"Фантастика 2025-178". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Поспешил всё-таки.
Сейчас, конечно, можно связаться, но это уже просьба. И Темнейший откликнется, несомненно, но и не забудет оказанной услуги.
— И если вдруг… конечно… первым же делом… где я нахожусь? В гостях у подруги… да… вы же знаете… с работой свои сложности и теперь… нет-нет, я понимаю… к вам? В смысле в вашу корпорацию? Образовалась вакансия? И как раз мой профиль? И сразу вспомнили. Очень лестно. Да, несомненно, буду рада… если пройду собеседование? У вас нет сомнений? Конечно… завтра? Да, да… приеду. Спасибо вам огромное! И мне очень жаль. Надеюсь, Марго найдётся прежде чем причинит себе вред… или кому-то ещё? Да, да… нет, не сомневайтесь. Я всё понимаю и буду молчать, но если…
  
Защита ведьмы зазвенела. Василий ощутил её этакой натянувшейся до предела струной, которая в следующий миг лопнула, больно ударив по восприятию. И снова полыхнула ярость. В какое-то мгновенье он даже почти утратил контроль над собой, сжигаемый желанием ринуться и обрушить эту ярость на нарушителя, но руки коснулись.
— Василий? С тобой всё в порядке?
И ярость улеглась.
— Нет, — Василий сделал глубокий выдох. — Кажется, у меня начались проблемы с самоконтролем.
— Нам надо возвращаться?
— Нет. Это… это случается. Обычно в процессе взросления и становления личности.
У неё спокойный взгляд. И это спокойствие передаётся. Наверное, именно оно и заставило коснуться её ладони. И пальцы переплести. И выдохнуть, окончательно возвращая ясность мышления.
— Мой процесс взросления не был сопряжён с припадками ярости. И общий уровень моей агрессии был ниже среднестатистического.
Кивок.
И понимание. И вопрос.
— А теперь?
— А теперь… та энергия, воздействию которой я подвергся, кажется, что-то нарушила. Это плохо. Если приступы продолжаться, мне придётся уйти.
— Дома станет легче?
— Нет. Дома… энергия хаоса плотнее. Следовательно, состояние усугубится. Но там я хотя бы не причиню никому вреда.
— Но, возможно, тогда не стоит уходить, если здесь тебе легче?
— Я ведь действительно могу кого-нибудь убить.
— Данилу?
Василий прислушался к себе. Нет.
— Нет… а тот человек, который тебе звонил?
— Это отец Марго, — Элеонора посмотрела на телефон. А вот руку не убрала. И наверное, надо отпустить. Нехорошо нарушать личные границы, не получив на то предварительного согласия. Но она ведь не пыталась освободиться. И можно ли это считать невербальным согласием на нарушение границ? — Я же говорила, что её будут искать. Похоже, ему всё-таки сообщили. Поэтому и позвонил. Вспомнил. Работу предложил… даже забавно.
— Что именно? Извини. У меня имеются определённые сложности с чувством юмора.
— Я трижды пыталась устроиться в его компанию. На разные должности. И почти все низовые. Но всякий раз — отказ. У меня не самая лучшая репутация.
— Почему?
— Сложно. Скорее всего, потому что сама сглупила. Когда я решила оставить Мелецкого, то подумала, что стоит воспользоваться его связями. Точнее связями его отца. В хорошую компанию, как бы это ни звучало, тяжело попасть вот так, совсем со стороны. Тем паче, если ты вчерашний выпускник без опыта работы и к тому же женщина. А вот он мог поспособствовать.
— Отказался? — лоб зудел слева, и Василий не удержался, осторожно поскрёб его.
— Нет. Данька… он бестолочь ещё та, но не злая. И не отказывает. Только просьбы надо излагать очень конкретно. Я же сказала, что мне нужна работа. Какое-нибудь хорошее место. Оказалось, у нас разные представления о хорошем. Мне предложили должность личного помощника. Я сперва решила, что это неплохо. Что вакансия поможет раскрыть мои таланты. И опыт опять же получить.
Пальцы дрогнули.
И желание убить кого-то вернулось.
— А на деле выяснилось, что от меня ждут помощи в весьма определённой сфере… и если поначалу всё сводилось к шуточкам, которые я игнорировала, то потом… однажды случилась неудобная ситуация. И мне пришлось защищать себя. У тебя опять глаза красные.
— Извини, — Василий закрыл их и снова сделал вдох, медленный и глубокий.
— Всё закончилось увольнением и скандалом. Или правильно сказать, скандалом и увольнением? И репутацию мне подпортили. В общем… с работой с тех пор не складывалось вот совсем. Даже тогда, когда находила, удерживалась недолго. Полгода максимум… потом… один раз попытались втянуть в финансовые махинации, верно, решив, что я тупа и не пойму, чем в перспективе обернётся моя подпись на некоторых документах. В другой, сначала всё шло и неплохо даже, а потом сменилось руководство. И у нового начальника оказалась очень ревнивая жена. Ей ещё донесли слухи про меня, после той истории и увольнения, что будто это я пыталась соблазнить шефа и… в общем, то одно, то другое. Но это уже не имеет значения.
— Почему?
— Потому что теперь я в городе не останусь. Марго поправится, и мы куда-нибудь уедем.
— Зачем?
— Затем, что это единственный выход, который я вижу. Увезти её и спрятаться. Исчезнуть просто-напросто.
— Ты боишься? — ярость не исчезла, но и не туманила разум. Напротив, мышление сделалось на удивление ясным.
— Да. Я ведь живой человек. И я понимаю, что то место, что его организовали не просто так и не ради Марго. Скорее она здесь, если не случайно, то лишь как удобный элемент и только. Но они не захотят терять это вот место и ресурсы, на него потраченные. Устранение Марго — оптимальный вариант. Или меня. И работу эту предлагают не просто так. Ехать не хочется…
— Тогда не надо.
— Надо. Они… если я не приеду, это будет почти признание. А если приеду, то, скорее всего, навесят жучков или чего-то вроде… хуже всего, если у них есть менталист. Или, не знаю, зелья там… я ведь могу и рассказать, что видела.
Она замолчала и, повернувшись к дороге, сказала:
— Кажется, сюда кто-то едет…
Василий присутствие посторонних давно ощутил, как и жар, исходящий от техники. Ведьмина тропа продолжала сопротивляться, и поэтому техника замедлилась, но всё-таки кто-то да прорвался.
Из клубов пыли, которые вдруг поднялись и повисли над дорогой этакими грозовыми облаками, вынырнул автомобиль. Подпрыгнув на дороге, он вдруг начал вилять, а потом и вовсе остановился.
— Что за… — дверь распахнулась и на дорогу вывалился мужчина в белой некогда рубашке. Теперь под рукавами её расплывались круги пота. Лысина сияла. И сам мужчина дышал сипло, тяжко, отфыркиваясь. — Что тут вообще… я буду жаловаться!
— Простите? — Элеонора нервно сжала ладонь.
— Здесь явно установлены запрещённые артефакты! — голос у него был трубным и громким. Это тоже мешало сохранению психологического равновесия.
И лоб зачесался сильнее.
— Беспредел! Я вызываю полицию… немедленно! И войска!
— И спасателей, — подсказала Элеонора.
А Василий подумал, что если оторвать голову сейчас, то свидетелей не будет. Почему-то он не сомневался, что Элеонора его не выдаст. Но смутился этих мыслей и потому вежливо спросил:
— А вы кто такой будете?
Почему-то прозвучало грубо.
Хотя, конечно, будь на месте Василия нормальный демон, вопрос он бы задавал, вежливо придерживая собеседника за горло. Отец говорил, что это очень способствует установлению близких и доверительных отношений.
Но горло конкретно этого субьекта было пухлым и потным. Поэтому хватать его не хотелось.
— Я — руководитель проекта! А ты кто?
— Василий, — сказал Василий, всерьёз задумавшись, нужно ли ещё что-то уточнять. Или имени достаточно.
— Василий… сейчас… — толстяк нырнул в машину и вынырнул с папкой, которой потряс. — Василиев тут нет! И вообще никого тут нет. По проекту.
  
— Мы есть, — Элеонора протянула руку. — Позволите?
— Обойдёшься! — человечек спешно убрал папку за спину. — И вообще… что тут происходит⁈ Почему тут до сих пор люди⁈
— Знаете, — Элеонора на отказ не обиделась, но изобразила улыбку. — Нам самим хотелось бы понять, что тут происходит. Каким именно проектом вы руководите и как здесь оказались?