Гоблин Дуся. Дилогия (СИ)

– Ничего не проиграем, – ответил я. – Наоборот, всё будет тип‑топ. Будем действовать, как действуют разумные люди.
– Вот только мы не разумные люди, – покачал головой Логоваз. – Я – уманьяр с амнезией, а ты какой‑то странный гоблин. Если мы попытаемся действовать, как люди, у нас фигня получится. Так что сейчас ты ляжешь спать, пока выдалась свободная минутка, и выяснишь всё у этих своих призрачных умников. А дальше, даже если всё будет плохо, и ты не сможешь развеселиться, то хотя бы разозлишься. С таким настроением как сейчас на дело не идут!
  
Он, конечно, во всём был прав, но у меня взыграло чувство противоречия.
– И как ты меня заставишь? – Говорю. – И вообще, я сейчас точно не усну! Как ты это представляешь, чувак, мы, блин, в машине прячемся! Скоро будем через КПП проезжать, на минуточку, и нас тут проверять будут! И ты, типа, предлагаешь мне подремать пятнадцать минут?
– А, ну это вообще не проблема! – Улыбнулся Логоваз, и двинул меня в подбородок так, что у меня зубы клацнули. Последнее, что я увидел перед тем, как вырубиться – это довольное выражение на лице уманьяр. Типа как после хорошо сделанной работы.
Вот ведь паршивец, надо будет непременно ему отомстить, когда очнусь!
Эту мысль я додумывал, уже находясь в своём внутреннем пространстве. Ну, или пространстве бубна, я так до конца и не определился.
В первый момент стало страшно, потому что обычно меня тут сразу встречали местные жители – они устроили себе нечто вроде загробного мира, типа небольшой деревеньки, в которой занимаются привычными делами. Ну там, охотятся в лесах, и порой добывают какие‑то очень странные трофеи, возделывают огороды, растят кукурузу и прочие злаки… некоторые из которых не имеют ничего общего с реальными. Короче, хорошо устроились скотины бесплотные. И вот сейчас тут было пусто, никто не возился в земле, а двери чумов были плотно занавешены.
– Эй, вы чего? Тоже, что ли, развоплотились?
– И ты ещё спрашиваешь⁈ – Ага, всё‑таки не развоплотились. Моё появление спровоцировало исход местных жителей из их жилищ. Так все одновременно и высыпали.
– Скажи, правнук названый, ты что такое устроил в Тлальпаке, что даже у нас, в преддверии Миктлана так штормило⁈ – Грозно упёрла руки в боки красавица Игривая Лисица. Ты нас, негодяй, чуть на перерождение не отправил! Что такое жуткое происходило в Тлальпаке, что тебе пришлось устраивать такой можный обряд экзорцизма⁈ Там что, течичи вырвались из преисподней и устроили нашествие⁈
– Так! Слишком много незнакомых слов. Никакого течичи не видел, и вообще всё было тихо‑спокойно! – Быстро ответил я. – Мы просто песенку пели, потому что наша дебильная армия без песенки боялась через ущелье идти. И у меня теперь проблема. Куда‑то пропали Митя с Витей. Ну, вы их знаете. А я сейчас еду в лагерь врага на разведку, так что времени у меня мало. Так что, уважаемые предки, быстренько говорите мне, как мне вернуть Митю с Витей? Призвать их обратно или что‑то вроде того?
Над деревенькой повисло молчание. Собравшиеся мёртвые шаманы смотрели на меня… недобро смотрели. И, одновременно, с сочувствием.
– Вот, так и бывает, когда шаман не учится. Говорили мы тебе! – Мудрый лис сокрушённо покачал головой.
– Ты устроил это… это… просто чтобы успокоить живых⁈ Грязнолицый вредитель!
– И теперь ты пришёл, думая, что это можно исправить⁈
Да я и не думал, собственно. Уже по встрече с дражайшими Степными Лисами было понятно, что ничего хорошего они мне не скажут. Раз уж они тут сами еле удержались.
Удивительно, но мне стало легче. То есть да, всё паршиво, надеяться больше не на что. Значит, нужно просто не запороть то, что осталось. И, пожалуй, охране рудника не повезло. Я сильно зол, и жалеть их не собираюсь. А самобичеванием займусь потом, когда вымещу на них своё дурное настроение.
Дослушать обвинения и вопли лисов мне не дали. Оно и к лучшему. Я почувствовал боль и очнулся.
– Хорош меня бить! – Возмутился я шёпотом, едва остановив Логоваза, который собирался отвесить ещё одну пощёчину. – Вот знал бы, что ты такая сволочь – не стал бы спасать, так и знай!
– Ну что? – эльф мои обвинения проигнорировал.
– Нет больше Вити с Митей. Ушли на перерождение, – сообщил я. – Всё, хватит об этом, у нас дело. Щас мы этим сволочам устроим… лишь бы не заметили пока.
Не заметили. Проверка на посту прошла не более тщательно, чем в первый раз, а с тьмой я с тех пор обращаюсь куда более уверенно. Ну, по меньшей мере, с одним заклинанием. Короче, взгляд проверяющего скользнул по тёмному кузову, не задев нас, и машина поехала дальше.
В первую очередь мне было интересно, как дела у заключённых. Особенно – у одного большого одноногого заключённого, покрытого мягкой голубоватой шёрсткой. Как ни крути, а я чувствую за него ответственность. Хотя за Митю с Витей тоже чувствовал. Стоп, хватит. Говорю же – забыли пока!
– Какая миленькая деревня. А почему тут так воняет? – прокомментировал Логоваз, когда мы добрались до построек. Время было уже позднее, ужин близился, так что пахло соответственно.
– Ужин поспевает, – прокомментировал я.
– Это… как они это едят?
– Поэтому уманьяр здесь мало… вы того, переборчивые слишком. Остальные‑то жрут как‑то, хоть и без большого удовольствия. Но я надеюсь, что за последние несколько дней от голода никто не помер, потому что в прошлый раз мы тут с ребятами провернули одну авантюру. Короче, надо узнать обстановку сначала, а потом… пшли. Времени мало, нам ещё на завод надо надведаться обязательно, причём вообще‑то, в первую очередь.
– А какой у нас план‑то? – Спросил Логоваз. – Ты что делать‑то собрался?
– Как что? Приводить местный гарнизон в небоеспособное состояние неконвенционными методами. Зря, что ли, те придурки дристали, как не в себя, а я теперь тащу аж четыре литра жабьих слюней? Всё, что смог утащить.
– Дуся! – Ужаснулся уманьяр. – Ты представляешь, какому чудовищному надругательству ты собираешься подвергнуть всех этих людей?
– Да ладно. Те придурки, уже, вроде, того, перестали орошать окрестности. Слабые, конечно, но живые.
– Да, но… ты слышал, как они стонали? Говорят, это больно, когда столько времени тебя полощет!
– Ну, ты пожалей ещё авалонских охранников, – хмыкнул я. – Им так даже лучше будет. Обгадятся, зато, может, наши головорезы их убивать побрезгуют. Пошли уже, надо бы Гаврюшу найти. Надеюсь, хоть он ещё жив!
Тролль оказался в полном порядке, на своём месте в заброшенной пещере, и моему появлению обрадовался невероятно. У меня аж на душе потеплело – приятно, когда кто‑то совсем малознакомый тебя так любит! Правда, у меня опять трещали кости, а в глазах начало темнеть от нехватки воздуха.
– Гаврила! Положи где взял! – Просипел я на последних каплях воздуха. – У нас дел полно, а ты меня душишь! – Это уже когда меня поставили на место. – Лучше расскажи, как тут дела? Шухера никакого не было?
– Был шухер, – важно кивнул Гаврюша. – Охрана частью сменилась – нам сюда с завода перевели. Меня на охрану снеди оставили, – он махнул рукой вглубь пещеры, где угадывались ящики с консервами. – За едой пригляд нужен, а все знают, что я лишнего не сожру. Всё равно теперь работник плохой. Неудобно на одной ноге.
Вообще‑то, он уже приладил к культе импровизированный протез, и вполне мог передвигаться. Но это была простая палка, причём, судя по виду, не слишком крепкая и не очень прямая. И пользоваться этим протезом троллю было больно – без подходящего инструмента нормально не сделаешь, так что он больше опирался на костыль, чем на деревяшку.
  
– Лады! Гаврюш, мы тут сильно торопимся, как всегда. К тебе часто ходят?
– Часто, – кивнул тролль. – После ужина и ночью от каждого барака дежурный приходит. Я ему паёк выдаю. Выработка увеличилась. Но и нормы – тоже.
– А до ужина? Надо бы передать, чтобы, во‑первых, никто сдуру из котла охранников ничего не слямзил, во‑вторых, чтобы к ночи были готовы.
– Сделаю! – Светло и радостно улыбнулся Гаврюша. – Но из котла охранников никто всё равно не ест. Они следят. Уйдём сегодня на свободу!