Ложка дёгтя (СИ)

Через какое-то время мужчина осторожно встал, постоял несколько мгновений, пристально глядя на меня. Потом всё-таки кивнул, признавая поражение. И обратно из круга шёл как-то неуверенно, словно по-прежнему ожидал, что его поведёт в стороны.
С остальными получилось достаточно легко. Ещё двоих я тоже «раскачал» до их падения. Следующие приняли это к сведению, и четвёртый решил брать меня скоростью. Резко бросился в мою сторону, двигаясь зигзагами, но я просто «подставил» ему подножку, подтолкнул, и боец с разбега полетел на траву.
  
Остальные тоже пытались прорваться к моему телу, схватить или хотя бы ударить, но просто не успевали это сделать. С каждым новым поединком у меня получалось всё лучше, и последние двое показали уже виденный мной раньше «танец марионеток», когда ноги сковывает непонятно чем, а в корпус давит непонятно что и откуда. Бойцы пытались сохранить равновесие, сдвинуться с места, но их сила и ловкость сейчас не имели никакого значения.
Но я старался только победить, а не унизить. Как только бойцы оказывались на земле, я сразу прекращал давление.
Когда вернулся к бревну, Варнах мрачно смотрел на меня.
— Я же просил не использовать магию.
Упрёк был резонный, но я только пожал плечами.
— Я не знаю что это такое. В тех местах, откуда я родом, чем-то подобным владеют высшие мастера боя. Названия разные, проявления разные, объяснения разные, но суть всё-таки одна — проявление внутренней силы человека. Обычного человека. Годы тренировок, медитации, учеба по управлению энергией. Можно отталкивать противника, можно закрутить его вихрями, опутать силой как верёвкой. А можно и так.
Я подошёл к лежавшему невдалеке валуну, примерился, затем направил силу в кулак и резко ударил по верхушке камня. Раздался глухой удар, и камень чуть не до середины вдавило в землю, а верхняя часть рассыпалась крошками.
Варнах не стал подходить и трогать камень –ему и со своего места было прекрасно видно.
— Господин Иван, вы говорите, что такое искусство доступно только мастерам, но сами вы молоды.
— Я сегодня попробовал так делать в первый раз –улыбнулся я — Не позвали бы на тренировку, я бы даже и не задумался о том, что и я тоже так могу.
Мелькнула запоздалая мысль, что не стоило такое показывать, но кто ж знал, что у меня и в самом деле получится? Да и после всего, что со мной было в этом мире, бесконтактный бой — это, можно сказать, такая мелочь, которая даже не стоит упоминания.
  
Мы в столице
 
Ехали ещё шесть дней, но уже без остановки на отдых, потому что городов становилось всё больше, деревни ближе друг к другу, и выбрать нормальное место для отдыха становилось проблематично. Пару раз, когда мы просто останавливались переночевать или пообедать, появлялись какие-то люди, которые начинали качать права, мол мы остановились на чужой собственности. Но стоило Варнаху негромко сказать несколько фраз и показать некий значок, как горлопанов как ветром сдувало. Но всё равно, неприятно.
Нарлен, столица империи, оказался просто огромным по местным меркам. Мы почти целый день ехали по нему (вернее, по городу с пригородами). Наверное, судьба любого большого города, который расширяется, постепенно поглощая близлежащие деревни, посёлки и маленькие городки. Поэтому и чересполосица была очень странная — то откровенные деревни, за которыми почти сразу богатые усадьбы, а вскоре какой-нибудь промышленный район с кучей мастерских, и тут же кварталы откровенных лачуг и бараков для работников. Но постепенно дома становились выше, улицы чище, народ стал выглядеть более… не то чтобы все стали богатыми, но достаточно зажиточными. Во всяком случае, откровенных бродяг и нищих почти не было заметно.
Особняк Наместника среди других не очень-то и выделялся. Да, большой, двухэтажный, солидный, если можно так сказать, но в том районе таких было много. Большой ухоженный парк вокруг. Когда мы подъехали, нас встретили всего несколько слуг. Засуетились, стали говорить что куда тащить. Наши с Таней вещи на второй этаж в гостевую комнату, солдат куда-то за дом в специальную казарму для охраны, лошадей на конюшню, повозки и карету в каретный сарай (оказывается, здесь был и такой). Слуг, после того как перетаскали вещи, отправили в ещё один специальный дом для слуг. Не повезло кухаркам — этих сразу отправили на кухню готовить ужин на всю толпу. Ну а мы с Таней, как настоящие аристократы, занимались только собой. Всё как положено — горячая ванна с розовой пеной (я подглядел), душ для меня. Потом чистая одежда, причёска, а потом оставалось только ждать в гостиной когда же нас позовут ужинать.
Уже начинало смеркаться, как во дворе послышался какой-то шум. Немногочисленные слуги, которых мы почти не видели и не слышали, вдруг заметались и чуть ли не бегом бросились ко входу.
Мы с Таней удивлённо переглянулись.
— На нас напали?
Где-то у входа послышался громкий голос, отдававший приказания, и через несколько минут в гостиную, где мы сидели, вошла женщина. Даже и не знаю, как правильно сказать — то ли молодящаяся старуха, то ли увядающая красавица лет под шестьдесят. Довольно высокая (для женщины), довольно красивая, очень ухоженная. Дорожное платье из хорошей ткани выглядело мятым, но вот выражение лица женщины было весьма боевым. И смотрела она вокруг как настоящая хозяйка.
Подошла к нам, уставилась, оглядела с ног до головы и очень даже невежливо спросила.
— И кто вы такие?
Я поднялся, тоже демонстративно оглядел её с ног до головы и без всякого почтения ответил.
— А ты кто такая?
Женщина на мгновение замерла, затем вдруг рассмеялась.
— Нет, ну это же надо! Приезжаю в собственный дом и вдруг непонятные люди меня же и спрашивают: «Ты кто такая?»
Я на мгновение опешил.
— Возможно, произошла какая-то ошибка, но этот дом — Наместника Гарнера.
— А я его мать, герцогиня Гарнер. И это наш столичный особняк –мы с Таней переглянулись — Повторяю вопрос — кто вы такие?
Пришлось отвесить небольшой поклон.
— Меня зовут Иван, а это Таня.
— Просто Иван и просто Таня? –женщина внимательно смотрела на меня.
— Для общения этого достаточно.
— Это надо понимать так, что общаться со мной вы не собираетесь или так, что вы оба без роду и племени, и мне надо называть вас именно Ванька и Танька? –тон у женщины стал совсем нехорошим.
Я с трудом сдержал нарастающее раздражение.
— Общение с вами сделает честь любому, герцогиня, но уже завтра мне придётся отправиться… хм… по делам, а Тане в её положении совсем не до разговоров. Сейчас мы занимаем одну из комнат в правом крыле и постараемся ничем не беспокоить вас. Вы позволите нам удалиться?
— Не позволю! –тут же отрезала женщина. Постояла, всматриваясь то в Таню, то в меня — Очень интересно получается, очень. Сын присылает мне письмо, в котором просит немедленно отправить в столичный особняк десяток слуг, лучшую повитуху, которая у нас есть, я, вся в мечтах, мчусь без остановки и что я вижу? -я чуть было не ляпнул: «И что вы видите?», но старуха сама ответила — И вижу незнакомого мальчика и беременную девочку, которых можно назвать только по имени. И как это понимать?
— Служебные дела, госпожа герцогиня.
— Служебные? –женщина с иронией посмотрела на меня — А вы знаете, что в этом доме не жила ни одна из многочисленных любовниц моего сыночка? И вдруг он селит сюда незнакомую беременную девочку?
— Это моя жена, –напрягся я от такого намёка –и всё это… по служебной надобности.
  
— По служебной? –женщина откровенно веселилась — А вы знаете, что сын назначил вам обоим содержание как детям какого-нибудь графа?
— Вопрос не к нам, а к господину Наместнику, госпожа герцогиня.
— Спрошу, обязательно спрошу –женщина со странным интересом рассматривала меня — Уж не решил ли сынуля порадовать меня сразу и внуком, и правнуком? –задумчиво протянула она.