Любовь без обмана (СИ)

— Я тоже хочу… — тихо выдохнула я.
Мы вместе сняли с меня топ и шорты. Арс подхватил меня под бёдра, заставил обхватить его торс ногами. Я осыпала его лицо поцелуями — лоб, нос, глаза, уголки губ.
Арс смотрел на меня, словно изо всех сил сдерживал бушующую внутри страсть — в его взгляде читалось напряжённое усилие. Внезапно его губы жадно прильнули к моим, зубы едва ощутимо царапали нежную кожу шеи, а щетина приятно щекотала ключицы.
  
Легко, будто я ничего не весила, он приподнял меня и продолжил осыпать поцелуями, время от времени слегка прикусывая соски сквозь кружевную ткань лифчика. Я едва могла дышать, ловя воздух короткими, прерывистыми глотками. Каждое его прикосновение словно подбрасывало дров в разгоравшийся внутри меня огонь — пламя желания разгоралось всё сильнее, заполняя каждую клеточку тела.
«Я хочу быть с ним! Хочу принадлежать ему! Хочу до безумия…» — пульсировало в моей голове.
Арс зубами приподнял край кружевного бюстгальтера, спустил его, обнажив мою грудь, а затем втянул сосок в рот. Его язык неторопливо кружил вокруг чувствительной вершины, время от времени слегка прихватывая её зубами. Я вздрогнула — жаркая волна прокатилась от груди вниз, к животу, заставляя всё внутри сжиматься от острого, пронзительного ощущения.
Меня уже охватывала дрожь — я пылала изнутри и снаружи. Каждое прикосновение обжигало, отзываясь сладким импульсом между ног.
— Арс… — вырвалось у меня.
Мне было стыдно признаться, но я сгорала от желания, мечтала, чтобы это случилось как можно скорее.
Он оторвался от моей груди, посмотрел в глаза и поцеловал в губы:
— Не бойся… Доверься мне.
— Я не боюсь, — ответила я, проводя пальцами по его плечам, спускаясь к твёрдым мышцам рук.
Прерываясь на поцелуи и ласки, мы добрались до кровати. Арс мягко подтолкнул меня на прохладные простыни. Я дрожала от волнения и возбуждения, послушно поднялась на локти, пока он, опираясь коленом на матрас, снял с меня лифчик и помог избавиться от стрингов.
Он сбросил оставшуюся одежду, освободился от трусов и прижался ко мне всем телом. Его кожа пылала — жар почти обжигал. Я явственно ощущала, как бьётся его сердце, как пульсирует его возбуждённая плоть у моего бедра. Наверняка и он чувствовал меня так же остро, впитывая каждое движение, каждый трепет.
Я погрузилась в калейдоскоп ощущений: его язык, исследующий мой рот, его пальцы, нежно скользящие по моему телу. С трудом сдержала рвущийся наружу стон, невольно разводя бёдра шире.
Арс двигался бережно и внимательно: его ладони ласкали меня, кончики пальцев выписывали круги у клитора, распределяя влагу по чувствительным складкам. Внутри меня бушевала целая буря — волнение сплеталось с предвкушением и всепоглощающим желанием, а к ним примешивался робкий, естественный для первой близости страх. Но я безоговорочно доверяла ему, зная — он не станет причинять мне боль.
Обвив руками его шею, я провела ладонями по крепким плечам и едва заметно вздрогнула, когда его палец осторожно проник внутрь.
— Нормально? — спросил он, заглядывая в глаза.
— Да!.. Да… — ответила я, выгибая спину навстречу его прикосновениям.
Он добавил второй палец, нежно разминал, растягивал меня под себя, наблюдая за моей реакцией.
— Арс… Я готова, правда… — сказала я, глядя на него с мольбой.
Он внимательно посмотрел в мои глаза. Его лицо было напряжено, на лбу выступили капельки пота.
— Уверена?
— Да, уверена…
Арс опустился на колени и аккуратно подложил небольшую подушку под мой таз. Затем достал из тумбочки фольгированный пакетик, вскрыл его зубами, надел презерватив и мягко притянул меня к себе, обхватив за бёдра.
— Постарайся расслабиться, — тихо сказал он, внимательно глядя мне в глаза. — Будет больно.
Я кивнула, ощущая, как он начал осторожно растягивать меня. В какой‑то момент он замер — и я тоже.
Он склонился над мной, нежно целуя лицо и губы. Я ощутила давление его тела, а в следующий миг он резко вошёл в меня до предела.
Острая боль ослепила на мгновение. Я замерла, почти перестав дышать.
— Расслабься… — прошептал он, целуя мои веки, щёки, губы.
Я кивнула, пытаясь справиться с ощущениями.
Боль постепенно стихала, оставалась лишь саднящее ощущение и чувство сильного растяжения.
Мы целовались, нежно касались друг друга, пока остатки боли не растворились полностью, уступив место необычному, волнующему ощущению внутренней полноты. В этот момент Арс осторожно совершил первый плавный толчок.
Лёгкая боль поначалу всё же ощущалась, но мысль о том, что это происходит с ним, пронзала меня до глубины души. Жар, смешанный со сладко‑болезненным спазмом, размеренные движения Арса, его прерывистые, хриплые вздохи — всё сливалось в единый, захватывающий поток ощущений.
Я не верила, но чувствовала, что приближаюсь к оргазму.Тело пронзила волна сладких судорог — и в следующую секунду я взорвалась в экстазе, выкрикивая его имя.
Арс последовал за мной, издав глухой стон. Он опустился рядом, тяжело дыша, прижал меня к себе. Мы лежали, переплетя пальцы, слушая, как постепенно успокаивается ритм наших сердец.
В комнате было тихо, только отдалённый шум прибоя нарушал эту блаженную тишину. Я прижалась к его плечу, чувствуя, как меня окутывает тепло и покой.
  
Глава 32
 
На следующий день, едва солнце поднялось над горизонтом, мы уже стояли на пристани. Перед нами — белоснежная яхта с деревянными перилами и мягкими шезлонгами. Капитан поприветствовал нас, провёл краткий инструктаж по безопасности, проверил снаряжение и дал отмашку к отплытию.
Медленно, но уверенно мы отошли от причала, оставляя за кормой город. Первые часы прошли в радостном волнении: мы расставляли вещи в каютах, пробовали напитки из мини‑бара, смеялись, фотографировались на фоне бескрайнего моря. Кто‑то включал музыку, кто‑то просто молча любовался горизонтом — каждый впитывал это мгновение по‑своему.
Вскоре капитан объявил первую остановку — живописная бухта с прозрачной водой, идеальная для купания.
Я с Арсом первыми прыгнули с борта в голубую гладь Средиземного моря. Вода обволокла тело, как шёлк, а когда я вынырнула, то увидела его улыбку — такую близкую, такую родную.
— Ну как? — спросил он, откидывая мокрые волосы со лба.
— Идеально, — ответила я, подплывая ближе.
Он обнял меня за талию, притянул к себе. Наши губы встретились — сначала нежно, потом страстнее, а вокруг — только море, солнце и бесконечная свобода. Волны мягко поднимали нас, словно танцуя вместе с нами.
Неподалёку, среди бирюзовых волн, так же беззаботно плавали и целовались Таня с Даном. Она смеялась, когда он подбрасывал её в воздух, а потом они снова погружались в воду, переплетя пальцы.
После купания мы вернулись на палубу, обсохли на тёплом ветру, перекусили свежими фруктами и продолжили путь.
Через пару часов яхта подошла к Пещере Пиратов — тёмной, загадочной, с высокими сводами, отражающими свет наших фонарей. Капитан рассказал легенды о спрятанных здесь сокровищах, и мы, затаив дыхание, проплыли на маленькой лодке вглубь, ощущая себя настоящими искателями приключений.
Затем — Фосфорная пещера. Когда мы вошли в её глубины, вода вдруг засветилась мягким голубым светом — природный феномен, вызванный микроорганизмами. Это было похоже на звёздное небо под водой. Мы погружали руки, и казалось, будто касаемся галактики.
Ближе к вечеру яхта причалила к Заливу черепах. Тишина, прозрачная вода, песок цвета слоновой кости. Мы спрыгнули в море — на этот раз медленно, осторожно, чтобы не нарушить покой этого места.
  
— Смотри, — шепнула Таня, указывая вперёд.
Среди водорослей проплыла морская черепаха — неторопливая, величественная. Мы замерли, наблюдая за ней, чувствуя, как сердце наполняется трепетом.
Потом — ужин на палубе: свежие морепродукты, салат, белое вино (для парней — безалкогольный мохито), свечи в стеклянных фонарях. Ветер шептал в снастях, море мерцало в лунном свете, а мы смеялись, делились впечатлениями, обнимались и понимали — этот день останется в памяти навсегда.