Кай. Возвращение к истокам (СИ)

— А до нас? — Уточнила Ирга.
Я улыбнулся ее мнимой наивности. Все она поняла.
— Сама как думаешь?
— То есть…
— Ну да. Мы тоже сами по себе.
Они замолчали, но тишина не наступила, так как за стенами из консервов прекрасно слышно как кашляет пара солдат и как трещат сгораемые в печурках дрова.
— А ты справишься с ведьмой? — Уточнила Ирга, прищурив глаза — всматриваясь в меня словно через целик винтовки.
  
— С парочкой справлюсь, но без меня вам лучше им на глаза не попадаться. Да и со мной… Если такое произойдет, — дал я им совет, — бегите от нас подальше.
— Точно справишься?
Я усмехнулся. В меня не верят.
— Если ведьма или ведьмы — младше ста лет — точно.
— А причем тут возраст?
— Ты как маленький, — посмотрела Ирга на Тития с укоризной. — Их сила во многом зависит от возраста.
— Да? — Удивился тот. — Я не знал.
— Подожди-подожди! Мы кажется отошли от темы. Так кого ты избил? — Спросила меня Рогеда.
— Точно! А ловко ты сбил нас с мысли, — восхитилась моей изворотливостью Ирга.
— Жук он, — поддержал их Титий.
— Вы сами закидали меня вопросами и не дали дорассказать, — закатил я глаза в раздражении. — Если вкратце — пара нечестных на руку людей которых не исправила тюрьма захотели легко заработать и вырвав мои урны сдали их на металл в нашу механическую мастерскую в которой мне эти самые урны и изготовили. Свою работу они узнали, но закрыли на это глаза. Переплавили их во что-то там. Именно хозяина этой мастерской я и… эм-м-м… — Попытался я подобрать правильное слово для своих действий. — Вразумил. Да.
Сам я в этот момент (пока говорил), вспоминал как держал за шею Терентия Рыбака, приподняв его над землей и тряс, тряс, тряс, приговаривая:
— Больше не смешно?
Этот мутный человек мне никогда не нравился и, заглянув в его глаза во время произошедшего я понял что не зря.
Его подручные кстати не захотели просто стоять в стороне и смотреть на это и открыли по мне стрельбу, за что я переломал им руки. Не убил и ладно. Костоправы в деревне есть. Вылечат. Так-то за нападение на мага и старшего станционного смотрителя я именно что вправе их убить. Но ничего. Боль хороший учитель. Да и они нужны мне живыми. Вся их шайка. То что я увидел заглянув в память Терентия… с этим придется разбираться. Но позже.
В итоге Терентий извинился, пообещал все восстановить, но затаил на меня лютую злобу, вполне сносно играя необидчивого душа-человека.
Тем временем я продолжал рассказывать друзьям о деревне. Об окрестностях и известных мне опасностях этих земель. О своих планах. Об их месте в них… и не сразу заметил что они замолчали.
— Убаюкал. Спят… — Подытожил я погасив лампу что нисколечко не помешало мне работать над расчетами для ритуала. Я просто видел все в сером цвете.
Закончив с этим (вычленив в итоге ошибку что мне мешала или я так думал), я вышел из нашего закутка, прошелся между кроватями со спящими на них людьми (подлечив тех солдат что кашляли), проверил выставленные посты — один рядом с железной дорогой, а второй тут — снаружи и вернувшись, тоже лег спать.
Спал я чутко, так что незачем удивляться тому что меня разбудило шуршание за нашей мясной баррикадой. Приоткрыв один глаз я с усмешкой наблюдал как чья-то волосатая рука ощупывает в темноте «стену» из банок, ворует тушенку и скрывается. Прошло немного времени и я слышу как банку открывают. Скрежет ложки и звук пережевывания.
Запах тушеного мяса разнесся далеко за пределы спрятавшегося под одеяло молодого солдатика. Даже у меня слюни выступили.
Сглотнув, я снова закрыл глаза. Проснулся как и всегда через два с половиной часа. Раньше всех.
Посмотрев на продолжающих спать друзей, я оделся (стараясь не шуметь), перекусил галетой запив ее теплой водой (чайник стоял рядом с печкой) и вышел на улицу.
— Без происшествий, — доложился один из пары солдат стоявших на входе в палатку, немного ежась под моим взглядом и переступая с ноги на ногу. Холодно. Вот они и греются как могут.
Я кивнул, не став начинать разговор и отошел. Только вот слышать их я не переставал.
— Странный он.
— И выглядит жутко. Даже в этой нелепой шляпе. У меня мурашки под кожей бегают когда он рядом.
— Поговаривают он уже кого-то задушил в деревне.
— Маги… — Сплюнул мне вслед солдат.
Я поморщился, но оборачиваться не стал.
«К делу!» — сказал я сам себе и, прихлопнув в ладони, настраивая этим себя на работу — не теряя времени продолжил то что начал вчера. Дом должен стоять на фундаменте, и я этот фундамент создавал. Подкладывать обычные камни под углы дома мне не хотелось. Кустарщина.
Работа со стихией земли жутко выматывала и на быстрый результат я не рассчитывал. Так оно и оказалось в итоге.
Как я и хотел — текущими делами занимались мои друзья. Они рассматривали жалобы жителей Плеши. Решали их споры. Общались с ними и не лезли ко мне. Я же был занят стройкой. Только ей. Из-за чего был раздражителен и постоянно вымотан.
Задействуя часть солдат, и наняв в помощь жителей деревни, с чем мне помог староста Зурад и его брат — Тагил — мы день изо дня возводили для меня одноэтажную усадьбу.
Фундамент я поставил за две недели. Самым сложным оказалось укрепить стены подвала расположенного в центральной части дома. Сделать их непроницаемыми для влаги. С канализацией тоже пришлось повозиться. Тьфу на нее!
Стены и крышу возводили ребята из деревни. С деревом они работать умеют. Мне понравилось их рвение и кропотливость в работе. Четкие углы. Никаких щелей. Молодцы.
На следующем этапе работ мы обложили дом кирпичом. Без моей магии снова не обошлось. Пришлось выматываться вусмерть, помогая цементному раствору которым мы заполняли швы между кирпичами застыть и набрать крепость, а не растрескаться на морозе. Сложно, но полезно. Я хорошо так поработал со стихией и лучше ее понял.
Стихия — 9,33% из 100% на ранге бакалавр
Гора строительных материалов меж тем быстро «таяла».
Вставили окна. Утеплили дом. Сложили несколько печей и начали прогревать его.
Месяц. Мы возводили мне дом месяц.
Я так измотался что на радость сил не осталось.
— А неплохо, — похвалила работу Рогеда, пройдясь вместе со мной по центральной части дома. — Только пустовато.
— Мебель уже заказана, — подсказал я, рассматривая одну из вырезанных мной фигурок по дереву (белку), что стояла на подоконнике.
В перерывах между работой я снимал напряжение вырезая или лепя поделки из глины, дерева и камня. И, в конце концов, заполнил ими весь дом.
— И на усадьбу семьи мало похоже, — добавила она. — Семьи ставят свои усадьбы на источниках.
— Не только семьи, — поправил я ее, — но и сильные маги тоже. Только вот нормального, чистого и ничейного источника рядом нет. А без него, к сожалению, хорошую защиту не построить.
Я посмотрел на Рогеду с подозрением.
— И причем здесь вообще семьи?
— Просто к слову пришлось.
— К слову… — Пробормотал я недоверчиво.
— Ой. Не цепляйся, — уколола она меня локтем в бок. — Лучше покажи где моя комната.
— Выбирай любую. Центральная часть дома наша. Здесь же, как ты видишь — расположена кухня и большой санузел. Левое крыло я отдам под мастерские. Летом возобновлю производство душистой воды. Правое крыло гостевое. Там будут жить солдаты. Ну а пустоту, — обвел я взглядом помещение, — мы заполним. Придется на время перенести кровати из палатки — сюда. Будем спать на них, а там и новая мебель придет.
  
— Уж лучше спать на полу чем на этих кроватях! — Возмутилась Рогеда. — Скрипучие. Жесткие. Вонючие. Фу!
Я пожал плечами.
— Можно и на полу. Не принципиально.
— А подвал тебе зачем? — Спросила она, подергав за ручку дверь в него.