Училка и хулиган (СИ)

Я невольно улыбнулась, представив себе человека в офисном костюме, бегущего по лесу и размахивающего пухлым портфелем с документами. А за ним по пятам несутся несколько волков и хватают за штанины.
— Судьбу Марии решит Виктор. Можешь попозже его сама о ней спросить. Но я бы на твоем месте не лез в это дело.
Я хотела повредничать и поспорить, но в это время к дому Игнатовых подъехал очередной автомобиль.
— Зачастили гости с утра, — пробормотала я и собралась подняться, чтобы полюбопытствовать насчет прибывшего, но Макс неожиданно сильно сжал мое предплечье и удержал на месте.
— Что? — недоуменно спросила у него и поразилась жесткому взгляду в сторону машины.
Водительская дверь открылась и на дорожку перед домом шагнули щегольские ботинки. Не одни, конечно, а с хозяином — Романом Лисовцом.
Макс зло рыкнул и дрогнул, как-будто готовился броситься в драку. Романа это обстоятельство, похоже, нисколько не волновало. Он, как ни в чем не бывало, шагал по направлению к дому, да еще и широко улыбался при этом. Белая летняя рубашка и светлые льняные брюки невероятно шли обаятельному Лисовцу, но в этот раз его харизма почему-то пролетела мимо меня, не затронув ничего в душе.
Зато я всерьез заволновалась из-за Макса. Очень не хотелось быть причиной и свидетелем новой драки. Я впилась пальцами в каменное предплечье оборотня и поразилась тому, как под смуглой кожей перекатываются тугие жгуты мускулов.
— Макс, пожалуйста, не надо… Макс, Максик, успокойся, — прерывисто нашептывала и пыталась удержать трясущегося от ярости мужчину на месте.
Выскользнула перед ним и прижалась спиной к горячей, бурно вздымавшейся груди. Теперь ему придется оттолкнуть меня, чтобы двинуться вперед.
— Кого я вижу! Доброе утро, Женя, Макс. — кивнул Роман и ехидно улыбнулся. — Прячешься за женской юбкой?
Макс зарычал и отодвинул меня в сторону резко, но аккуратно. Роман стоял на ступенях террасы, заложив руки в карманы, и демонстрировал откровенный вызов. Даже мне было понятно, что он нарывается, и если бы под рукой было что-то подходяще-увесистое, я бы, не сомневаясь, огрела этим Рому. Но, как назло, даже завалящего ведерка на террасе не нашлось.
— Роман! Ну будь человеком! Иди, куда шел! — как можно жестче прикрикнула на провокатора и опять вцепилась клещом в Макса.
Обхватила его за талию обоими руками, прижалась лбом между лопаток и горячо зашептала:
— Макс, прошу тебя, не нужно драки. Я так боюсь, когда ты злой волк.
Для достоверности шмыгнула носом, для усиления драматизма всхлипнула, и продолжила:
— Проводи меня в комнату. Еще же поблагодарить тебя за помощь нужно. Ты не забыл, что я задолжала поцелуй?
Макс замер и, не скажу, что полностью расслабился, но стал менее напряженным. Он несколько раз глубоко вздохнул и медленно обернулся. В его глазах мягко переливалось пламя, но оно постепенно усмирялось и отступало, оставляя после себя серую грозную бурю. Но я твердо знала, что эта стихия не несет для меня опасности. Слабо улыбнулась все еще напряженному оборотню и положила ладонь на его обнаженную грудь, впитывая подушечками пальцев нервную дрожь и глубинную вибрацию.
— Евгения, я впечатлен, — насмешливый голос Лисовца заставил нас вздрогнуть.
Макс гневно дернулся, но его неконтролируемая ярость уже утихла и он без труда поборол этот порыв.
— Не думал, что у кого-то получиться его выдрессировать, — продолжил паясничать Роман.
Макс прикрыл глаза и сжал кулаки. Я, конечно, немедленно напугалась, что и сегодня мне придется любоваться на драного волка, но, неожиданно, мой оборотень удивил.
Распахнул абсолютно спокойные серые глаза, поцеловал макушку и потянул за руку.
— Пойдем.
Романа мы не удостоили даже мимолетного взгляда. Просто развернулись и вошли в дом, оставив Лисовца в глубокой задумчивости на террасе.
  
Глава 19
 
— И долго мне ждать обещанного поцелуя? — нарочито недовольно протянул Макс.
Вот уже битых пять минут он сидел на стуле в моей комнате и терпеливо ожидал заслуженную награду. А я была занята тем, что выкручивала себе пальцы, терла подбородок, чесала нос и усердно отводила взгляд, не решаясь посмотреть страху в глаза.
 
Ну кто меня тянул за язык, а? Теперь вот кручусь, как пресмыкающееся на хорошо подогретой сковороде и пытаюсь наскрести смелости и решительности хоть на махонький поцелуй. Но, что-то мне подсказывает, что Макса не устроит простой чмок в губы. Он потребует полновесный французский, еще и с языком, наверное.
— Может, лучше ты меня поцелуешь? — робко предложила альтернативу я.
Согласитесь, как-то привычнее, когда мужчина проявляет активность, а девушка, вроде, и не причем. Разрешить себя поцеловать морально легче, чем самой инициировать обмен жидкостями.
— Нет. Ты сама обещала поцелуй. Попрошу не задерживать вручение награды.
Ну вы видали, каков нахал? Издевается над смущенной мной и не желает помогать.
Вздохнула мученически и подошла к вальяжно рассевшемуся оборотню. Делать нечего, настало время платить по счетам. Макс, кажется, перестал дышать и лишь внимательно наблюдал за моими движениями.
Я остановилась возле мужчины, практически упираясь своими коленями в его. Ну и как поцеловать сидящего и откинувшегося на спинку стула Макса? Я же не дотянусь.
— Хоть бы ноги раздвинул, — пробурчала, пытаясь притиснуться ближе.
— Интересное предложение, — игриво дернул бровью негодник, заставив меня смутиться, но ноги все-таки раздвинул.
Я тут же придвинулась, но легче от этого не стало. Чтобы осуществить задуманное, мне пришлось бы наклониться и пошло прогнуться в пояснице, оттопырив зад. Стоять в такой позе не хотелось и что делать дальше я не представляла, потому и застыла, изображая памятник нерешительной женщине.
— Присядь мне на колени, — проникновенным тоном предложил решение проблемы Макс.
Сомневалась я не долго. Вы не подумайте, я обычно так себя не веду и о мужские коленки копчиком не трусь. Но тут реально другого выхода не было, кроме как осторожно пристроить зад на ногу Макса. Чтобы не потерять равновесие, пришлось ухватиться за его плечи. И не хихикайте надо мной! Честное слово — только равновесия ради дотронулась до мужика. И раз уж мы тут откровенничаем — на ощупь он то, что надо. Такая гладкая и горячая кожа создана для того, чтобы ее трогать. И вовсе я его не гладила, не надо мне тут сочинять! Так, шевельнула слегка ладонями. Не знаю зачем, но точно не в эротических целях. Макс, правда, как-то странно вздрогнул и судорожно втянул воздух, раздув ноздри, но это вряд ли от моих прикосновений.
Уселась я, значит, и замерла на десяток-другой секунд, привыкая к необычным ощущениям. Слегка освоилась и несмело подняла взгляд на Макса. Он спокойно сидел и великодушно позволял себя изучать. А я с интересом рассматривала длинные ресницы, мягкую на вид щетину и потрясающие, глубокого серого цвета глаза.
С такого близкого расстояния их серость представлялась неоднородной и живой. В радужках глаз клубился густой туман и грозовые облака, сменяя друг друга и выдавая истинные эмоции спокойного внешне оборотня.
— Можно я потрогаю твою щетину? — вопрос сорвался с губ раньше, чем успела подумать о том, зачем мне это нужно.
Просто, внезапно, ощутила непреодолимое желание проверить — так ли его отросшая щетина мягка, как выглядит.
Макс тяжело сглотнул и кивнул. Я осторожно дотронулась подрагивающими пальцами до щеки оборотня и легонько провела ими вниз, к подбородку. Макс вздрогнул и прикрыл глаза, резко и часто задышав. Я еще немного погладила приятные на ощупь заросшие щеки и вернула руки на плечи. Мне кажется, или они стали еще тверже?
 
— Я все, — сообщила замершему мужчине и он распахнул, потемневшие до состояния тяжелых свинцовых туч, глаза.
— Целуй уже, — сипло выдохнул и вновь словно окаменел.
Я досчитала до трех, набрала побольше воздуха, как перед погружением в воду, и потянулась к его губам. Робко поцеловала уголок рта и словила судорожный выдох. Это послужило сигналом, что пока, вроде, все идет, как надо.