Измена в 45. Месть, которой ты не ожидал (СИ)
Я бы не была так уверена в этом…
— Паш, у меня к тебе ещё один вопрос есть.
Лицо моего собеседника становится серьезным, а взгляд цепким.
Становится ясно, сконцентрировался и готов слушать.
— Эта девушка, она не так проста, как может показаться на первый взгляд.
— Да я уже понял.
— Не уверена. Понимаешь, я уверена, что за ней кто-то стоит. В здравом уме ни одна особа не стала бы так нарываться. А эта рискует. Так вот, я хочу знать, кто ее прикрывает.
— Детектив, что ли, нужен? — хмыкает.
— Я бы предпочла кого-то из силовых структур.
Павел откашливается. После секундной заминки одними губами произносит аббревиатуру из трех букв, перед сотрудниками которой многие благоговеют.
— Было бы идеально, — отвечаю вслух.
Ничего мне не ответив, он оборачивается и смотрит на своего друга. Тот безмолвно кивает.
— Кажется, Жень, тебе повезло. Позвони мне завтра в обед, мы договоримся о встрече.
* * *Подойдя к своей машине, я замечаю, что сын устроился на водительском месте. Возможно, он прав, и так будет лучше. Меня будто бы долго били, а после варили. Тело тяжелое, а голова — наоборот, будто в прострации.
Сказался испуг. Я очень за сына переживала.
Хотя кого я обманываю? Я и сейчас переживаю!
Мало ли что в следующий раз эта идиотка устроит? Пока будет валяться в больничке, придумает новый план. Честно, вариант с ямой и задним двором мне оптимальным начинает казаться. Стольких бы проблем избежали…
— Мам, я тебе обещаю, решу вопрос с ней…
— Ради бога, не приближайся больше к этой девчонке!
— Ну ты что, думаешь, я совсем дурак, да? Думаешь, я буду за ней таскаться после этого? Нет!
Буду молиться о том, чтобы мой сын переболел и избавился от своих чувств как можно быстрее, потому что сейчас кожей чувствую, как в ней боль кипит.
— Мам, а ты что, простила отца? — спрашивает Андрей, заезжая на участок.
Я даже глаза приоткрываю, хотя до этого пыталась расслабиться.
Что за глупости сын говорит?
С чего бы вдруг…
Переведя взгляд на лобовое стекло, я понимаю причины такого вопроса.
На дорожке, ведущей к нашему дому, стоит внедорожник Максима. Задняя дверь распахнута, и он при полном параде стоит рядом. В руках — огромный букет красных роз. На лице улыбка придурковатая.
Жених, черт бы его побрал!
Мне хватает трех секунд созерцания довольной рожи, чтобы по новой взбеситься.
Как только сын глушит мотор, я выпрыгиваю из авто. Направляюсь к мужу.
— Без шипов? — киваю на цветы.
— Как ты любишь, — походу, не понимает моего настроя. — При мне лишние срезали.
Протягивает мне свой презент.
— Ну смотри, если не все срезали, то тебе же хуже будет, — выхватываю из его рук букет и, хорошенько размахнувшись, заезжаю по нахальной роже. — Вон пошел! И чтобы я тебя здесь больше не видела!
Глава 10
Глава 10
— Мам, с тобой всё в порядке? — сын стучит в дверь ванной комнаты, где я заперлась. — Выходи, пойдем ужинать? Или уже завтракать. Наташа сделала твой любимый салат с лососем, овощами и семенами чиа.
В голосе сына отчетливо слышно беспокойство. Оно меня немного отрезвляет.
Андрюше и так пришлось стать свидетелем некрасивой сцены. Нет, я не желаю, что несколько раз отхлыстала блудливого козла по морде цветами. Скорее, он легко отделался, но прилюдные выяснения отношений не доставляют мне удовольствия. Сын, охрана. Слишком много людей стали свидетелями моей слабости.
Так не должно быть.
Меня ведь никто в свое время не заставлял выходить за Максима замуж. Он — мой собственный выбор. И то, как сильно я его любила и доверяла, только моя проблема.
— Спускайся, Андрюш. Я скоро тебя догоню, — отзываюсь негромко, но так, чтобы сын услышал. Не хватало ещё, чтоб он подумал, что у меня крыша отъехала от отчаяния.
Поднимаюсь на ватных ногах с небольшого пуфика и подхожу к огромному зеркалу, вмонтированному в стену аккурат напротив двери. Когда мы с мужем выходили в свет, я себя именно здесь приводила в порядок. Яркое искусственное освещение и свет, проливающийся в комнату из большого окна, находящегося всегда в метре отсюда, всегда позволяли мне хорошенько рассмотреть свое лицо на предмет новых мелких морщинок, да и в целом все несовершенства кожи становились видны как на ладони.
Сейчас я с трудом себя узнаю. Бледная кожа с серым безжизненным отливом. В губах ни кровинки, только несколько ссадин, появившихся в тот момент, когда я что есть сил закусывала нежную кожу, чтобы прилюдно не разрыдаться. Глаза с мелкой ярко-алой паутинкой из потрескавшихся капилляров.
«Спасибо, Новиков! Твоими молитвами только на тот свет можно отправиться! Муж от Бога!» — думаю со злой иронией.
Он даже не понял, что натворил! Думал, что веником и скупыми извинениями сможет всё исправить! Не дурак ли? Как по мне — сказочный мудак!
Противно, в том числе и от самой себя. Как я могла не почувствовать то, что у него появилась другая баба?
По глупости верила, что мы с ним гармоничная пара! Ничего ведь, совершенно ничего не менялось в нашей жизни в последнее время!
Ополоснув лицо прохладной водой, снимаю с лица макияж, а после — не выдержав, иду в душ. Контакт с мужем и двух минут не продлился. Он стойко вынес удары по лицу, но предупредил, что впредь не потерпит подобного.
Можно подумать, я спрашивать его буду!
Уезжать не хотел, но когда я попросила охрану выпроводить его и больше никогда не пускать, психанул.
По мнению мужа, мне стоит одуматься, пока поздно не стало.
Правда, смешно?
Поздно… Поздно стало в тот момент, когда он свой член пристроил к какой-то девчонке. Плевать, к какой именно.
Морщусь от одной мысли о том, что Максим — человек, которого я всю жизнь считала сильным и решительным — не нашел в себе мужества признаться в измене самостоятельно!
Разве я не заслужила правды?
Зачем держаться за опостылевший брак и жену, любовь к которой прошла или по крайней мере померкла?!
Деньги? Я не поверю. Наверное, слишком себя ценю и уважаю, чтобы принять тот факт, что он стал бы жить со мной только из алчных побуждений. Максим за столько лет на руководящей должности и сам стал человеком не бедным.
Таких, как он, не удержать рядом с собой многочисленными нулями на банковских счетах. Или я ошибаюсь?
* * *К моменту, когда я спускаюсь на кухню, Андрей уже заканчивает сервировку стола.
— Я Наташу отпустил. Ты не против? Она порывалась, — кивает в сторону плиты. — Погреть, разложить… Но час поздний — поужинаем на кухне? Или ты хотела в столовой?
Уронив лицо на ладони, я глухо смеюсь. Пожалуй, это нервное.
Стоит ли объяснять, что меня от одного вида еды воротит… У сына и своих проблем хватает! Не хочется нагружать его своими душевными переживаниями.
За очень поздним ужином я долго ковыряюсь вилкой в тарелке. Аппетит так и не приходит. Оно и понятно, мне сейчас ничего не хочется, притаиться бы где-нибудь… Но приходится ловить на себе настороженные взгляды сына.
Вскинув голову, я уже собираюсь ему сказать о том, что со мной всё в порядке, но настороженно замираю. Костяшки на его правой руке немного припухли и покраснели.
Быть такого не может!
Когда мы выходили из участка, я его всего обсмотрела. Цел был! Весь!
— Это откуда? — спрашиваю настороженно.
Андрей делает вид, что не понимает вопроса.
Приходится кивнуть на его сбитые руки.
— Когда ты подраться успел? Только не говори, что это полицейским досталось… — напрягаюсь всем телом. — Пожалуйста… Только не это… Если окажется, что есть видео, на котором ты бьешь блюстителей закона, находящихся при исполнении…
Вопрос, несомненно, решаемый, но всё же мне бы не хотелось, чтобы моему ребенку трепали нервы и портили репутацию.
— Ма, да расслабься. Это не их, это отца.