Stolen (СИ)

— Да он вообще его видел?
Гарри глубоко вздохнул, борясь с отчаянием. У него не было ответа на этот вопрос, потому что понять омегу, который выходит за этого животного, Рикардо Дайсона, он не мог. Зейн остановился перед Гарри.
— Ты думаешь, он знает, что его жених сделал с нашим Лиамом? Может, это он его подослал? Из-за того, что мой отец попытался сделать с его отцом?
Пугающая мысль… Казалось, это было невозможно, но Гарри тщательно все взвесил, прежде чем отрицательно покачать головой.
— Нет, я так не думаю. Он не производит впечатления беспощадного и безжалостного омеги.
— В чем же тогда дело? Почему он с Дайсоном?
Было совсем нетрудно представить, что в нем так привлекло Рика: мало того, что Луи был сыном герцога и это влекло за собой самые высокие связи в обществе. Он также был необыкновенно хорош. Гарри поймал себя на том, что снова вспоминает сцену, разыгравшуюся между ними в поле, когда он повалил омегу на спину, а он под ним извивался, до такой степени возбудив, что понадобилось все его самообладание, дабы не заняться сексом с мальчиком прямо в поле. Трудно сказать, что могло произойти, если бы не появились Найл и Эд, потому что он жаждал омегу до сих пор.
Сосредоточившись на уходе за лошадью, он напомнил себе, что не должен так думать о своем пленнике и что в будущем ему вообще следует избегать подобных мыслей. Луи был для него вещью, врагом, приманкой — не более того. Он не имел права забывать об этом.
— Я не знаю, — наконец ответил он, — но намерен все выяснить.
Зейн подошел к пещере и заглянул внутрь.
— А потом что? Глаз за глаз?
У Гарри все перевернулось внутри. Это было грязное дело, и он его презирал.
— Я еще не решил. — Он отпустил лошадь пастись. — Поезжай, дождись остальных. Мне необходимо какое-то время побыть с ним наедине.
— Сколько?
— Минимум несколько часов.
Чувствуя спиной взгляд Зейна, он шагнул в темную прохладу пещеры.
— Для чего, Гарри?
— Я тебе уже сказал, что пока не знаю. Но я устал и не в духе. Поэтому оставь меня в покое, пока я не определюсь.
========== IV ==========
***
Луи сидел на полу пещеры, борясь с охватившим его чувством безысходности. Как бы он ни тянул и ни дергал за тонкие веревки, стягивающие запястья, освободиться ему не удавалось. Омега находился в ловушке и был так же беззащитен, как олененок в волчьем логове. Он знал, что скоро его похититель вернется и сделает то, что собирался сделать с самого начала, с того момента, как пробрался в спальню его жениха.
Вдруг из темноты возник Гарри. Он достал из ботинка нож и опустился перед мальчиком на колени. Омегу охватил ужас.
— Пожалуйста, — произнес он, изо всех сил, уже в полном отчаянии, дергая веревки, — если в тебе есть хоть капля человечности, отпусти меня. Ты должен это сделать.
Альфа поднял нож, едва различимый в окружающем их мраке, и Луи решил, что еще мгновение — и мужчина перережет ему горло, но вместо этого он перерезал веревку. Она неслышно упала на землю.
— Я смотрю, ты боец. — Гарри обеими руками взял его за запястья и начал осматривать их внутреннюю сторону. — Я восхищен твоим упорством, но посмотри, что ты с собой сделал, малыш.
Кровь тонкой струйкой стекала по руке омеги. Альфа нашел какую-то тряпку, обмакнул ее в котел с водой, висевший над потухшим костром, и стал осторожными движениями смывать кровь с запястий.
  
— Ты меня убьешь? — спросил Луи, обеспокоенно поглядывая на меч у пояса мужчины. — Если да, то я хочу об этом знать.
Гарри продолжал сосредоточенно обмывать руки мальчика.
— Я не собираюсь тебя убивать.
Конечно, омега был благодарен ему за эти слова, но до полного спокойствия было еще далеко.
— А как тот другой альфа? — спросил он. — Мне показалось, что я ему не нравлюсь.
Луи покосился в сторону входа в пещеру.
— Ты прав, малыш.
Мясник сложил тряпку вдвое и начал вытирать руки чистой стороной ткани.
— Потому что я обручен с полковником Дайсоном?
Гарри задумался.
— Это подталкивает его к тому, чтобы убить тебя на месте.
Ткань коснулась пореза, и Луи отдернул руку.
Гарри пристально посмотрел омеге в глаза и без единого слова, одним взглядом убедил его вытерпеть боль. От него исходила какая-то сила, заставляющая слушаться.
— Почему вы оба так сильно ненавидите моего жениха? — спросил мальчик, он смотрел, как вода струйками стекает по ссадинам на его коже, и сосредоточился на движениях рук альфы. — Что он тебе сделал?
— Эту тему я обсуждать с тобой не собираюсь.
— Почему?
— Потому что я сомневаюсь, что тебе захочется это услышать.
Луи приподнялся на коленях.
— Почему не захочется? Я хочу знать причину, по которой ты меня украл.
Мясник поднял глаза и внимательно посмотрел на мальчика.
— Ты уверен, что хочешь знать о своем женихе все? Это может повлиять на твои чувства к нему. Твои романтические мечты о прекрасном принце рухнут. И что ты тогда будешь делать?
— Разумеется, я уверен, — отрезал Луи, не обращая внимание на строгий тон альфы. — И, кроме того, ты не можешь сказать ничего, что изменило бы мои чувства, я всей душой чувствую, что Рик — храбрый и благородный человек.
Гарри закончил обрабатывать раны, скомкал тряпку и отбросил ее.
— Хорошо, я сообщу тебе причину, по которой ты здесь находишься. Не буду вдаваться в подробности, потому что тебе лучше не знать, кто еще участвует в этом деле. Но тебе нужно понять, что твой жених — тиран и насильник. Он убийца невинных женщин и детей. Если бы он мог, то убивал всех на своем пути.
Луи фыркнул:
— Ты ошибаешься.
— Нет, не ошибаюсь.
Мясник выпрямился и перешел на другую сторону пещеры. Казалось, что, несмотря на темноту, он пытается увидеть выражение лица мальчика.
Луи покачал головой.
— Нет, ошибаешься. Я знаю Рикардо. Он хороший и благородный. Он был знаком с моим отцом, который тоже был хорошим человеком и отлично разбирался в людях. Он ни за что не благословил бы нашу помолвку, если бы Рик был бессердечным. Отец любил меня и очень хотел мне добра. Он хотел, чтобы я был счастлив и окружен заботой. Он ничего так сильно не хотел, как этого. Так что ты неправ.