Драго Том 1 (СИ)

Но в принципе, мне даже без перевода — по мимике и языку тел было понятно смысловое содержание обмена фраз.
«Ты обещал!» — словно говорила незнакомка, умещая все это в десятки слов и жестов.
«Ну… может быть и обещал», — словно бы отвечал ей Линден.
«Ты мне врал!» — вновь говорила она, заламывая руки.
«Бывает», — вновь пожимал плечами Линден, всем видом показывая, что тяготится ее обществом. На женщину он внимания обращал мало — достав стекло из раны, сейчас заматывал ступню своим снятым носком.
«Я тебе доверяла!»
«Ну… дерьмо случается»
Вот это я, кстати, хорошо услышал.
Вновь оторопев, гостья набрала воздух и зачастила очередной импульсивной фразой. Но Линден, видимо устав, вдруг громко рявкнул, призывая собеседницу заткнуться. Ее это лишь распалило, и она наоборот повысила голос. Линден, стараясь беречь порезанную ногу, поднялся с дивана и подняв пульт, наконец-то выключил голо-экран. Прихрамывая, после этого он подошел к незнакомке. Женщина говорила все громче, но вдруг ее голос оборвался звонкой пощечиной.
Удар, нанесенный ладонью, получился резким и хлестким. Линден, видимо, выплеснул свое раздражение в нем. Приложил он хорошо — голова незнакомки дернулась, и ее даже повело на ставших непослушных ногах. Пытаясь поймать опору, гостья сделала несколько неуверенных шагов, и уже падая, попыталась попасть на край дивана. Не получилось — бедро ее скользнуло по подлокотнику, она полностью потеряла равновесие и кувырнулась с боковой спинки назад, так что ноги в эффектных туфлях взлетели к потолку. Одна из них, кстати, со ступни сорвалась, и скользнула по голени, на петле из ремешка.
Кувырнувшаяся спиной вперед через спинку дивана гостья как упала, так лежать и осталась. Ноги, видимые мне, остались поднятыми. Да, женщина явно в нокауте — может еще и затылком при падении приложилась.
Линден на гостью, которую вырубил одной пощечиной, внимания даже не обращал. Морщась и прихрамывая, по-прежнему оставляя за собой кровавые следы, он прошел к столику. Взял оттуда непочатую бутылку виски и с громким — для меня громким, щелчком, свернул пробку. Вместе с бутылкой Линден дошел до барного холодильника, бросил в стакан несколько крупных кубиков льда, и после уже налил себе.
Смотри какой, а — только и подумал я, вспоминая как буквально несколько минут назад он такими условностями не заморачивался, хлебал с горла. Видимо, эстетствует он только пока трезвый.
С другой стороны комнаты в этот момент послышался глухой стук — ноги незнакомки наконец упали в бок. Пара минут в комнате стояла относительная тишина. Линден прихлебывал виски, понемногу приходящая в себя гостья барахталась за диваном, как перевернувшийся на спину жук.
Тишина была томительной — для Линдена. Я видел, как его рука то и дело тянется к пульту, но он постоянно себя сдерживал, чтобы не включить трансляцию прерванного шоу. Он ждал, пока гостья придет в себя — понял я. И когда она поднялась на ноги, он, даже не глядя на нее, заговорил.
— Потрахаемся напоследок, или сразу исчезнешь нахер?
Сказанное подействовало на даму не менее ошеломительно, чем недавний удар. Только сейчас вестибулярный аппарат ее остался в порядке, и ноги не подвели. Но лицо перекосило гримасой, с усилием сдерживаемой, а из глаз покатились слезы.
Вновь зазвучала дробная речь, уже через всхлипывания. Прислушиваясь, я угадывал смысл. И это были не просьбы брошенной женщины — не те интонации и эмоции. Гостья была сломлена. Подтверждая мою догадку, она вдруг упала на колени, складывая руки на груди и о чем-то Линдена умоляя. Тот некоторое время молчал, ожидая пока закончился монолог.
— Или ты сейчас выходишь, или я сам вышвырну тебя вон, — тем же бесцветным тоном произнес он. И, предваряя новую плаксивую мольбу, вдруг значительно повысил голос: — Я не стану! Спасать тебя и помогать тебе. Ты знала, на что шла, и знала цену. Разговор окончен, выметывайся. Сейчас же!
От последнего слова — а Линден говорил по-английски, и прозвучало это довольно сильно, незнакомка вздрогнула, как от очередной оплеухи. Лицо ее вновь исказило гримасой, и в этот раз она уже не смогла сдержать себя — стала некрасивой, а слезы из глаз покатились уже градом. Все, на что ее хватило, это закрыть лицо руками. Поникшие плечи ее вздрагивали, и сама она готова была упасть на пол, по ощущениям.
 
Ругаясь себе под нос, Линден отставил стакан и двинулся к незнакомке. Подойдя ближе, он без лишней деликатности схватил ее за волосы и рванул вверх. Она пронзительно закричала — и от боли, и от злости. Линден же, поднимая ее на ноги, рванул уже в сторону — так, что гостья развернулась и пробежала пару шагов в сторону выхода. Ноги ее подвели — каблук оставшейся на ноге туфли подломился, и женщина упала на четвереньки.
Вновь выругавшись, Линден без затей пнул ее ногой, в туго обтянутый платьем зад. Гостья от удара упала на живот, Линден шагнул, вновь хватая ее за волосы и потянув вверх. В этот момент гостя яростно закричала и с исказившимся от злости лицом вцепилась ему ногтями в лицо. Линден успел отпрянуть лишь в последний момент — ногти чудом не попали в глаз, оставив на щеке несколько красных линий.
Гостья, получив столь обидную отповедь и унижающий пинок, просто потеряла голову от ярости. Забыв об инстинкте самосохранения, она с ногтями — как кошка, бросилась на Линдена. Но тот легко ушел от ее вытянутых рук и врезал ей кулаком в живот. Женщину от удара сложило, но тут же отбросило прочь, распрямляя — это последовал второй удар, третий. И следом серия ударов ногами. Линден, напрочь потеряв голову, начал ее жестко избивать — с каждым ударом он что-то бессвязно, как только пьяные англичане умеют, кричал.
Видимо, это у него выплеснулось все то раздражение, которое он копил во время беседы, отвечая односложно. Женщина под градом ударов закрылась руками и ногами, свернувшись калачиком. Она почувствовала и поняла, что ее сейчас будут просто вбивать ногами в пол. Ей повезло — Линден был без обуви, да и порезанная нога его немного тормозила, так что бил он в основном левой, попадая плохо.
Тонко повизгивая, гостья, движимая проснувшимся инстинктом самосохранения, откатилась и попыталась убежать. У нее даже получилось встать на четвереньки и почти подняться на ноги — но Линден, с замахом как выбивающий футбольный мяч вратарь, нанес удар ногой.
Не получилось у обоих. У женщины не получилось уклониться, а у Линдена качественно ударить: его окровавленная ступня поехала по полу, и он промазал. Не попал точно в голову — его нога попала ей по плечу и дальше, вскользь по виску. Повезло, что вскользь — а попал бы Линден, как и куда целился, вышиб бы из женщины дух напрочь, если б еще и шею не сломал.
Да, своеобразные у них отношения, однако.
Сам я, кстати, уже давно наблюдал за происходящим через экран портативного — размером с небольшой мобильный телефон, ассистанта. Снимая все происходящее на видео. Пустой ассистант у меня был с собой в кармане — для видеофиксации доказательств «кары божьей», которая должна настигнуть Линдена. И пока снято достаточно — решил я, убирая ассистант в карман и берясь руками за перила галереи, мягко через них перепрыгивая.
Гостья между тем, от полученного удара упала на живот и больше не шевелилась. Рухнувший Линден же барахтался на спине, несвязно рыча и ругаясь от ярости. Он, кстати, поднялся все-таки довольно быстро, намереваясь продолжать избиение — крышу ему рвануло качественно, нормального человеческого там больше не было, только звериная злость. Но едва он замахнулся, в этот момент ему в затылок прилетела бутылка с виски. Та самая, которая недавно закатилось под галерею. Споткнувшись, Линден на прямых ногах, как оловянный солдатик, упал ничком, со звучным шлепком ударившись лицом в пол.
 
Вот так пусть и полежит пока.
Бутылка, кстати, не разбилась — воткнувшись массивным донышком в голову Линдена, она упала на пол и снова покатилась в мою сторону. Ну да так примерно и задумывалось — бросал я правой рукой, и бросок контролировал. Если бы не контролировал, голову могло от тела оторвать, бросай в полную силу.