Девочка Да Винчи (СИ)

Получается, я облажался.
«Я считала, что и у тебя всерьёз, а ты…»
Фразы Вари били больно, хлестали по щекам, отрезвляли.
Она была права. Да, абсолютно. Но в то же время…
Чёрт, это же Сонька! Сонька, у которой за год вся жизнь под откос. Которая из домашней, интеллигентной девочки, за плечами которой была семья, которая полжизни занималась только учебой и рисованием, которая тяжелее кисточки в руках ничего не держала, превратилась в поломойку… А еще раньше в няньку. Когда умерла её мать. А потом в сиделку, когда заболела бабушка.
И всё это для такой девочки- одуванчика…
Мне казалось, Варвара должна понять! Ведь она знает историю Сони.
А она…
«Бросил меня ради какой-то… девчонки».
Да не бросал я! Я помог один раз!
Надо же было Соне устроить эти разборки с Аделиной именно в этот день! Блин…
Я зол, на себя, на весь мир, на Соню… Нет, на Соню – нет. При чём тут Соня? Это был мой выбор – помочь ей. Это я облажался.
А Варвара… Нет, я её тоже понимаю, и очень хорошо. Ради меня она рискнула всем, а я…
Я хочу исправить ситуацию. Очень хочу.
Утром еду к ней, с утра пораньше, с букетом. Жду у подъезда, чтобы сюрприз устроить. Знаю, во сколько она выходит, когда у неё занятия. По утрам она работает не в студии, в какой-то школе.
Варвары нет. Битый час жду. Пишу. Звоню. Я в игноре. В черном списке. Что ж, весело!
Еду к этой школе. Пытаюсь узнать, где она – оказывается, занятия отменили.
В студии она тоже не появляется. Взяла больничный.
Чёрт.
Снова еду к её дому. Захожу в магазин, покупаю фрукты, горький шоколад, марципан – она любит.
Звоню в домофон.
- Кто?
- Варя, открой, это я.
- Уходи, Дань.
- Открой, я только передам тебе фрукты. Лекарства нужно купить?
- Ничего не нужно, всё есть. Уходи.
- Варя…
- Уходи.
Отбой. Да что ж такое! Трезвонить в домофон, раздражать её, больную, понятное дело, не стоит. Но и оставлять всё вот так не могу. Жду, пока кто-то не выйдет. Везет мне довольно скоро – пожилая мадам выходит собачку выгулять, смотрит на меня подозрительно, но мне пофигу.
Вызываю лифт, поднимаюсь на пятый этаж.
Нет, у Вари в гостях я еще не был ни разу, просто знаю. Знаю номер квартиры, этаж, знаю, где её окна. Провожал не раз. Даже как-то целовались на лестнице, хотя она этого не любит.
Живёт она одна, квартирка скромная от прабабушки осталась.
Звоню в дверь.
- Даня, я сказала, мне ничего от тебя не надо, уходи.
- Варя, открой.
- Нет. Уходи.
- Варя, просто возьми пакет и всё.
Молчит. Мне кажется, или она плачет?
- Варя, не плачь, пожалуйста… Прости меня. Я… я дурак, это не повторится больше. Я…
Ключ в двери поворачивает, открывает. В темном коридоре блестят огромные глаза.
- Варя…
- Не заходи, у меня ангина, заражу.
- Зараза к заразе не пристаёт. – шагаю в квартиру, дверь закрывая, чтобы ей не дуло, - Лекарства нужны? Я сбегаю.
- Не надо, мне принесут.
- Кто? – мгновенно ревность вспыхивает. Она же несерьёзно про мужика, с которым познакомилась? Я ведь тогда всё-таки успел к финалу спектакля, она же одна была?
- Подруга приедет после обеда.
- После обеда поздно будет. Давай список, что в аптеке купить.
- Ты школу прогулял?
- Не важно, список давай. И вот, возьми, тут мандарины, клубника, шоколад.
- Спасибо, не стоило. – Такой маленькой кажется, хрупкой, совсем девчонка.
- Варя, давай без глупостей. Список. И что еще в магазине нужно?
- У меня всё есть. Не беспокойся.
- Не беспокоиться? Конечно. Ты на себя в зеркало посмотри.
Не выдерживаю, двигаюсь ближе. Плевать мне на ангину, и на все остальное.
- Даня, не надо, заразишься.
- Плевать.
Обнимаю, прижимая к себе.
- Даня…
- Глупая, я же люблю тебя.
- Меня? А Соню?
Ревнует? Это же хорошо, да?
- Варя, ну какая Соня? Я просто ей помог, мы когда-то дружили, вот и всё. Ей… ей сейчас реал нужна помощь, там полный треш. В её квартире какие-то упыри ремонт делают, продавать собираются.
- А ты откуда знаешь?
Чёрт, зря я проболтался, но врать не собираюсь.
 
- Я туда заходил, решил посмотреть, почему они живут в студии.
- Зачем? Даня! Зачем ты лезешь не в свое дело? Мало ли кто там? Они еще тебя покалечат! Я уверена, Соне есть кому помочь. В конце концов, есть полиция, органы опеки, прокуратура – пусть этим и занимаются!
- Варя, я не лезу, и никто меня не покалечит. Она сама не справляется.
- Я запрещаю тебе лезть туда! Если ты хочешь быть со мной, то…
- Хорошо, хорошо… я всё понял. Я не буду.
Сам про себя думаю – как-нибудь разберусь, не афишируя.
- Я не хочу, чтобы ты… Соня в тебя влюблена, она на тебя такими глазами смотрит.
Она серьёзно? Или просто ревность опять?
- Глупости, она просто… просто друг.
Друг, который кинулся меня целовать? Неужели… А если правда, влюблена? Но я же сказал ей, что у меня есть Варя?
Ладно, не важно, разберусь.
- Ты помогаешь ей, и даешь ложную надежду. Ей кажется, что ты помогаешь не потому, что ты друг, а потому… потому что тоже…
- Я не люблю Соню, я люблю тебя. Если хочешь – больше я к ней не подойду.
- Хочу.
- Ревнивая, да? Такая классная, когда ревнуешь…
- Не надо, Дань, заразишься, не целуй меня.
- Очень хочется.
- Не надо…
Мне всё-таки удается урвать один, короткий.
Потом бегу за лекарствами. Хочу остаться у неё, помочь, но меня прогоняют, обещаю прийти завтра.
Езжу к Варе несколько дней после школы, на студию забил. Потом меня тоже накрывает вирус. Приходится неделю отлеживаться.
Выздоравливаю. Возвращаюсь к учёбе. Парни мои, Тор и Коршун, волнуются – скоро у нас новогодняя вечеринка, мы выступаем, надо репетировать. У меня все так невовремя.
Мы выходим из школы, собираясь ехать к Тору – репетировать в его домашней студии. Почти к машине друга подходим, когда меня окликает тоненький девичий голос.
- Да Винчи! Да Винчи!
Оборачиваюсь, и застываю в шоке.
  
Глава 21
 
Кто бы знал, что одно, казалось бы, не самое грандиозное событие повлечет за собой целую цепь других?
Я понимала, что всё это просто так не закончится.
Всё-таки то, что Аринку вот так вот выманили с площадки и куда-то увезли – совсем не рядовая история. Не понимаю, на что они рассчитывали?
И, конечно, я несмотря ни на что удивлена, что именно Аделина причастна. Почему? Что я ей такого сделала?
Ревность из-за Дани? Но… он на меня никакого внимания не обращал! До недавнего времени мы вообще не пересекались.
Я старалась не попадаться ему на глаза. Да, мне было неловко. Неловко от самой себя. Та я, которой была раньше, конечно, ему подходила. И то, он прекратил отношения, которые даже не начались! Та я, которой стала теперь – зачем ему такая? Одни проблемы. А кто любит проблемы? Никто. Да и… внешний мой вид мало соответствовал статусу Данилы. Мальчик мажор и сирота. Это только в сказках бывает, когда принц влюбляется в Золушку. И то! Он в неё влюбляется, когда на балу видит! В роскошном платье и хрустальных башмачках! А если бы он увидел её в доме мачехи, в фартуке, всю золой перепачканную… Взгляда бы не задержал.
Вот и на мне его не задерживают. Да я и не стремлюсь.
Утром мы с сестрёнкой вновь в центре внимания.
На Аделину и её помощников, тех, кто увез Аришку в машине, завели дело. Ко мне приходит мама бывшей подруги, просит прощения, предлагает помощь. Мама, кстати, у Ады очень хорошая. Добрая. Но я от помощи отказываюсь. Не потому, что мне так хочется, чтобы Аделина ответила за свои поступки. Мне объясняют, что тут от меня ничего не зависит. Ей все равно придется ответить. Просто не хочу этой помощи и все.
Я привыкаю справляться своими силами.
Мне самой это нужно. Ищу в интернете информацию о квартирах. О долях, собственниках. По всему выходит, что мой козырь – сестра. Она несовершеннолетняя. Её долю в квартире продать просто так нельзя. Ей обязаны предоставить жильё не хуже и не меньше того, которое продаётся. Как решит эту проблему так называемый дядя я не знаю.