"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Варвара Алексеевна! — ещё больше смутилась девушка и виновато посмотрела на меня. — Простите, Святослав Иванович. Варвара служила отцу ещё до того, как я родилась. Она нас с Никитой с пелёнок знает.
— Что ты перед ним оправдываешься, Лизка? — проворчала Варвара. Служанка наконец вышла из дома, и я удивлённо уставился на совершенно чёрную женщину, которой на вид было не меньше сотни лет. Причём, она была не негритянкой, а просто сама кожа Варвары чем-то напоминала обсидиан, который мы выплавляли с Олегом ещё час назад. — На этой земле только Строгины власть имеют. Ты тут главная, вот и веди себя соответственно.
  
— Здравствуйте, Варвара Алексеевна, — внимательно рассматривая женщину, произнёс я. — А где ваш супруг? Или вы Окхамарру?
— О как! — хекнула служанка и оскалила удивительно острые зубы. — Образованный значит? Ошокхарру я. Понятно? Или будешь ещё кучу глупых вопросов задавать?
— Не буду, — хмыкнул я. — Но и вы имейте в виду, что дальше этого дома ходить не получится. Там уже моя земля, а я вас не знаю.
— Будто оно мне надо! — фыркнула старуха и, обернувшись к дверям, громко позвала. — Демид! Иди сюда! Молодой барон на тебя посмотреть хочет! А то потом будешь гундеть, что не знал про запреты!
За этой нашей странной беседой с удивлением наблюдали все присутствующие. И, надо сказать, Ульяна и Олег выглядели не менее обескураженными, чем Елизавета.
— Барон… — тихо пробормотала Лиза. — Она даже отца бароном не называла никогда!
— Иду я! — донёсся до нас почти такой же голос и я, уже без особого удивления, увидел рядом со служанкой почти полную её копию, только в мужском костюме. — Чего надо?
— В доме разрешили нам быть, — не отрывая от меня взгляда странных красноватых глаз, поделилась новостями Варвара. — Но дальше запретил новый хозяин земли. Уяснил?
— Уяснил, — кивнул Демид. — Благодарим, барон.
— Пока не за что, — ответил я. — Не факт, что вам будет лучше здесь, чем в полисе.
— В полисе нас даже в крестьянские бараки не пустили, — усмехнулась Варвара. — А здесь привычно всё. И род знакомый. Долго мы уже с ними. Благодарим, барон.
Я кивнул и перевёл взгляд на новую главу рода Строгиных. Слуги у Дмитрия Ивановича действительно оказались интересными. С ними я ещё определённо пообщаюсь, но только после того, как закончу первые пару ярусов концентратора. Полукровки людей и жителей Огненных пустошей встречались крайне редко. А полукровки, следующие традициям ифров, ещё реже. Эти существа были крепко привязаны к конкретному месту и могли десятилетиями защищать тех, кто заслужил их верность. Бывший глава рода Строгиных был действительно выдающимся человеком, если пара слуг вернулась в его дом даже после смерти хозяина.
— Елизавета Дмитриевна, — произнёс я. — У меня есть к вам ряд вопросов.
— Я понимаю, ваше благородие, — кивнула Лиза. — Следуйте за мной. Мы предполагали, что вас заинтересует наследие Строгиных и я взяла на себя смелость… всё подготовить. Думаю, вы будете приятно удивлены.
Московский полис
Белый город
Поместье рода Горюновых
Раннее утро здесь ощущалось иначе, чем в прочих частях полиса. Казалось, само пространство Белого города было пропитано древностью, властью и той тяжёлой, почти материальной историей, которая накапливается веками. Когда сильные и древние рода делятся с камнем частицей своей силы, просто проживая внутри каменных стен, тяжелая аура «величия» образовывается сама собой.
Поместье Горюновых занимало землю, которую в иных условиях можно было бы назвать непозволительной роскошью. Однако в Белом городе подобные категории давно утратили смысл, уступив место другим измерениям. К примеру — древность рода, его вклад в защиту полиса и та невидимая, но безусловная сила, которая позволяет одним иметь всё, а другим лишь существовать в пределах дозволенного по правилам, установленным великими родами.
Князь Пётр Сергеевич Горюнов сидел на широком каменном парапете бассейна, опустив руку к воде и лениво бросая туда мелкие куски корма, на которые сразу же откликались карпы кои, медленно и величаво скользящие в прозрачной глубине. Рыбы двигались спокойно, без суеты, словно и здесь, в замкнутом пространстве рукотворного водоёма, действовали те же законы, что и в большом мире, когда сильные не спешат, а слабые не мешают.
Рядом, на почтительном расстоянии, стоял его младший сын, княжич Олег Петрович. Он стоял с ровной спиной, не позволяя себе лишнего движения, ни тем более попытки присесть, хотя разговор, судя по всему, продолжался уже не первую минуту. Впрочем, в присутствии отца подобные мелочи не обсуждались. Просто соблюдали правила.
— Наследие Строгиных… — негромко произнёс князь, бросая в воду очередной кусок корма и наблюдая, как крупный карп лениво перехватывает его у самой поверхности. — Громкое слово для столь короткой истории.
Олег позволил себе лёгкий наклон головы, обозначая внимание.
— Тем не менее, отец, — осторожно начал он, — этот род почти двадцать лет удерживал надел в Диких землях и…
— И что? — перебил его князь, даже не оборачиваясь. — Это делает их равными тем, кто держит купол над полисом?
Тяжелая пауза повисла в воздухе.
— Нет, отец, — спокойно ответил Олег. — Но они были полезными.
Князь хмыкнул, и в этом коротком звуке был откровенный сарказм, с легким привкусом недовольства.
— Полезными… — повторил он. — Все они полезны. До тех пор, пока знают своё место.
Он медленно поднял руку из воды, стряхнул с пальцев капли и только после этого повернул голову в сторону сына.
— Строгин так и не научился этому.
Олег не ответил сразу. Он смотрел на отца внимательно, как человек, привыкший искать между слов скрытый смысл.
— Или не захотел, — добавил князь.
И снова короткая пауза повисла в воздухе.
— Он нашёл кристалл, — продолжил Олег, стараясь звучать мягче, словно ступая по тонкому льду. — Достаточно ценный, чтобы изменить своё положение. Разве это не то, к чему стремятся все «дикие»?
— Стремятся, — спокойно согласился князь. — Но нужно быть полным идиотом, чтобы торговаться тем, что тебе не принадлежит с теми, кому ты не ровня.
Он снова повернулся к воде.
— Он забыл, кто дал ему право на эту землю. Кто дал ему людей и стартовый капитал. Кто дал ему возможность вообще дожить до того момента, когда он этот кристалл нашёл.
Голос князя оставался ровным, но в нём уже проступала та самая жёсткость, которую в доме Горюновых знали и уважали.
— И решил, что может подняться выше, нарушив правила.
Карпы снова всплыли к поверхности и князь бросил им ещё корма.
— Такие всегда падают. И падают больно. Иногда, даже разбиваются насмерть…
Олег кивнул, принимая ответ, но не удовлетворяясь им до конца.
— Тогда… — начал он, — почему мы отказались от его наследия?
На этот раз князь обернулся полностью. Медленно поднял тяжелый взгляд, от которого внутри Олега всё сжалось. Один из сильнейших рунников Империи, несмотря на свой преклонный возраст давил просто фактом своего присутствия.
— Мы не отказались, — произнёс он, и в этой фразе уже чувствовалось напряжение. — Мы… уступили.
Последнее слово прозвучало так, будто князь произнес его против воли. Олег слегка нахмурился.
— Овчинниковым?
Князь на мгновение прикрыл глаза.
— У рода Горюновых есть обязательства, — сказал он после паузы. — И они исполняются.
— Даже если это… — Олег замялся, подбирая слово, — идёт вразрез с нашими интересами?
— Интересы рода обширны. Обширнее, чем ты можешь представить, сын. И иногда нужно правильно расставлять приоритеты, — холодно ответил князь.
  
Он снова повернулся к воде, но теперь уже не кормил рыб, а просто смотрел на прозрачную гладь.
— У нас был долг, — добавил он спустя мгновение. — Старый. Из тех, о которых не забывают или прощают.
Олег молчал, но в его взгляде ясно читался вопрос и князь усмехнулся краем губ.