длинно, вот и сократила.
– А почему не Маш? – кажется, ничуть не обиделся парень.
– У нас это женское имя, – улыбнулась Янка. – А Лис… Ты ведь худой, юркий, остроносый, как лисенок, и имя на моем языке звучит похоже, вот и вырвалось. Цветом, правда, не очень похож. У нас лисы большей частью рыжие, реже черные. Зато… – Янка улыбнулась. – Еесть редкий вид полярных лис – песец называется.
О том, что название хищной зверушки созвучно с ругательством и является символом больших неприятностей, девушка промолчала.
– Дракон по имени Лис, – покатал на языке прозвище Машьелис о Либеларо. Родословная у парня была длиннее хвоста той змеи, что, по мифам троллей, плавает в Великом Океане Миров, а бесконечные уроки грозной ба, заставляющей учить имена великих предков, сидели в печенках. – Знаешь, мне нравится! Друзья, зовите меня так!
– Лис – это звучит гордо, – хихикнула Янка.
– А то! – высокомерно поддакнул Машьелис о Либеларо, получивший прозвище на третьем часу студенческой жизни.
Сдав грязную посуду в окошко мойки, компания покинула столовую и направилась по маршруту, предложенному Яной Донской. По здравом размышлении приобрести домашнюю обувь и одежду решили все. Форма – она, конечно, штука хорошая, но круглые сутки ходить в форменном платье любому осточертеет! Это еще хорошо, что им, блюстителям, зеленый цвет, успокаивающий нервишки, достался, а не красный или желтый, как другим факультетам.
Лавка, где могли потратить подъемные и стипендию студенты АПП, располагалась рядом со столовой и общежитиями. Янка ожидала увидеть что-то вроде магазинчика с канцтоварами и мелочевкой, такого, какой был у нее на первом этаже института, с добавлением текстильной продукции, но ожидания опять не оправдались. И, пожалуй, опять в лучшую сторону.
Снаружи магазин для студентов казался именно лавкой с мелочовкой, но стоило войти внутрь, и взгляд терялся среди массивов многочисленных шкафов, шкафчиков, полок и вешалок.
– Чем могу помочь? – заботливо осведомились у посетителей из-за скопления вешалок слева.
Янка думала застать в огромном магазине еще одного силаторха, орудующего своими щупальцами с универсальной скоростью автомата, но увидела симпатичную низенькую толстушку в синем платье с аккуратной белой наколкой в копне рыжих кудряшек и в кружевном фартучке. Так могла бы выглядеть лучшая в мире няня – мечта дошкольника.
– Часы, тапочки, пижаму и халат – ей! – бойко выдал за притормозившую подружку Лис. Освоившись и убедившись, что в АПП ему ничего не грозит, парень стал натуральным нахалом. Янка только вздохнула. Она так быстро обычно не действовала. И в магазинах, да и на базаре, покупки никогда с ходу не делала. Сначала ходила, смотрела, приценивалась и, наконец, определившись с выбором, покупала. Все-таки белобрысый оказался слишком стремительным для флегматичной девушки.
– Часы какие? Одежду в каких тонах? – улыбнулась покупательнице толстушка. Ямочки заиграли на румяных щеках, затанцевали кудряшки.
– Часы – главное, чтобы надежные. Тапочки и халат желтые, а пижаму зеленую, – вздохнув еще разок, ответила Яна, – размер у меня… – начала она говорить, но ее опять никто не слушал.
Толстенькая тетенька расправила прозрачные крылышки за спиной и вспорхнула, устремившись куда-то вглубь помещения. Причем Янка готова была поклясться, летела она сквозь шкафы и вещи.
– Она что, привидение? – заметил странность перемещения тетеньки Хаг и уточнил у Стефаля.
– Нет, она феера, – пожал плечами эльф. – Сильфида пространств и желаний! Никто другой с магазином в АПП не управился бы! Так с материей работать только они могут. Для каждой группы клиентов создавать свой вариант магазина и одновременно обслуживать, угадывая самое необходимое.
– То-то я смотрю, мы тут одни, – почесал затылок тролль и выдал на удивление философскую для туповатого на вид здоровяка сентенцию: – Чего только в мирах не бывает, каких только созданий не встретишь!
– Это АПП, – коротко ответил Стефаль, будто своими словами дал исчерпывающее объяснение всему происходящему.
– Вот, милочка, погляди! Подходит? – Кудрявая и крылатая толстушка материализовалась у прилавка с кулоном-часами на тонком плетеном шнурке, желтыми пушистыми тапочками без задников, столь же ярким халатом на вешалке и зеленой, как молодая травка, широкой пижамой. К этим нужным вещичкам прилагались несколько комплектов белья и прокладки. Янка мысленно поблагодарила фееру и дала себе щелбан за оплошность. Хороша бы она была без всех этих совершенно необходимых вещей!
– Да, – только и осталось сказать Яне. – Сколько с меня?
– Три золотых и пять серебряных листочков за все, – снова улыбнулась феера, не озвучивая перечень предложенного товара.
В стоимость покупки заботливая толстушка включила все, в чем нуждалась покупательница, и благоразумно не стала поднимать щекотливый вопрос комплектации в присутствии парней.
Чем именно придется расплачиваться, девушка не очень представляла, так же, как не знала, стоит ли торговаться, как на базаре, или нужно оплачивать покупки, как в обычном магазине. Но поскольку торговаться Яна никогда не любила, слишком этот процесс напоминал ей ссору, она молча развязала завязку на кошельке и высыпала на ладонь несколько монеток. Сразу стало понятно, о каких листочках говорила продавщица. Монетки, выданные студентам в качестве подъемных, не были привычными кругляшами, а имели овальную форму листа. Чем-то желтые монетки (неужто и впрямь настоящее золото?) напоминали те самые листики, за которыми то и дело лазил в сумочку, чтобы превратить в порошок, декан Гад.
Вот только серебряных листиков на ладошке у Яны не было. Девушка не поленилась заглянуть в кошелек и убедиться: там остались только желтые монеты. Спрашивать о соотношении курса золотого листочка к серебряному почему-то было неловко, поэтому, понадеявшись на то, что в одном желтом листике точно больше, чем пять серебряных, землянка протянула феере четыре золотых монеты. Пухленькая продавщица одарила покупательницу еще одной добродушной улыбкой, сложила все покупки в большой бумажный мешок и отсчитала десять серебряных листочков сдачи из кармашка передника.
«Значит, в одном золотом листике пятнадцать серебряных», – мысленно поставила галочку Янка, принимая покупки и аккуратно ссыпая сдачу в кармашек формы. В мешок не стала класть специально, чтобы не вылавливать потом серебряные листики среди золотых. А часы, с виду самые обычные, каких и в земных магазинах тысячи – циферблат с черточками да две стрелки, – девушка сразу повесила на шею. Заводить не пришлось, тикали.
– А вам, студенты, ничего не требуется? – склонила голову набок феера, окидывая Иоле, Лиса, Хага и Стефаля взыскующим взором. Иоле сразу покачала головой.
– Мм, пожалуй, тетрадь на двести листов для записей, – припомнил Стефаль и тронул щеку.
Лис же, лукаво посверкивая глазами, спросил:
– А у вас такие же тапочки, как для Яны принесли, есть? Хочу! Только красные!
– Найдем, – пообещала толстушка, не пряча улыбки.
– Ковер на пол у кровати хочу. Не лесное озеро, как у девушек, а море с чайками, – подумав, выпалил Хаг и почему-то потупился и позеленел. – Есть у вас?
– Найдем, – снова повторила с улыбкой феера, и за обычной вежливостью продавца на ее лице мелькнуло истинное одобрение того, что кто-то пожелал воплотить в жизнь кусочек собственной мечты.