Аделаида: путь к Тьме (СИ)

«Стандартный — это прекрасно!» — воспрянул Оптимизм.
«Придурок, мы же не знаем, какие тут стандарты!» — резко ответила Осторожность, и Разум её поддержал.
Я снова замотала головой.
— Хотя бы объясните, что там за условия! — я начала тыкать пальцем в разные параграфы. Бабища нахмурилась и пристально на меня посмотрела.
— Не мычи тут! Договор стандартный, полтора года, оплата два золотых в месяц, включает проживание, питание, обеспечение одеждой и обувью, — ответила она, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Я помотала головой. Какой контракт на работу, а как же конкурс? Или это не невесты?
— Слушай меня, убогая. Или ты подписываешь контракт, или я тебя выставляю обратно на мороз в чём была!
Она демонстративно распахнула занавески. С высоты открывался вид на заснеженный двор с какими-то хозяйственными постройками. Мощёные дорожки аккуратно почищены, вокруг царил буквально армейский порядок. И да, это речь о квадратных сугробах. Вариант быть выставленной на мороз «в чём была» вообще не понравился. Я, конечно, понимала, что происходило что-то странное. И где Шаритон? Почему нет остальных девушек?
Однако по лицу Домомучительницы прекрасно поняла — выставит. И тогда на поиск ответов у меня останется минут десять-пятнадцать. Или сколько там нужно, чтобы на морозе окочуриться?
— Хорошо, — прохрипела я и кивнула.
Документ подписала, чем сильно удивила и бабищу, и остальных. Роспись мягко замерцала и изменила цвет. Совсем как на том договоре, что мы подписали с Шаритоном. Домомучительница поставила на каждом договоре по большой ажурной закорючке.
«Мы сделали ужасную ошибку!» — драматично застонала Интуиция.
«Поменьше трагизма! Что, надо было на мороз идти? Разберёмся! В любом случае тот, другой договор мы подписали раньше. Значит, в первую очередь действует он. А уж император должен быть повлиятельнее своей Домоправительницы. Нас явно перепутали. Может, мы не в ту часть дворца попали. К служанкам. В любом случае разберёмся. Нам просто нужно время», — заверил Разум.
«Зато помылись!» — весело воскликнул Оптимизм.
— Значит так. Вот вы трое поступаете на кухню, — бабища указала растопыренной пятерней на наш ряд, и все немного растерялись. Домомучительница раздражённо фыркнула и с силой ткнула тростью в район солнечного сплетенья трём женщинам постарше. — Вы поступаете в распоряжение к главному повару, мастеру Ро́льгу. Если кухню не найдёте, то пеняйте на себя! Тупые тут не нужны!
«А что она тут тогда делает? — хохотнул Разум. — Явно не самая острая бабища».
«Конкуренции боится», — ответил ему Сарказм.
— Теперь вы. На вас уборка. Юродивая будет мыть полы, но только в пустых и общих помещениях. В личные покои в приезды хозяина или гостей заходить запрещается! Убирать там будут личные слуги. Остальным — пыль, окна, обстановка, стирка. Вот ты, — ткнула она в девочку, — будешь натирать мебель. Состав я выдам. Сейчас же начнёте с чердака. Служанки из предыдущего набора уехали неделю назад, в штате осталось только две, небось, пылища уже легла. А. Я. Ненавижу. Пыль. Это ясно? До обеда ещё три часа, за это время как раз посмотрю, как вы работаете!
Вслед за ней мы поднялись на четвёртый этаж, технический. Пока шли, я успела заглянуть в одну из комнат с низкими потолками. Узкая, размером с полторы кровати, она навевала тоску и мысли о страхах Гоголя. Помимо комнат для прислуги на этаже располагались две общих ванных — мужская и женская. А ещё на этом этаже было ощутимо прохладнее. Я порадовалась тому, что тут не совсем уж раннее средневековье. Вон и краны имеются, и слив. Обстановка ближе к девятнадцатому веку.
Домомучительница показала чулан с тряпками, вёдрами и щётками. В нём громоздилась большая металлическая раковина устрашающего вида. В фильмах ужасов в такой обязательно разделывают грудастую подружку главной героини.
— Прачечная находится на цокольном этаже, там же рядом есть ещё один чулан, где тоже имеется всё нужное для уборки. А теперь берите вёдра, тряпки, наливайте воду и за мной! Чего уставились, тут вам не театр!
 
Блеск, я оказалась в магическом мире, чтобы изучать чуланы. И тряпки. И два ведра. Об этом обязательно напишут книжку, даже не одну, а серию! «Ида и уборка на магическом чердаке», «Ида и подметание волшебных полов», «Ида и чародейские вёдра» или «Ида и колдовские тряпки». Хотя нет, про последнее можно подумать, что это о моде.
Дальше нас погнали на чердак.
«Шикарное помещение», — оценил Сарказм.
Здесь едва можно было стоять в полный рост. Чердак оказался завален вещами. Сундуки, деревянные коробки, металлические ящики, закрытая чехлами мебель… И всё это настолько запылилось, что стало понятно: либо кто-то отчаянно врал про неделю, либо тут ежедневно выпадал толстый слой магической пыли. Почему-то верилось скорее в первый вариант.
Загремев вёдрами, мы приступили к работе.
Под пристальным взглядом бабищи все молчали.
«Таки смотрит, шоб вы металлические сундуки и кресла по карманам не распихали», — подал голос Сарказм.
«Пошлите вон в тот уголок подальше ото всех? Хотя бы не под носом у неё. Меня нервирует лёгкость, с которой она применяет свою трость», — отозвалась Осторожность.
Следующие три часа я мыла полы. Холодные полы в холодном помещении холодной водой. Хорошо хоть движение согревало, только руки замёрзли.
Я не торопилась. Мыла медленно и тщательно. Не хватало ещё показать все свои умения в первый же день, тогда работой загрузят по самые ноздри. А мне ещё нужно время разобраться, как я сюда попала, и что вообще произошло. Судя по тому, что магии больше ни у кого нет, это не такой уж распространённый ресурс. Вряд ли меня в этот мир привели, чтобы полы мыла… Как-то это не соотносилось ни с затраченными усилиями, ни с логикой. Значит, ошибка. Сбой в портале. Ох, повезло, что он открылся в женской бане, а не где-нибудь в зимнем лесу!
Срочно нужна информация, но что делать, если говорить я не могу? Библиотека! Неизвестно, получится ли читать, но попробовать-то я должна. Вдруг Разум как-то разберётся?
«Разберусь! Выучим язык при необходимости», — с достоинством ответил он.
«Прямо как с французским? Таки два года его учил. Ну-ка скажи что-нибудь!», — тут же встрял Сарказм.
«Французский не являлся жизненной необходимостью, это было опциональное знание, следовательно, я экономил интеллектуальные ресурсы при его изучении», — уверенно откликнулся Разум.
«Давайте лучше думать, что дальше делать? Как нам отсюда выбираться? Мы же явно не там, где нужно!» — сказала Осторожность.
«Это точно. Судя по тому, что магии тут ни у кого больше нет, одарены далеко не все. Вряд ли нас бы забрали из другого мира, чтобы мы тут окна намывали. Глупо и неэффективно. Следовательно, мы промахнулись. Нужно разведать, как далеко мы находимся от места назначения. Нам известно, что мы прибыли сюда на конкурс невест к императору Альмендри́и. Звучит как что-то достаточно заметное, скорее всего, об этом должны знать. Как вариант, можно попробовать обследовать замок. Хотя пока что он не производит впечатления императорского… Очень уж тут всё уныло», — сказал Разум.
«Нужно послушать разговоры. Наверняка они обсуждают политическую обстановку или что-то для нас полезное!» — заверил Оптимизм.
«Если бы мы нашли способ говорить, то попросили бы кого-то нас отвезти, куда нужно. Людей добрых много, нам бы обязательно помогли», — сказала Наивность.
«Та заткнись ты, — беззлобно сказал Сарказм. — Ты вообще атавизм. Не понятно, откуда взялась, зачем нужна, и годам к тридцати таки сама отомрёшь».
«Почему сразу атавизм, а не хотя бы рудимент?» — обиделась она.
«Не ссорьтесь! Давайте лучше подумаем, какие тут могут быть мужчины… Так и хочется утонуть в чьих-то голубых глазах…» — мечтательно сказала Любовь.
«НЕТ!!!» — хором закричали остальные.
Кроме Наивности, естественно.
«Нам бы на улицу сходить, осмотреться», — протянула Интуиция.