"Фантастика 2025-178". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Иди уже, — махнула Ляля. — Самолюбие… ты не думай, если и прибудут, то со старшими. Кто ж молодняк без присмотра на свободу-то выпустит? Дед там, кстати, дальше дачку прикупил.
— Это которая сразу после тётки Марфы которая?
— Не, эту институтские прибрали.
— Вместе с тёткой Марфой, не говоря уже… — буркнула Ульяна, чувствуя прилив раздражения.
— Не злись.
— Я не злюсь!
— Злишься! — Ляля показала язык. — Потому что Данька уехал.
Ульяна вздохнула.
И призналась.
— Он слишком как-то увлёкся. Сперва дядь Женя, потом Данька… и Лёшка… Вильгельм с Эмфиземой и мышами. Союз у них. Межгосударственный. И вечная дружба.
— Ага, под грифом секретности.
— Ну да. А главное, конца-края этому не видно. Ладно, некроманты. Мексика. Слетали и вернулись. Но это ж не всё! То археологи какой-то там курган раскопали не такой, то проклятый клад нашёлся, то нечисть на болотах… Данька только-только успевает выдохнуть и снова. А знаешь, что обидно?
— Что?
— Что ему это нравится. А ещё, что у него всё выходит. И медаль дали. И в целом-то… а я вот сижу, яблоки собираю. Будешь?
— Давай, — Ляля протянула руку. — А ещё канал наш раскручиваешь.
Она загнула палец.
— Помогаешь Эльке и Ваське с делами, вкладываешься, можно сказать, в развитие совместной компании. Поддерживаешь его матушку… кстати, развод там как, состоялся?
— Да.
Ульяна взяла яблоко. Хорошие вышли. Поздние, но у неё здесь и климат, кажется, свой. И осень тоже своя, которая солнечная, тёплая и пахнущая лесом. И яблоками вот. Эти запоздали, но зато выросли огромными, красными да налитыми.
— И правильно, — сказала Ляля. — Потому что… потому!
— Аргумент. На самом деле ей это непросто далось. Она как-то и привыкла, как сама сказала, а обида никуда не делать. Росла, росла и вот… он, конечно, пытается всё вернуть. С цветами ездит, но так, не особо надоедая. Понимает, что виноват.
Ульяна понюхала яблоко. То пахло мёдом и ещё чем-то таким, осенне-тёплым, дымным.
— Я думаю, что если бы дело было только в той измене, про которую Данька вспомнил, то она бы простила. Ту — простила бы. Объяснила бы и себе, и ему, что Милочка и дар использовала, и сам он ошибся. Но… потом-то и дальше ведь было, и уже без дара и без ошибки. И не по пьяни. И не раз, не два… дело даже не в физической близости, а в том, что он раз за разом предавал свою семью, чтобы прикрыть другую. И ту тоже предавал. Но вот теперь как-то… развалилось.
Отца Данилы было жаль, но как-то не от всего сердца, что ли?
— Хотя не скажу, что он убит горем. Долю брата выкупил. Точнее выплатил за неё часть деньгами, часть акциями нового концерна. Тот не был против. Общаться не общаются, но тут, думаю, отойдут. Вот…
— А Милочка? Про неё знаешь?
Ульяна покачала головой.
— Официально умерла. Неофициально… даёт показания. Дядя Женя блок снял, ну и полезло… там почти всё на ней висело. И клуб этот спортивный, и женский, через который она сплетни со слухами собирала, искала новых клиентов для «Птицы». Та ведь давно не только на самоокупаемость вышла, но и доход приносила. Ещё Милочка курировала пара-тройка контор широкого профиля, которые занимались… всяким занимались. Суды идут и долго идти будут. С «Птицей» вон тоже… и с теми, кто из неё вышел. Выжил. Сама понимаешь, восстановить дееспособность сложно, а уж с имуществом… Фёдор Фёдорович и его люди помогут, но и они не всемогущи. Там многое уже десяток рук поменяло, так что разгрестись будет сложно. Вот… там Элька говорила, что они собираются к нам на недельку.
— Отойти от красот демонического мира?
— Вроде того.
Яблоко хрустнуло. Сочное. И сладкое. Такое вот, выдержанное.
— Это хорошо, — Ляля качнула ногой. — Мы тут свой проектик замутим, если ты не против.
— Я? С чего бы? Что за проект?
— Так… свадебное агентсов.
Ульяна едва не подавилась, но Ляля похлопала по спине.
— Между прочим, спрос имеется! Вся эта розовая ваниль с колечками, голубями и белыми платьями выходит из моды! Мы предложим уникальную возможность! Свадьба в крепости демонов! В последнем оплоте цивилизации…
— Демонов?
— Условной цивилизации пред миром хаоса! Похищение невесты демоном! Жених отправляется в погоню!
— И родня следом…
— Конечно! Потом традиционный бой на фоне мёртвой пустыни! Замирение! И пир под огненными небесами! Василий говорит, что можно устроить и сражение. Если договориться с фермой, где тварей хаоса разводят. Ну или просто экскурсию там провести… их покормить позволят.
— Ненужным родственником?
— Уль, не преувеличивай… всё будет под контролем. Главное, что это свежо! Ново! Необычно! Правда, пока над слоганом зависли. Эля говорит, что надо что-то такое… вроде как «свадьба твоей мечты», но чтобы нашу концепцию отражала.
Ульяна представила, что будет чувствовать невеста, которую демон вырвет из цепких лап стилиста, чтобы утащить в мир хаоса, где ветер, песок и алое пламя. Ну и твари хаоса впридачу.
— Свадьба твоего кошмара, — вырвалось у неё. — Ты запомнишь этот день навечно!
— А что…
— Заодно уж разводиться не рискнёт. Чтоб свадьбу не повторять.
— Кстати, есть ещё вариант с мрачным замком, в подземелья которого провалится вся семья… там и пыточные будут. Можно даже палача нанять.
— Тамадой?
Ульяна прикинула, что свадебные конкурсы пройдут живее, если выбывающих будет ждать дыба.
— Ведущим! Но Вася говорит, что ремесло угасает, что сейчас хорошего палача найти непросто. Даже гильдию расформировали. Вот… кстати, а твоя матушка?
— Давече приходила. Жаловалась очень. Ни цивилизации, ни кафе с салонами, только пустыня, каменоломни, демоны да каторжники. Но по-моему, ей нравится.
Месяца не прошло, как матушка навела порядок, подмяв под себя самого сильного из своры, а уж через него — и остальных.
— Снова замуж собралась.
— Бедный демон.
— Зато выработка втрое выросли. И начали новую линию. Так что теперь она не просто так, но ценный специалист… хотя, конечно, характер…
Ульяну передёрнуло.
Мысленно она порадовалась, что возвращаться матушка явно не планирует.
— Так… — Ляля поднялась. — А Никита где? Кит? Никита!
— Р-р-р… — из кустов донёсся низкий рык.
— Поймал кого-то… — Ляля нехотя поднялась. — Пойдём. А то снова обслюнявит, и потом будет жаловаться, что у него язык чешется.
Никитка обнаружился по ту сторону забора, который он, судя по отметинам, пытался изящно перемахнуть, но в итоге что-то пошло не так и забор он переполз. Ульяна только головой покачала: этак и нынешний забор долго не продержится. Может, в следующий раз, как у дражайшей многоюродной сестрицы, частокол ставить?
Из брёвен.
И вид аутентичный будет, и крепость соответствующая, чтоб Зверозуба выдержать.
— Кит⁈
Никита нависал над кем-то… кем-то напрочь незнакомый и ворчал.
— Кит, ты чего?
— Уберите его! — возопила женщина и, ободрённая появлением Ульяны, шлёпнула Зверозуба по морде сумочкой. — Брысь! Пшёл вон!
— Дура, — сказал Никитка и отмахнулся от следующего удара. Лапкой. С когтями. А те, наточенные о специально врытый за домом столб — столетние дубы не желали расти вот прямо сейчас — вспороли лаковую кожу. И содержимое сумочки посыпалось в траву.
— Я… — женщина подпрыгнула и взвизгнула. — Я буду жаловаться!
— Она тут бродила! — сказал Никитка, отступая. — У забора. Туда и обратно. Обратно и туда! Всю крапиву потоптала!
— Нормальные люди розы высаживают! — огрызнулась женщина.
— Так то нормальные, — Ляля изобразила улыбку. — А вы кто вообще будете?
Стало быть, не родственница, если ни Никита, ни Ляля не узнали. Ульяна выдохнула с немалым облегчением, потому что… ну не готова она ещё с другой роднёй встречаться.
Не готова.
Разве что с Калиной, к которой, если через лес, то и недалеко совсем, особенно зачарованною тропой. И случалось уже заглядывать, сидеть на берегу огненной речки, которая, успокоившись, вполне успешно притворялась обычным ручьём, есть душистую сладкую землянику да глядеть, как Алёнка пытается воспитывать чёрного кота. А тот делает вид, будто совершенно ничего не понимает.