Любовь без обмана (СИ)

Арсений отложил телефон, слегка приподнялся на локте:
— Ну, для начала: если ты назовёшь её бабушкой, то получишь по первое число.
Он засмеялся. Мысли и разговоры о бабушке вызывали в нём улыбку — я заметила это уже второй раз. В этой улыбке не было привычной для него ироничной отстранённости, как в разговорах с матерью или отцом. Напротив — в ней проступала тёплая, почти детская нежность.
  
— А как её называть? По имени‑отчеству?
— За это ты тоже получишь. Эвелина. Она любит, чтобы её называли Эвелина или Эва.
— Ого. Какое имя красивое, — искренне удивилась я.
— Да. Эвелина Карловна. Кстати, Эльза и Эвелина — чем‑то похожи…
— Буквой «Э» вначале? — я рассмеялась.
— Нет… Своей уникальностью, что ли.
— Спасибо за то, что считаешь моё имя красивым и уникальным. Но всё‑таки давай вернёмся к твоей бабушке.
— К Эвелине, — поправил он с лёгкой усмешкой.
— К Эвелине, — повторила я. — Это правда, что она шестой раз замужем?
— Ага, — Арсений снова рассмеялся. — И это только официально.
— Круто, — я представила себе женщину, которая не боится перемен.
— Да. Вот завтра прилетит из Марокко. Полгода там жила. До этого — в Италии, в Таиланде, в Испании.
— И как она всё успевает? — восхищённо покачала я головой.
— Она просто не тратит время на то, что ей не нравится, — пожал плечами Арсений. — Если скучно — меняет страну. Если человек не подходит — прощается без сожалений.
— Звучит как философия, — улыбнулась я.
— Это и есть её философия, — кивнул он. — «Жизнь одна, и она слишком коротка, чтобы быть несчастной».
— Мне нравится.
— Да. Эвелина — красотка, — с явной теплотой в голосе произнёс он. — Умная, острая на язык, с ней не соскучишься. Но спуску не даст. Если почувствует фальшь — мигом выведет на чистую воду.
Я невольно сглотнула:
— То есть мне нужно быть особенно осторожной?
— Не то чтобы осторожной… Скорее — естественной. Она терпеть не может наигранность. Если будешь пытаться казаться кем‑то, кем не являешься, сразу это почувствует.
— А если я просто буду собой?
Арсений задумался, потом кивнул:
— Пожалуй, это лучший вариант. Только помни: ты моя невеста. Значит, должна выглядеть счастливой, влюблённой, уверенной в нашем будущем.
Я молча кивнула. В голове уже выстраивались образы: как я буду улыбаться Эвелине, как буду говорить о «нашей» любви, как буду держать Арсения за руку, будто он действительно центр моей вселенной.
— Она точно захочет участвовать во всех деталях свадьбы, — продолжил Арсений. — Платье, место проведения, меню, декор… Всё должно быть идеально. И если ей что‑то не понравится, она не промолчит.
— Звучит как испытание, — тихо сказала я.
— Это не испытание. Это просто Эвелина, — он улыбнулся. — Но не переживай. Ты справишься.
Я закрыла глаза, пытаясь представить нашу завтрашнюю встречу. Женщина, которая шесть раз выходила замуж, объехала полмира, наверняка видела многое. Сможет ли она разглядеть за моей улыбкой ложь?
В комнате снова стало тихо. Арсений вернулся к телефону, а я лежала, глядя в темноту, и думала о том, как завтра начнётся новый акт этой странной, выдуманной жизни.
— Спокойной ночи, — сказал Арс, откладывая телефон.
— Спокойной ночи.
Я отвернулась к стенке, натянула одеяло чуть выше, пытаясь устроиться поудобнее на непривычно жёстком диване.
— На новом месте приснись жених невесте, — прошептала я, думая, что сказала это едва слышно.
Но Арс услышал — и хмыкнул:
— Какой ещё такой жених? Я вообще‑то твой будущий муж.
Я замерла на секунду, потом, не оборачиваясь, ответила:
— Я про настоящего…
В темноте послышался шорох — он приподнялся на локте. Голос стал чуть серьёзнее:
— Эльза. Никаких «настоящих» женихов. Сейчас и на ближайшие полгода твой жених — я.
— Тю ты. Это примета такая. Шутка просто. Чего кипятишься?
Арсений помолчал, будто взвешивая мои слова. Потом шумно выдохнул и упал обратно на подушку.
— Спи…
  
Глава 15
 
Арсений 
Утром после завтрака с мамой мы отправились на работу. Отца уже не было дома — он уехал встречать бабушку и её мужа из аэропорта.
Подъезжая к отелю, я заметил тачку Дана. Он как раз выходил из неё, когда мы припарковались.
— Брат, ты куда пропал? Звонил тебе вчера — ты сбрасывал и не перезвонил, — бросил он, подходя ближе.
Блин, точно. Забыл ему вчера перезвонить. Он несколько раз звонил, пока были в загсе и агентстве.
Его взгляд скользнул по Эле, потом снова вернулся ко мне — на этот раз с явным удивлением:
— Вы?.. Вместе?
Я усмехнулся, чувствуя, как она чуть напряглась рядом.
— Познакомься, Дан. Это Эльза — моя невеста. Через месяц у нас свадьба. Ты приглашён.
— Что⁈ Это пранк⁈ — Дан уставился на меня.
— Пойдём ко мне, всё объясню.
— Это из‑за Авидзбы? — он нахмурился, явно пытаясь найти хоть какое‑то логическое объяснение.
— Пойдём в кабинет.
Мы зашли в холл. Дан, едва заметив подругу Эли за стойкой, тут же рванул к ней:
— Красотка, привет! Я скучал.
Девушка покраснела, опустив глаза:
— И… тебе привет.
— Танюш, я сейчас переоденусь и приступлю к работе, — сказала Эля.
— Ой, а я думала, невестке Загорского уже и на работу приходить необязательно, — рассмеялась Таня, бросив взгляд на Элю.
— Да какая невестка⁈ Хоть ты мне объясни, что происходит! — обратился Дан к Тане, явно теряя терпение.
Я шагнул вперёд, слегка подтолкнув его рукой:
— Идём. Не отвлекай девочку от работы.
Дан бросил на меня последний недоумевающий взгляд, но всё же последовал за мной. Мы шли к кабинету. Напряжение росло. Объяснять всё это было… странно. Даже для меня.
Зайдя в кабинет, я закрыл дверь и повернулся к брату:
— Садись. Сейчас всё расскажу.
— Ну давай, — он скрестил руки на груди, глядя на меня с явным скепсисом. — Только не говори, что это всерьёз.
Я глубоко вдохнул:
— Серьёзнее некуда.
Он замер, потом медленно произнёс:
— Это из‑за Авидзбы? Да?
— Да.
— Серьёзно? Что, не было другого выхода?
— Не было. Даур припёрся сюда с Айтаром и начали наезжать на меня. Типа: «Чего полез за какую‑то тёлку заступаться и как посмел ударить его кровиночку, сука?» Ну, и сказал, что она моя девушка. А отец добавил, что невеста. И через месяц свадьба. Девушка для них — не показатель.
— И?
— Ну, и Авидзба старший сказал, что ждёт приглашение на свадьбу.
— Пиздец.
— Да не то слово. Такой цирк теперь начался: загс, свадебное агентство, оправдания перед мамой, теперь ещё и бабуля прилетела сегодня — надо перед ней любовь играть.
— Тю, а зачем играть? Расскажите правду.
— Дан, правду никто не должен знать. Даже моя мама, мама Эльки, бабушка, ты. Никто.
— Охереть!
— Тебе рассказал, потому что доверяю как самому себе. А Эля сегодня подпишет договор о неразглашении. И будь аккуратен: подруга её тоже не знает правды, хоть и догадалась, откуда ноги растут. Но мы ей правды не сказали.
— Ладно… понял…
— Мы теперь ещё и живём вместе, прикинь?
— В смысле вместе? Прям вместе?
— Да. В одной комнате.
— Ну и как она? Ничего? — Дан хитро улыбнулся. Я сразу понял, к чему он клонит.
— Ничего. Она спит на диване, я на кровати.
— Да ладно? — друг рассмеялся. — Зная тебя, сомневаюсь, что ты долго продержишься. Девчонка‑то ничего, миленькая.
— Продержусь полгода без проблем. После — развод. Миленькая она или нет — я не хочу, чтобы она в меня влюбилась. Поэтому наши отношения будут чисто деловыми, возможно, дружескими, но в горизонтальную плоскость я их точно переводить не собираюсь.
  
— Ну, поглядим… — Дан откинулся на спинку дивана, широко ухмыляясь.
Я подался вперёд, сузив глаза:
— Сотри свою ухмылку с лица. Пока я не стёр.
— Ой, как страшно, — он поднял руки, изображая капитуляцию, но глаза всё ещё смеялись.