"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Тпр-р-р-ру! — протяжно протянул возница и натянулся поводья.
Экипаж даже не успел остановиться, как дверь его распахнулась и наружу спокойно вышел харен. Оборотни, стоящие у дверей гарнизона городской стражи, поспешно вытянулись в струнку и вскинули подбородки, но начальник прошёл мимо них, словно бы вообще не заметив. Едва он скрылся за дверьми, как мужчины обменялись взглядами и озадаченно искривили губы. Новость о триумфальном возращении харена быстро облетела весь гарнизон, да вот только как проверить, правда ли? Те, кто в ту ночь дозор на воротах нёс, сперва одно говорили, а после беседы с данетием Трибаном сами себе противоречить начали.
  
В последние дни по Санаришу такие разные слухи гуляли о том громком деле с ограблением сокровищницы. Уж год, даже более, прошло с того времени, а шум всё только нарастает. И непонятно, что творится, а любопытство-то мучает. Правды-то, когда делом столько народа занимается, не утаишь, но и начальство не лыком шито. Здесь надавит, там пригрозит, а тут и вовсе хитрую ложь пустит. Посчитай, беглая ученица была отловлена ещё в конце третьего месяца осени, а народ до сих пор во мнении разделяется: виновата или всё же нет. Ходят слухи, что пыталась бежать после этого уже не раз. Да вот несколько дней назад они же сами были направлены город прочёсывать в поисках девчонки. А сейчас вроде всё как нормально. Они уж и сомневаться стали: а её ли искали? Или, может, злодеи похитили, а они отбить пытались, да не очень удачно? Только харен и сподобился отыскать девку.
— Мутят, — осуждающе покачал головой один из мужчин.
— Да и пусть мутят, — отмахнулся его товарищ. — Нам-то какое дело?
Харен, запомнивший с прошлого посещения путь, быстро отыскал нужное крыло и постучался в дверь обиталища мага. Послышались шаркающие шаги, брякнул затвор и дверь отворилась.
— Проходите, господин, — господин Абрерий, лучась широкой улыбкой, посторонился и пропустил Ранхаша внутрь жарко натопленной комнаты.
Вид её мало изменился с последнего визита харена. Только вазу с фруктами теперь заменял поднос с пирогом.
— Праправнучка принесла, — похвалился маг, заметив, куда смотрит гость. — Ещё тёплый. Будете?
— Нет, благодарю, — решительно отказался не успевший позавтракать Ранхаш. Он торопился покинуть дом до того, как его хватится Шидай. Вести разговор с магом в его присутствии харен не хотел: лекарь опять затеял какую-то свою игру, покровительствуя девчонке. И пока Ранхаш не поймёт, что это за игра, никакой новой информации в лапы Шидая он давать не будет. — У меня не очень много времени.
— Молодёжь! Вечно куда-то спешите, — беззлобно рассмеялся старик и взмахом руки предложил харену присесть. — Я тоже спешил. Бежал куда-то, бежал… Вы по поводу писем?
— Да, я получил ваше послание с просьбой приехать. Вы что-то нашли?
— Кое-что нашёл, — пропел маг и направил к одному из своих столов.
Порывшись в стопках бумаг, господин Абрерий выудил два знакомых квадрата сложенных пергаментов — Ранхаш даже почему-то при их виде испытал радостное облегчение — и, вернувшись, сел напротив харена.
— Необычная вещичка, — с энтузиазмом протянул маг. — Девушка очень умна и обладает весьма специфическими знаниями. Я слышал, она перешла в категорию свидетелей? Харийд проболтался, но не вините его: стариковское любопытство сильнее любых тайн. Надеюсь, что девочка действительно невиновна. Будет неприятно потерять такой талант.
— Она так сильна? — нахмурился Ранхаш.
— О, сомнений в её силе у меня не возникало и раньше, — мелко затрясся смехом старик. — Теперь же я не сомневаюсь в её превосходном уме. Вы просили меня разобраться, сколько магии она вложила в эти игрушки, чтобы примерно понимать, какими силами она располагает? — господин Абрерий постучал пожелтевшим когтем по пергаментам, и Ранхаш кивнул. — Это заняло бы у меня более двух недель, но мне не пришлось оценивать вложенные силы. Видите ли, она вложила в эти артефакты самый мизер магии. Только чтобы активировать их.
Насладившись лёгкой растерянностью харена и его непонимающим взглядом, маг взял один из пергаментов и развернул его.
— Она привязала эти вещички к силе мира, — с трескучим торжеством наконец сообщил старик и затейливо постучал по поверхности листа.
По письму стремительно расползлись чёрные жуки символов, и Ранхаш, хищно раздув ноздри, подался вперёд, предчувствуя ещё одну разгадку.
— Вы можете разнести эти письма на необозримо большие расстояния, но они всё равно будут работать, если рядом окажется источник силы мира, а этих источников очень и очень много. Сложнее найти место, лишённое этих сил. Но воспользоваться ими, несмотря на изобилие, почти невозможно. Я знаю только один народ, который умеет это делать.
— Хаггаресы, — вырвалось у харена. Нехорошее предчувствие узлом завязалось внутри.
— Именно, — подтвердил маг. — Но хаггаресы очень ревниво скрывают секреты своего мастерства. Особенно те, что связаны с призывом к миру. Насколько я знаю, предателей, которые осмелились поделиться с чужаками тайным искусством, наказывают очень сурово. Перед тем как казнить. Да и доверяют знание не каждому. Юных хаггаресов начинают учить далеко не сразу и выбирают самых достойных. Собственно, к моменту начала обучения юными их уже назвать нельзя. И вот они умудрялись сохранять эту тайну на протяжении многих веков, а тут молоденькая девушка использует их мастерство в своих трудах, — старик обвёл пальцем некоторые из символов. — И не просто использует, а весьма искусно переплетает с… обычной магией. Возникает вопрос даже не о том, как ей это удалось, а кто она?
Ранхаш откинулся на спинку кресла и, нахмурившись, уставился в окно, где только-только начинало светать. Хаги с отвращением относятся ко всему хаггаресскому. О противостоянии между этими двумя народами известно даже маленьким детям. Хаги бы скорее уничтожили хаггаресов вместе с их искусством, чем согласились бы его перенять. Да и хаггаресы к детям земли относятся не очень благосклонно и вряд бы решились передать основу своего мастерства одному из хаги. Но в его доме сейчас находилась девчонка-хаги с хаггаресскими знаниями. Интересно, она может убрать ограничивающие её знаки со стен? Внутри зашевелилось беспокойство.
— Как вы понимаете, изобретение удивительно, — продолжил маг. — И по методам создания, и по своей уникальности. Ничего подобного я никогда не видел, а я прожил очень длинную жизнь. Даже пережил двух своих сыновей. За подобную вещичку и сам хайнес не отказался бы предложить гору золота. Представьте себе, не нужно ждать, когда посланник доберётся с письмом. Просто написал строчку в артефакте, и ответ может прийти почти сразу же. Это ошеломляет! И вся переписка сохраняется!
Ранхаш резко вскинул голову и пристально уставился на мага. Тот перевернул лист и три раза постучал пальцем по его поверхности. Её мгновенно испещрили многочисленные строки. Харен подался вперёд, присматриваясь, и понял, что это даты. Господин Абрерий ткнул в первую попавшуюся строку, и на листе появился текст. Письма, разбитые на абзацы и написанные двумя разными почерками. Надо же, мальчишка Виидаш посмел настолько нагло ему врать. Внутри едва ощутимо затлела злость.
— Я не читал, — с видимым сожалением протянул маг, — всё же чужая переписка, а я не сыскарь, которому позволено рыться в личном. Но стариковское любопытство нещадно меня мучает. Может, вы пожалеете меня и хотя бы скажете, кто эта девочка?
Ранхаш молча забрал оба артефакта и спрятал их в нагрудном кармане. Старик тоскливо вздохнул, но тут же оживился, когда харен достал из кармана какую-то тряпку и тряхнул её перед ним. На стол выпал крохотный камешек. Маг подслеповато прищурился, силясь его рассмотреть.
  
— Это артефакт, скрывающий истинный запах, — представил подношение харен. — Мне хотелось бы понять, почему мы не смогли найти его при обыске. Обыск проводил Харийд — хаги. Он должен был учуять любой драгоценный камень, даже такой маленький.
— Интересно-интересно… — пробормотал старик, вытаскивая из ящика лупу с толстенным стеклом и направляя её на артефакт. — Наверняка я не ошибусь, если предположу, что здесь та же история, что и с письмами… Да! — торжествующе выдохнул он, прижимаясь к лупе глазом. — Символ сокрытия! Причём необычный, а опять же хаггаресский, созданный специально, чтобы скрывать что-то от хаги.