Когда мы виделись в последний раз

– Думаю, ты взяла правильный курс, – кивнула Блер.
– И знаешь, что еще? Я думаю, мама все-таки что-то сказала Саймону в итоге. И может быть, к маме отправилась Сабрина. Может быть, это она ее убила, а потом позвонила Саймону, и теперь они лгут, чтобы замести следы. – Кейт в ужасе посмотрела на Блер. – Теперь они нацелились на меня.
Блер, не сводя с нее глаз, медленно кивнула:
  
– Твой отец мне сказал, что Лили упоминала о неприятностях из-за Сабрины. Значит, она точно об этом думала. Посмотрим, что скажет Андерсон.
Мелодично прозвучал дверной звонок.
– Думаю, это он, – сказала Кейт и встала.
Войдя в кухню, Андерсон не смог скрыть удивления при виде Блер. Он слегка поклонился:
– Доктор Инглиш. Миссис Баррингтон.
– Могу я вам что-нибудь предложить? – спросила Кейт.
– Нет, спасибо.
Андерсон сел напротив Кейт.
– Меня пугает то, что Саймон живет со мной под одной крышей.
– Хорошо, мы это обсудим. Но прежде всего у меня есть к вам несколько строго личных вопросов. Быть может, миссис Баррингтон оставит нас наедине на несколько минут?
Блер встала – Кейт еще не успела ответить детективу.
– Конечно. Я буду в твоем кабинете, Кейт.
Когда она вышла, Кейт пристально посмотрела на Андерсона:
– В чем дело?
Андерсон вздохнул:
– Я вынужден расспросить вас об автомобильной аварии, при которой погиб ваш жених. Тем летом вы проходили курс психотерапии – по всей видимости, интенсивной психотерапии.
У Кейт запылали щеки. Она вовсе не желала разговаривать об аварии. И откуда он узнал о том, что она проходила курс психотерапии? Ее история болезни хранилась в частной клинике и не подлежала разглашению.
– Какое отношение это может иметь ко всему, что сейчас происходит? И откуда вам вообще об этом стало известно?
– На самом деле, когда мы допрашивали мисс Митчелл, она нам сказала.
Сабрина? Ей наверняка рассказал Саймон…
– Как она узнала? И когда она сказала вам об этом?
Несколько секунд Андерсон изучал лицо Кейт взглядом, потом сказал:
– Ваш супруг – это ее алиби, а она – его алиби на тот вечер. Они утверждают, что оба работали допоздна. Вчера я позвонил мисс Митчелл, чтобы задать несколько вопросов. Она продолжает утверждать, что она допоздна работала вместе с вашим супругом. Она упомянула о том, что ваш супруг обеспокоен вашим поведением, что вы ведете себя нервно и что он уверен в том, что у вас очередной нервный срыв.
Ага, значит, эта парочка пыталась выставить ее чокнутой в глазах Андерсона. Но зачем? Чтобы он не поверил ее подозрениям? Кейт пристально посмотрела на Андерсона.
– Прежде всего, у меня никогда не было никакого «нервного срыва». – Она изобразила в воздухе кавычки. – Все это не имеет сейчас никакого значения, но я пережила трагедию. Тем летом я посещала психотерапевта в связи с психологической травмой, связанной с аварией. Мне совершенно не стыдно признаться в том, что большую часть моей жизни мне приходится справляться с тревожностью, но я с ней справляюсь, как миллионы других людей. Я не сумасшедшая.
Последние слова Кейт произнесла, расхаживая по кухне.
Андерсон промолчал. Он ждал продолжения.
– Как вы не видите? Даже сам тот факт, что она знает о том лете, и то, что они обсуждают мое психическое здоровье, – это совершенно неприемлемо. Какие еще вам нужны доказательства того, что они сговорились против меня?
– Доктор Инглиш, я не считаю вас сумасшедшей. И я согласен с вами в том, что подобные обсуждения между вашим супругом и мисс Майклс неприемлемы. Однако все же вам нужно постараться сохранять спокойствие.
– Как же мне сохранять спокойствие при том, что в моем доме, рядом со мной, может жить убийца?
– Я понимаю вашу озабоченность, но я не располагаю полномочиями, позволяющими принудить вашего супруга покинуть ваш дом. Однако… Могу я предложить вам, чтобы вы попросили вашего отца временно пожить у вас? Это может помочь вам чувствовать себя более защищенной.
– Я все еще не помирилась с ним. Он не хочет рассказать мне, из-за чего они в тот день поссорились с мамой.
Андерсон пытливо посмотрел на нее и сказал:
– С него сняты все подозрения. У нас есть запись с камеры наружного наблюдения, демонстрирующая, как его машина отъезжает от больницы уже после того, как ваша мать была убита. А сотрудники больницы свидетельствовали по минутам о его местонахождении напротяжении всего вечера. В то время, когда мы впервые допрашивали персонал больницы, доктор Сингер был в отпуске, а теперь он подтвердил, что находился рядом с вашим отцом на протяжении тех двух часов, о которых мы не могли уверенно судить ранее. Он никак не мог находиться дома в то время, когда была убита ваша мать.
Волна облегчения нахлынула на Кейт. Ну конечно же ее отец не имел ничего общего с убийством ее матери. Как она вообще могла допустить такую мысль? Андерсон уйдет – и она сразу же позвонит отцу и пригласит его пожить у нее. Если они с отцом будут рядом, Саймон не решится ничего предпринять. И охранников она возле своей спальни поставит, и Аннабел заберет к себе.
– Еще я хотел вам сообщить, что мы получили сведения от флориста. Ничего удивительного – для приобретения роз была использована предоплаченная карта Visa. Мы сосредоточили свои поиски на определенной партии роз и сейчас пытаемся определить, где именно они были приобретены.
«Вот это уже кое-что», – подумала Кейт.
Андерсон поднялся:
– Пожалуйста, берегите себя. Мы будем наблюдать за мисс Митчелл, и я дам вам знать, как только у нас появится больше информации по этой карте.
Детектив ушел, а Кейт пошла в свой кабинет, чтобы поговорить с Блер. Она открыла дверь и увидела, что Блер сидит в кресле в углу кабинета и что-то набирает на клавиатуре ноутбука.
– Я помешала? – спросила Кейт.
Блер подняла голову:
– И хорошо, что помешала. Я застряла на этой главе. Что понадобилось Андерсону?
Кейт подошла ближе к подруге и стала ходить из стороны в сторону.
– Ты не поверишь.
– Что случилось?
– Сабрина сказала Андерсону об аварии и о том, что тем летом я посещала психотерапевта. Еще она сказала, что Саймон переживает о моей психической стабильности.
От изумления Блер широко раскрыла рот.
– Сабрина? А она-то откуда знает?
– Откуда же еще? Саймон ей сказал.
  
Глава двадцать вторая
 
Блер должна была встретиться с Картером в ресторане «Prime Rib» в центре города в восемь часов вечера, поэтому сразу же после ухода детектива Андерсона она спешно уехала от Кейт. Она не сказала Кейт о встрече с Картером, потому что не хотела, чтобы у подруги возникло превратное мнение об этом. На самом деле, у Блер не осталось никакого интереса к мало-мальски сохранившимся мужским чарам Картера. Интересовало ее только то, что Картер мог рассказать о своем совместном бизнесе с Саймоном. Похоже, у Кейт-таки начали раскрываться глаза на коварство мужа.
Вернувшись в свой гостиничный номер, Блер открыла шкаф и вытащила наряд, купленный специально для сегодняшнего вечера. Надев облегающее зеленое платье (зеленый цвет всегда нравился Картеру), она воспользовалась духами «Clive Chrtistian» и надела туфли «Miu-Miu», украшенные прозрачными кристаллами. Эти туфли идеально украшали ее безупречные длинные ноги. Губы Блер подкрасила помадой цвета спелой вишни. Да, она будет выглядеть полной противоположностью его располневшей занудной женушке.
Войдя в ресторан и обведя взглядом знакомый зал, Блер порадовалась тому, что Картер назначил ей свидание здесь. В атмосфере витало нечто чувственное. Блестящая черная барная стойка, мягкий золотистый свет. Блер увидела Картера около стойки, тепло улыбнулась и пошла к нему. Он встал со стула, и его лицо озарилось радостной улыбкой. Он смерил Блер взглядом с головы до ног. Она обняла его и прижала губы к его щеке на секунду дольше, чем надо было бы. И ей было приятно увидеть, как зарделись его щеки, когда она отстранилась.