Stolen (СИ)

Бет проницательно прищурилась.
— Потому что его возлюбленный умер, мальчик. И судя по тому, что я слышала, в день его гибели Мясник похоронил вместе с ним и свое сердце. Во всяком случае, ту его часть, которая была способна любить. А теперь он сражается за свободу Шотландии. Это все, что для него теперь имеет значение. Свобода и справедливость. Кроме того, — продолжала она, бросив быстрый взгляд на спящего в корзине младенца, — ты англичанин. Мясник ни за что не отдал бы сердце английскому омеге. Я не хочу тебя обидеть. Просто так обстоят дела.
Луи откинулся на спинку стула, до глубины души задетый познаниями этой женщины о воине, известном в Шотландии под прозвищем Мясник. Она знала мельчайшие подробности о его происхождении, оружии и даже о горе, которое он носит в своем сердце и которое подталкивает его к сражениям и убийствам.
— Ты говоришь, что он сражается за свободу Шотландии, — заметил Луи. — Но чего можно добиться с помощью убийств?
Омега подумал о своем любимом отце, который пытался вести мирные переговоры с представителями шотландской знати и которому удалось многих из них склонить на свою сторону. Нашлось немало шотландских аристократов, готовых сложить оружие и объединиться с Англией.
Бет встала из-за стола.
— Может, выпьешь вина? Я знаю, что отец захочет пропустить глоточек, если услышит, что я говорю о прошлом.
— Спасибо, с удовольствием, — кивнул Луи.
Бет подошла к шкафу, сняла с полки тяжелый глиняный кувшин и разлила вино в три кубка. Один она отнесла отцу, который принял вино, кивнув дрожащей головой, а с двумя вернулась к столу.
Бет снова села.
— Многие шотландцы верят в то, что вооруженная борьба является единственным способом сохранить нашу свободу, потому как они помнят времена, когда переговоры ни к чему не приводили. Ты слышал о Гленко?
Луи покачал головой.
— Никогда о нем не слышал.
— Конечно, нет. Высокородным английским омегам о таком не рассказывают. Я ведь слышу, как ты разговариваешь, милый. Ты не посудомойка, сразу видно. Как бы то ни было, это произошло в девяносто втором году, еще до твоего рождения. Ваш король предъявил шотландским кланам ультиматум с требованием присягнуть на верность английской короне, пригрозив конфискацией земель. Почти все подписали документ, но один не успел сделать это в срок. Вскоре всю семью уничтожили. Их вывели в метель, на рассвете, и расстреляли. Немногие шотландцы смогли простить англичанам эту несправедливость. — Она наклонилась ближе. — Так что вполне естественно, что очень многие шотландцы горят желанием схватиться за меч или мушкет и отстаивать свои права.
— Вы поэтому подняли мятеж? Из-за того, что произошло в Гленко?
Бет поставила кубок на стол.
— Ах, мальчик, все не так просто. За долгие века пролилось очень много шотландской крови — реки и ручьи нашей страны обагрены этой кровью. Нам необходимо сражаться, — Пояснила она. — Мы не можем иначе. Наши альфы — гордые и смелые мужчины, воинственность у них в крови, и они не желают подчиняться кому-либо.
Луи взглянул на старого мужчину, после чего перевел взгляд на Мясника, который за все это время так и не пошевелился.
— Я молю Бога, чтобы к утру он пришел в себя.
— Я тоже, — кивнула Бет. — Потому что, если этого не произойдет, кланы поднимут такое восстание, которое и представить себе невозможно.
Луи сделал глоток вина и задумался над тем, что только что услышал. Ему было не по себе. Омега не слышал об ужасной бойне в Гленко. Ему стало ясно, что подобную информацию отец оставлял при себе.
Разумеется, тем самым он пытался оградить мальчика от переживаний, ведь в его мире омег полагалось защищать от ужасов войны.
Луи снова поднял усталые глаза на Гарри и подумал, что ему еще очень многое предстоит узнать об этой стране. История и политика оказались гораздо сложнее, чем омега мог себе представить, и с каждой минутой все только усложнялось.
— А ты знаешь, кто Мясник на самом деле? — спросил Томлинсон, наклоняясь к Бет, но не сводя глаз с неподвижной фигуры на кровати.
  
Луи сильнее, чем когда-либо, интересовали жизнь и воспитание этого человека. Был ли он в Гленко? Есть ли у него родственники? Братья или сестры? Какое у него было детство? Ходил ли он в школу? Умеет ли он читать? Или все, чему он когда-либо учился — это сражаться и убивать?
— Никто не знает, откуда он, — покачала головой Бет. — Некоторые утверждают, что он призрак. Но ходят слухи, что вместе с ним сражается один из альф, который выжил во время бойни в Гленко. Он тогда был совсем ребенком, и мать запихнула его в какой-то сундук, чтобы спрятать. Он выбрался из сундука после того, как все закончилось, и смотрел, как она истекала кровью, лежа в снегу.
Неужели она говорила об Зейне?
Бет кивнула в сторону отца, который молча пил вино, сидя у огня, и понизила голос:
— Там погибли и племянники моего отца.
Все внутри Луи перевернулось при мысли об ужасной смерти, настигшей этих людей в то холодное зимнее утро.
— А как насчет омеги, который должен был стать мужем Мясника? — неожиданно спросил мальчик. — Кто-нибудь знает, кто он?
Бет снова покачала головой.
— Это тщательно охраняемая тайна. Но я так думаю, что многие шотландские омеги мечтают исцелить его сердечную рану. Альфы любят обсуждать его топор, меч и магическую силу, которая кроется в древнем камне, но омежки предпочитают сплетничать о мощи того, что скрывается под его килтом. — К радости Луи, Бет сменила тему. — Так ты говоришь, что Мясник похитил тебя у жениха?
— Да.
В этот момент дверь с грохотом распахнулась. Бет вскрикнула, а ее отец уронил кубок на пол и встал со стула, издав воинственный клич.
Молниеносно взмахнув пледом, Гарри вскочил с кровати и одной рукой сгреб Луи, заслонив его своим телом. В другой руке у него уже был пистолет, который он выдернул из-за пояса и направил на дверь.
Ударник затвора клацнул под пальцем Гарри. Мир, казалось, замер перед глазами Луи. В проеме двери омега увидел мужа Бет, Крейга, которого мертвой хваткой держал какой-то человек, приставивший к его горлу нож.
Судя по всему, Гарри пришел в себя. Зато Луи решил, что теперь его очередь терять сознание, и замертво упасть к ногам Мясника.
— Что здесь происходит? — угрожающе спросил Гарри низким голосом, продолжая целиться в Крейга. Он перевел взгляд с Бет на старика, а затем снова на Зейна, который ворвался в дом вместе с Крейгом, приставив кинжал к его горлу. — Кто эти люди?
— Я увидел возле дома твоего коня, — отчетливо произнес Зейн, — но вот этот тип, которого я держу за горло, сказал мне, что он никогда тебя не видел и что гостей в доме нет. Я понял, что он лжет, и решил взглянуть сам.
— Конечно, я лгал, — прохрипел Крейг. — Эти старик и женщина находятся под моей защитой. Я не знал, кто ты такой, и до сих пор этого не знаю, чертов ублюдок. Так что убирайся к черту!
Гарри слегка повернул голову, как бы желая убедиться, что Луи за его спиной ничто не угрожает.
— Я в порядке, — заявил мальчик. — Эти люди о нас позаботились. Это правда. Даю тебе слово.
Гарри поднял руку и нащупал мазь на голове, после чего понюхал снадобье.
— Они помогли англичанину, — уточнил Зейн, заняв привычную агрессивную позицию. — И я не удивлюсь, если увижу скачущий к дому отряд красных мундиров.
Гарри все еще не опустил пистолет. Луи заметил, что пальцы другой руки стискивают рукоять секиры.
Старик возмущенно смотрел на Зейна, Потом поднял трость и ткнул в него.
— Кто ты такой, чтобы вламываться в мою дверь и обвинять мою семью в пособничестве англичанам?
— Я друг этого человека, — ответил Зейн, кивнув в сторону Гарри, — и он нуждается в ком-то, кто будет прикрывать его спину, потому что врагов у него предостаточно. Вроде этого омеги. — Он кивнул на Луи.
— Я привез его сюда, спасая ему жизнь, — начал защищаться Луи — Он потерял сознание в лесу.
— Еще бы, — кивнул Зейн. — Ты разбил ему голову камнем.