Stolen (СИ)

Луи настороженно смотрел на мужчину.
— Ты настаиваешь на том, чтобы в обмен на твою клятву сохранить Рикардо жизнь и позволить суду решать его судьбу, я должен сохранить твои тайны?
— Да.
Гарри стоял, уперев руки в боки, и пристально смотрел на омегу.
— Что скажет Зейн? — дерзко поинтересовался мальчик, зная, что этот вопрос взбесит альфу. — Он этого не одобрит, и тебе придется защитить меня от него.
— Я это сделаю.
Луи стало трудно дышать.
Когда омега так и не смог дать ответ, Гарри взял его за подбородок, приподнимая лицо вверх, и посмотрел в голубые глаза.
— Вот что я еще хотел бы знать, сладкий: как я узнаю, что тебе можно доверять?
— А как мне узнать, что можно доверять тебе?
Они молча смотрели друг на друга. Внезапно в комнате стало темнее: солнце зашло за тучу.
— Я действительно тебя люблю.
========== XIII ==========
Спустя пару часов, когда в кабинете Гарри сидели два брата, в комнату вошел Зейн. Его рука крепко сжимала рукоять меча. Темные волосы альфы были аккуратно уложены. Он побрился и сменил рубашку.
— Лэйн, он уже сообщил тебе последние новости? — спросил Зейн, не сводя с Гарри ледяного взгляда. — Насчет того, что он собирается взять в мужья эту английскую шлюху для того, чтобы он держал язык за зубами?
— Да, — ответил Лэйн. — Он мне все только что объяснил.
Глаза Зейна горели гневом.
— Тебе не кажется, что проще было бы его просто убить? — поинтересовался он у Стайлса. — Это то, что тебе следовало сделать в форте. Это избавило бы нас от множества проблем и неприятностей. — Гарри встал со стула и направился к другу, который слегка попятился и снова перевел взгляд на Лэйна. — Он успел сообщить тебе о том, что намерен сложить оружие в обмен на его молчание? И что согласился пощадить Рика Дайсона?
Лэйн поднял глаза на брата.
— Нет, этой информацией он со мной не поделился.
— Я как раз собирался это сделать, — пояснил Гарри.
Они с Зейном стояли лицом к лицу посреди кабинета.
— Ты что, совсем из ума выжил? — тихо спросил кареглазый.
— Я знаю, что делаю, — зарычал в ответ кудрявый.
— Но ты не должен отказываться от всего, за что боролся, — после секундного молчания возразил Зейна. — Как ты мог позволить ему уговорить себя оставить Дайсона в живых?
— Не указывай мне, что я могу делать, а что нет, — предостерег друга Гарри.
— Единственная причина, по которой я не убью тебя прямо сейчас, заключается в том, что, как мне кажется, ты собираешься позабыть о своем обещании и убить Рикардо. Во всяком случае, это то, на что я надеюсь.
Лэйн поспешил подойти к ним и вмешаться. Он был ниже обоих альф, и ему приходилось запрокидывать голову, обращаясь к ним.
— Но нарушать слово, данное омеге, недостойно джентльмена, — произнес он. — Особенно когда речь идет о сыне герцога.
Зейн вспыхнул.
— Недостойно джентльмена! — воскликнул он. — Какого черта, Лэйн! Может, ты и одеваешься, как англичанин, но, насколько мне известно, ты все еще шотландец. И ты забываешь, что твой братец раздел эту шлюху догола прямо у него в спальне и закинул к себе на плечо, как мешок с картошкой, чтобы вынести из форта. Затем он его связал и пригрозил выпороть, если он попытается сбежать. Так что, как мне кажется, немного поздно беспокоиться о хороших манерах.
Лэйн судорожно сглотнул.
— Никогда не поздно быть цивилизованным человеком.
Зейн навис над младшим Стайлсом.
— Ты всегда боялся драки, Лэйн. Ты всегда оставлял это право другим, так что лучше не суйся в это дело.
Кадык Лэйна дернулся вверх-вниз. Он медленно отошел от соперников.
Гарри посмотрел в холодные глаза Малика.
— Я дал Луи слово. И не собираюсь его нарушать.
— А как насчет твоего слова мне? — спросил Зейн. — Ты пообещал, что вместе мы отомстим за смерть моего брата.
Гарри ощутил укол вины, но поспешил отмахнуться.
— Я не собираюсь перед тобой оправдываться.
Напряжение между мужчинами возрастало, пока наконец Зейн не отвернулся и не направился к двери.
  
— Может, ты что-то и пообещал этому англичанину, Гарри, но я ему никакого слова не давал и ничем не обязан.
Кудрявый вышел вслед за другом в коридор.
— Не бери это на себя, Зейн. Оставь Дайсона мне.
Зейн снова обернулся.
— Почему ты так поступаешь, Гарри? Неужели этот омежка так много для тебя значит? А как насчет Лиама? Ты ведь его любил. Как ты мог так легко забыть моего брата? Ведь не прошло еще и года.
Снова эта вина. Альфа ощутил ее болью в груди.
— Я ничего не забыл. Я всего лишь хочу положить конец кровопролитию. Я уверен, что он этого хотел бы.
Неужели Гарри действительно в это верил? Он и сам не знал. Прежде Стайлс ни о чем таком даже не задумывался, заботился лишь о своих собственных нуждах и желаниях.
— Лиам хотел бы увидеть голову Рикардо Дайсона на колу, — возразил Зейн, отступая в глубь коридора. — Но ты предпочел этого англичанина и ему, и своим друзьям. — Он наморщил лоб. — Что с тобой случилось, Гарри? Где тот человек, которого я знал? Где неукротимый альфа, поднявший свой меч против тирании и несправедливости? Или ты забыл все, чему тебя учил твой отец? Ты и о Шотландии собираешься забыть?
— Я ничего не забыл, — повторил граф. — И месть настигнет Дайсона. Я отнял у него омегу, как он отнял у меня моего жениха.
— Но какого черта ты собираешься с ним делать?
Гарри ощутил беспокойство в груди.
Зейн покачал головой.
— Я вижу, что говорить не о чем. Ты принял решение, и поэтому я тебя покидаю. Насколько я понял, теперь ты непригоден для войны так же, как и твой мягкосердечный братец.
С этими словами Малик отвернулся и начал спускаться по лестнице.
Стайлс прижался спиной к стене и несколько раз ударил кулаками по холодным твердым камням, из которых был сложен замок.
***
В этот вечер они ужинали, сидя на противоположных концах длинного стола вместе с Лэйном и Джозефом. Это был пир, состоящий из устричного супа, корнуоллских кур, свежих овощей и вина с юга Франции.
После десерта из персиков в бренди и сливок с шоколадными трюфелями все перешли играть в карты в гостиную. За игрой они беседовали и развлекались.
Луи поразила будничность и непринужденность обстановки. Временами он чувствовал себя почти комфортно и искренне смеялся над шутками хозяев. Омеге было здесь лучше, чем дома. Особенно после того, как там поселился дядя. Не то чтобы он не любил своего дядю. Нет, он был добрым и мягким человеком. Но он был гораздо старше.
Эти мужчины смеялись и поддразнивали друг друга, игнорируя правила, которые всегда удушающе действовали на Луи. Сегодня вечером омеге не чудилось, что он задыхается. Как ни странно, мальчику было легко и свободно, а ненавязчивое общение с Гарри и его обаяние и вовсе стали для него неожиданностью.
Омега вспомнил, что сказал ему Джозеф, при первой встрече: «Я уверен, что это альфа, которого ты будешь знать как своего мужа. С тобой будет не Мясник. Ты забудешь о его второй стороне. Я крайне редко вижу ее проявления. Он завоюет твою любовь…»
И в самом деле, шутки мужчины были забавными, а настроение игривое. Во всяком случае, сегодня в нем не было ничего варварского. Он был воплощением утонченности и элегантности.
Но, поглядывая на часы, мальчик не мог отделаться от ощущения, что, когда Гарри придет в его постель, все будет совершенно иначе.
При одной мысли об этом сердце омеги начинало трепетать. Он чувствовал на себе пронзительный взгляд зеленых глаз, даже находясь в противоположном конце комнаты.
Когда их взгляды встретились, Луи понял что пора удаляться в спальню.
Вскоре после полуночи до слуха Луи донесся какой-то звук. В коридоре у двери кто-то был. От волнения у него в животе как будто что-то взорвалось, но омега молча пообещал себе, что бояться не станет, а будет наслаждаться и сосредоточится на удовольствие. Многие ощущения мальчик уже пережил, и страсть к Гарри была одной из причин, по которой он принял предложение альфы.