И хочется, и кусается (СИ)
На тетрадке расплылось пятно - яд с клыка капнул. И перо новенькое случайно прокусил, пока перед этим бараном упертым разыгрывал целое представление с конкретным намеком. Все! Я понял, что если сейчас не заполучу одну пушистую косолапую заразу, сдохну от отравления собственным ядом. Вскочил из-за парты и выбежал в коридор магака свое чудо искать. Препод даже с лекции не сбился, дураков нет задерживать вампира, у которого иглы повылазили - мало ли, вдруг он сейчас в голодный амок впадет и совершит непреднамеренное иссушение.
В коридоре поймал ускользающий след запаха оборотня, и то только потому, что тот пропах возбуждением. Эх, хоть капельку его крови отведать, я бы потом никаких магических сил не пожалел, даже в параллельной реальности отыскал бы его магией крови. А так приходится бежать по переходам, пока народ из аудиторий не повалил на перерыв, я тогда след потеряю.
Мой медвежонок нашелся на первом этаже, в каморке под центральной лестницей. Так и есть, зажал в кулаке свою дубинушку и самозабвенно дрочит, а единственный светлячок под потолком болтается, тускло освещает все это непотребство. Непотребство - это потому что вот он я, на все готовый, а эта сволочь ладони до мозолей стирает. И смотрит так невидяще, пока я на него откровенно слюни с ядом пускаю, смотрит, будто мимо, рот только приоткрыл и задышал чаще. А потом вдруг резко остановился, качнулся ко мне и пришпилил лапищей за горло к захлопнувшейся двери.
- Ах ты ж зар-р-раза, - рычит так сексуально, что мурашки стадами по телу проносятся. - И здесь достал. Ну все, ты сам напр-р-росился…
Ауч! Зубы чуть не клацнули о полку с инвентарем, когда меня грубо толкнули, разворачивая к озверевшему оборотню спиной. Да кто ж возражает, мишенька, но можно и чуток полегче. Ладони-ковши уже оглаживают все, что попадается под задранной туникой, пальцы судорожно пытаются сорвать штанишки в облипочку. Сейчас-сейчас, сам не справишься. Вот, так гораздо лучше, да-а… О демоны, как же он распален, сопит так увлеченно в шею, склонившись надо мной, мнет усердно мои половинки. Идеально! Моя попа почти целиком помещается в его ладони, а своевольный средний палец уже нырнул в ложбинку, где его с нетерпением ждут и готовы. Уже больше года ежедневно надеются и готовятся. Вторая ладонь незаметно тоже добралась до паха, только спереди, и взяла в горсть все мое стоящее и висящее - теперь я весь в его руках, восхитительно! Еще бы глоточек нектара, чтоб нас обоих унесло, но оборотню, похоже, сейчас и без этого весело.
Ромочки, сыплющего ругательства вперемежку с животными рыками, надолго не хватает. Затыкаю кулаком рот и стараюсь расслабиться, глубоко вдыхая - больно, конечно, когда такая дубина протискивается внутрь, но если сейчас напугаю своими болезненными всхлипами и он остановится, точно без спросу покусаю! И потом хоть трава не расти! Никакой суд не страшит, когда мечта так близко… Еще ближе… Еще-о-о… Да, Ромочка, сильнее… Люблю тебя-а, пушистый ты мой.
========== 3 ==========
Фух, ноги дрожат, сердце колотится как сумасшедшее, густой воздух, насыщенный убойным запахом секса, забивает легкие, а я стою, радостно скалясь, уткнувшись лбом в захламленную полку, и поддерживаю обмякшее тело рукой. И кое-чем еще. Кхм, вампиреныш все еще насажен на меня попкой. Своей обалденно тугой попкой. И восхитительно горячей, хотя я всегда считал, что кровососы холодные. Как же хорошо сейчас, не хочется шевелиться, напряжение постепенно спадает, мозги потихоньку встают на место.
Я это сделал. Я его трахнул. И хочу еще. А он меня пока не покусал.
Осторожно отцепляю безвольное тело, разглядываю более внимательно, а не сквозь марево похоти - я же вообще сначала подумал, что это глюки так реалистично прогрессировали, когда увидел клыкастого рядом. Совершенство, как есть совершенство. Все в нем нравится, и стройность - угадывающимися под кожей, но более мягкими на вид узкими мышцами, и хрупкость - ниткой выступающих бусинок-позвонков вдоль ложбинки на спине, и невысокий рост, и ладная попка с трогательно крохотным пятнышком татуировки на копчике и заманчивой расщелинкой, которую раздвигаю в желании убедиться, что не порвал ненароком. Все же немного несдержан был, да. Вроде все нормально, только припухло и сочится семенем по тренированным ногам. Желания закономерно стекают вниз, заставляя вроде бы успокоившегося Рому-младшего снова воспрянуть вверх. Ах, эти но-о-ожки… Помню, как эта зараза щеголяла по коридору в расшитом драгоценностями танцевальном костюме с прозрачными от бедра шароварами, пока мы с ребятами шли на полигон осваивать продвинутый курс боевого искусства. Концентрацию я безбожно запарывал после такого-то зрелища, зато трансформацию ярости выполнял на отлично, тренер даже начал подозревать во мне берсерка, что для медведей довольно-таки странно, не характерно.
Так, что-то я отвлекся. Нужно решать, что делать с телом. Похоже, вампиреныш не выдержал накала страсти, отрубился после того, как забрызгал полки кладовки. Может, тут оставить? А то я выдохся маленько, сейчас бы поспать, да боюсь рядом с клыкастым расслабляться. А ну как дырок наделает и скажет, что так оно и было. Не, не надо нам такого счастья. Отыскал на полу его тунику, кое-как надел. А вот с штанами накладочка вышла - узкие настолько, что натянуть никак не удается. Оно, конечно, сквозь тунику со вставками из тончайшего кружева по бокам смотрится отпадно, но как же надевается? С мылом, что ли?
Постоял рядом, почесал затылок - так оставить? А вдруг кто найдет и оприходует безвольное тело, красиво ж так лежит. Медведь внутри заворчал. Пришлось стягивать с себя футболку. Сначала хотел просто интимные места прикрыть, но потом хмыкнул, приглядевшись и приценившись, насколько тоненький этот клыкастый - бедрами преспокойно прошел в горловину моей футболки. Так и надел на манер юбки. И штанам его применение нашлось, когда поднял спящую красавицу на руки - обмотал ему челюсть, когда заметил, что клыки оказались в опасной близости от моей груди. Так и отнес его в свою комнату в жилом корпусе, к нему бы сам попасть не смог - охранная магия признает только желание хозяина.
Стою, смотрю на него. Лежит. В моей кровати. Снова полураздет, свою футболку я забрал да штаны размотал, чтоб не задохнулся ненароком. Хочу прилечь рядом. Проверить, как там попка, ага.
Волевым усилием заставил себя оторваться от возбуждающего зрелища - если сейчас будет еще один заход, свалюсь рядом без сил. Вот и желудок жалобно заурчал. Пришлось тащить себя в столовую, восполнять затраченные калории, да и занозе-кровососу надо бы вина прихватить, говорят, оно слабый первый голод ненадолго притупляет. Как раз для таких случаев выдают на раздаче. Поглотал еды, под страхом смертной казни не вспомню какой, все мысли о другом были, и пошел обратно к себе.
Принес. Поставил на тумбочку. Пошел на выход. Не смотреть, иначе сорвусь. Эта зараза соблазнительная, видимо, во сне так повернулась, сексуально опутавшись простыней, и туника так коварно задралась вверх, что я чуть слюной не изошелся, когда бросил мимолетный взгляд в ту сторону. Отпечаталось в мозгу, как он попкой кверху изогнулся, и эти холмики с расщелинкой кокетливо выглядывают из-под простыни, под которой ножки-то раздвинуты - коленкой согнутой ноги в кровать упирается. Только потяни чуть-чуть простынь, и откроется такой вид на исследованную сегодня Ромой-младшим часть тела, м-м…
Мысленно надавав себе по щекам, поспешил ретироваться. Кстати, учебу ведь никто не отменял. Пришлось тащиться на занятия, глядишь, отвлекусь от опасных желаний. Желаний, которые взрывают мозг. Желаний, которые толкают на безрассудства. Желаний, которые заставляют мечтать о недостижимом. Или все же можно достать солнце с неба и не сгореть?
========== 4 ==========
Нет, вот что ему еще надо? Как попой чувствовал - между прочим, самой пострадавшей частью тела - что если не прикинусь трупиком, сбежит из кладовки, как только мозги на место встанут. Только это не помогло, он умудрился и из своей комнаты сбежать. Сижу тут, жду непонятно чего, ночь уже на дворе, вино давно закончилось, живот к спине прилип от голода, скоро бокал грызть начну. Раздразнили, как говорится, и не дали, клыки аж зудят от негодования. Но делать нечего, если не хочу умереть голодной смертью, придется покинуть чужую комнату. Жаль, что вернуться сюда без хозяина никак.