Девочка Да Винчи (СИ)
Девочка Да Винчи
Глава 1
- А ну стой! Стой я сказала! Ты… слышишь меня?
Я не должна обращать внимания. Мне нужно просто её игнорировать.
Не обращать… легко сказать, когда тебя с силой дергают за плечи, вынуждая остановиться!
- Ты слышала, что я сказала? Ты… - я вижу перекошенное злобой лицо бывшей подруги. Не понимаю, что она хочет от меня?
- Что тебе надо?
- Ты! Ты… Воровка!
Моя кожа мгновенно покрывается мурашками. Бросает в жар, а потом резко – в холод. Самое гнусное обвинение, против которого моя внутренняя защита бессильна. Я никогда не брала чужого. Но когда меня в этом обвиняют – становлюсь абсолютно беспомощной.
- Ты воровка! Лживая и наглая!
Ком в горле, слова застревают, и я даже защитить себя не в состоянии. Не могу ничего сказать.
- Эй, Аделина, ты чего? – одна из девушек, находящихся в аудитории, Дарина, подходит к нам. – Ты серьёзно?
- Вполне. Эта дрянь взяла мои краски, мой акрил. Они лежали в моём рюкзаке, а теперь – тадам! Пусто!
Я молчу. Чувствую, как подкатывают слезы. Унизительное ощущение. Просто дико унизительное. Когда ты знаешь, что ни в чем не виновата, но ничего не можешь сделать.
- Я уверена, что краски у неё!
- Ада, это дичь уже, у тебя доказательства есть?
- Сейчас будут!
Из моих рук резко выхватывают старенький шоппер и выворачивают содержимое прямо на пол. Я даже ахнуть не успеваю.
Там мои вещи! Да, пусть не новые, но они мои! Кисти, пенал с карандашами, набор акварели, уже почти полностью пустой. Пара тетрадок, в которых я в последнее время делаю наброски…
И акрил. Несколько полупустых тюбиков. Даже, можно сказать, совсем пустых.
И это не мой акрил. Это краски Аделины. К которым я не прикасалась.
- Я же сказала! Воровка! Дрянь! Гадина! Я вообще не понимаю, что она тут делает! Её давно надо вышвырнуть вон!
- Ад, уймись, а? Там… там и красок-то нет уже…
- Слушай, Зверева, - включается в перепалку одна из компании Аделины, Мира, - Ты такая добрая, а завтра она у тебя что-то подрежет, так же будешь оправдывать?
- Вообще, это реал зашквар, просто взять и стырить краски!
- Ага, именно, сначала краски, типа старьё, никто не заметит, потом она телефончик скоммуниздит, потом бабки начнут пропадать, да?
- Что молчишь, убогая? Думала прокатит?
Три подружки Аделины уже стоят вокруг меня, смотрят с презрением. Всё это ужасно.
Да, я уже давно привыкла к тому, что со мной не общаются, я теперь для них не подходящая компания, нищая сирота, но чтобы вот так…
Для того, у кого ничего нет, но он старается хоть как-то сохранять видимость благополучия, для такого нищеброда как я обвинение в воровстве – самое страшное, что может случиться.
Я в шоке. Сердце колотится в бешеном ритме. Как она могла обвинить меня? Зная о моём положении? Как? Я… Я не ворую!
Я не опущусь до воровства даже когда мне будет нечего есть. Даже… даже когда мне нечем будет накормить сестру! Я… я буду делать всё, чтобы заработать. Драить полы, разгружать машины, мыть посуду. Всё что угодно! Только не воровать!
Это… это самое последнее, что я могла бы сделать. Это дно. Реальное дно, после которого ничего нет.
Но Аделине и её компании, по ходу, плевать. Им важно обвинить.
- Я иду к директору!
Ада делает шаг, а я, пытаясь ее остановить нахожу в себе силы, хриплю…
- Я не брала твои краски.
- Они были в твоей убогой сумке! И все это видели! Так что… Попалась с поличным!
Она улыбается, а мне так хочется… так хочется вмазать ей хорошенько! Наброситься, ударить, защитить себя! Показать, что я не убогая, не грязная, не нищая, я такая же как они все! Абсолютно такая же! Просто… просто мне немного не повезло.
Смотрю на неё, челюсти сжимая, еще секунда, и…
- Ты, гадина! Она не брала! Ты всё врёшь!
Детский крик раздается неожиданно. В аудиторию врывается моя младшая сестра Арина.
Дальше словно в замедленной съемке – я вижу струю из баллончика с краской. Струю, которую мой маленький защитник направляет прямо на ученицу, обвинившую меня в воровстве.
Модная одежда Аделины мгновенно покрывается отвратительной ярко-зеленой краской.
Боже… это точно конец!
Дикий визг Аделины, такой, от которого уши закладывает.
С ужасом смотрю на неё – брендовые шмотки в краске. Это жесть.
Я же с ней не расплачусь! Никогда! Но это не самое страшное.
Самое страшное, что она наверняка побежит жаловаться, будет скандал.
Её родители могут сделать всё, чтобы нас с сестрой вышвырнули отсюда как котят. А идти нам теперь просто некуда.
- Арина, не надо, прекрати! – я запоздало пытаюсь остановить сестру. Но Аделина и её подружки делают это быстрее.
Просто хватают мою Аришку, выкручивают ей руки, отбирая баллончик.
- Маленькая дрянь! Ну ты доигралась! Сейчас позвоню в опеку, ночевать будешь в детдоме!
- Пусти, подлюка! Пусти, уродина! Ты… ты Круэлла! Злая! – сестра пытается вырваться и я бросаюсь на помощь.
- Отпустите её, вы совсем что-ли! – кидаюсь в их толпу, понимая, что они причиняют боль Аринке.
Аделина пихает мою сестру так, что та на пол падает. Я в шоке! Это же ребёнок! Просто маленькая девочка!
- Вы совсем? С ума сошли? Не смейте её трогать!
Падаю рядом с сестрой, закрывая её собой. Нормальные девчонки, вроде Даши стараются меня поддержать. Но Аделина и её компания не слушают.
Противный звук баллончика, резкий запах. Боже, только не это!
Моя почти новая толстовка! Джинсы… Через пару мгновений я вся грязная, липкая, меня мутит. Глотаю слезы, потому что и сама оказалась в такой дикой ситуации, и сестру защитить не смогла.
- Ты попала Красовицкая! Теперь точно попала! Воровство. Вандализм! Не думаю, что наша директриса и на этот раз станет тебя прикрывать! Готовься. Отправишься бомжевать на вокзал. А сестрёнка твоя – в детдом!
- Соня, я не хочу в детдом. Прости меня, Сонечка… - шепчет на ухо перепуганная Аришка.
Моя малышка, моя девочка. Иногда мне кажется, что она не сестра мне, а дочь, так сильно я её люблю. Да что там – живу ради неё. Наверное, давно бы руки опустила, но мне нужно её поднимать. Не представляю, что с ней будет, если она реально попадёт в сиротский приют…
Аделина не унимается – откуда в ней столько злости?
- Слышишь, ты, тварь? И за шмот мне заплатишь, поняла? Так что готовь бабосы.
- Откуда у неё, Ад? Она же нищебродка… Сиротинка.
Они ржут, а я глотаю обиду.
- Ничего, заработает. Продаст что-нибудь… Ах-ах.
И снова приступ смеха.
Гадина! Как же я её ненавижу! Её и их всех! Которые… которые когда-то мило общались со мной. Заискивали. Набивались в подружки. Когда моя бабушка была жива, а теперь…
Резко выпрямляюсь, делаю шаг, хватая Аделину за кофту на груди.
- Ты… тварь, закрой рот, поняла? Закрой! Ты меня не знаешь. Мне терять нечего. Я тебе подкараулю, и так разукрашу, мало не покажется!
- Что здесь происходит! Девушки! Боже… Что вы тут устроили?
Строгий голос застает врасплох.
Поднимаю глаза и вижу…Нет, не Варвару Михайловну, которая преподает рисунок у младших групп. Вижу его.
Данилу Виноградова. Да Винчи…
Парня, который… Который снится мне почти каждую ночь…
Глава 2
Смотрю на него всего мгновение – больше нельзя. Не хочу попасться с поличным.
Никто не должен знать о том, что он мне нравится. Иначе…
Иначе будет еще хуже, чем сейчас. Хотя, кажется хуже уже быть не может.
- Варвара Михайловна, Красовицкая попалась на воровстве!
- Что вы тут натворили! Вы понимаете, что вам придется все это сейчас отмывать?
Варвара Михайловна очень строгая, по крайней мере строит из себя такую. Она молоденькая, всего-то на четыре года старше меня. Мне девятнадцать. Ей – двадцать три. Да Винчи – восемнадцать. И я знаю, что он влюблен в Варвару.