S-T-I-K-S. Феррум: Люди и нелюди (СИ)

Так и вышли в рассвет чужого мира. Вася поднял на руки и перенёс лёгкую Викторию через кусты и траву, чтобы не ходила по сырому от росы в своих обмотках. Выйдя на обочину дороги, мужчина поставил девчонку на асфальт, что был хоть и не сухим, но оказался гораздо суше утренних кустов и травы. Подумав, старшина хотел дать девочке свою куртку ПШ, но та отказалась, решив, что и так не замёрзнет в своем довольно плотном кигуруми. На самом деле ей не хотелось надевать форменную куртку. Уж больно рваной и грязной от крови она оказалась. Да и у милиционера под курткой имелась только рубашка, от которой тепла не дождешься. Так что, без своей верхней одежды он бы замерз быстрее, чем она без нее.
Не спеша, стараясь с высоты дороги смотреть подальше и видеть побольше, пошли по дороге на Горловку. Не прошло 15 минут, как заметили вдали неладное и старшина сразу вспомнил слова, сказанные молодым опером Германовичу по рации. Действительно, как и говорил оперативник, нормальная дорога с нормальной линией электропередач резко обрывалась и дальше шли деревянные столбы и старая грунтовая дорога. Подойдя ближе разглядел, что грунтовка изрядно заросла травой, а кое-где на ней и кустики выросли. Вдобавок стало очевидно, что не естественно резко меняется, не только дорога, но и вся местность, что видна невооружённым глазом с места, где они стояли. Поля, что шли вдоль грунтовки заросли травой и молодыми деревами, тогда как вдоль их дороги шли аккуратные фермерские поля с гречихой. Естественно оба человека помнили, что ничего такого тут раньше не было, и не обрадовались странности. 
Объяснимо задумались над тем, продолжать ли путь в неизвестность или развернуться и возвращаться к полному зомби посёлку. Помявшись несколько минут, все же решились идти дальше. Неизвестность их в тот момент пугала не так как опасность, с которой уже познакомились. Границу с незнакомой местностью пересекли без последствий, хотя Павлов ожидал уже чего угодно и осторожничал при переходе. Правда, немногим позже самочувствие стало ухудшаться. Появилась изжога и усилилась жажда. Вода же к этому времени кончилась. Пришлось терпеть и шагать дальше с пустой бутылкой, в надежде встретить хотя бы ручеек с чистой водой. 
Грунтовка вывела к старому разбитому асфальту. Новая дорога одним концом упиралась в какие-то строения, а вторым уходила за горизонт. Тут же было решено осмотреть постройки, до коих шагать было еще прилично. Сначала пришли к ржавому комбайну, стоявшему на обочине дороги. Казалось, что комбайнер выгнал технику с поля, бросил ее тут несколько лет назад и больше к нему не подходил. Стекла будки кабины запылились так, что через них ничего нельзя было рассмотреть. Колеса от времени и веса многотонного агрегата, просели и встали на обода. Надпись «Нива» на зерновом бункере облупилась и потускнела, но все еще читалась.
Воспользовавшись возможностью, Вася поднялся на площадку перед кабиной и осмотрелся с высоты. Нового он ничего так и не увидел, но рассмотрел строения, о предназначении которых и так догадывался. Это, оказалось, давно заброшенное фермерское хозяйство. Коровники, из которых давно выветрился даже дух рогатой скотины, стояли с пустыми оконными проёмами и местами провалившимися крышами. В стороне виднелись такие же заброшенные силосные ямы. 
- Передохнем под крышей, - решил Василий глядя на солнце, уже подползавшее к зениту и ставшее палить без пощады. 
Уставшая Виктория, не полезшая с ним на комбайн, только кивнула стоя внизу. Девочка не была рохлей и вела активный образ жизни, но пережитое и ухудшающееся самочувствие брали свое. Вика держалась, практически, на одном подростковом упрямстве. Вася тоже не ощущал себя огурцом. Вдобавок и выпитая утром пара таблеток уже отпустила, а новую порцию милиционер глотать не хотел. Решил потерпеть и принять обезболивающее вечером. Даже если они никого не найдут, ему все равно будет нужно хоть немного поспать. Иначе он вообще расклеится и не сможет позаботиться не только о девчонке, но даже о самом себе.
 
Коровники оказались построены из кирпича и бетона, видимо еще в советские времена, поскольку в их мире сейчас так не строили. Длинные строения с тамбурами по обе стороны и сквозными проездами способными пропустить трактор с телегой. Выбрали для отдыха один из ближних тамбуров. Он приглянулся тем, что одна из внешних раздвижных воротин в нем уцелела. Там можно было отдохнуть в тени и не углубляться в строение. Кроме грязи и пыли в тамбуре практически ничего не имелось, так что, заглянув в сам коровник и убедившись в его пустоте, вышли наружу, надрали высокой травы и свалили её кучей в углу тамбура, в качестве временной лежанки. Лежанку тут же, без разговоров оккупировала Вика. Растянувшись, она почти блаженствовала. Сейчас эта куча травы для девочки казалась лучше любой перины. Если бы еще самочувствие не ухудшалось с каждой минутой и чем-то закусить, то вообще все было бы почти нормально.
- Вика, ты полежи тут пока отдохни, а я пока обойду тут все. Погляжу что да как. Может, есть кто, - сказал старшина, не имея моральных сил заставить измотанную девочку подняться и топать с ним. 
- Ладно, - приоткрыв один глаз, ответила Виктория, которой не хотелось оставаться одной, но ещё больше не хотелось вставать и куда-то идти. 
Павлов сначала выглянул из тамбура и убедился, что на подходе к коровнику с этой стороны нет ни зомби, ни иной опасности. Потом мужчина прошёл по основному помещению коровника, иногда находя мелкие обломки давно обглоданных и разгрызенных костей. Имелось полное основание предположить, что тут погибло много скота, но с того момента прошло много времени. Скорее всего, несколько лет. Судя по поломанным кормушкам и прочему оборудованию, коровок рвали прямо на местах. Может во время дойки, а может их тут по ночам держали. И судя по степени тех же разрушений, рвал кто-то не маленький. Сами коровки такого бы точно не натворили, в каком бы ужасе они не находились.
Пройдя по коровнику, милиционер оказался в противоположном, выбранному для отдыха, тамбуре. В этом, воротины находились на месте и даже были закрыты, но в одной зияла дыра, проломленная насквозь через дерево и металлическую жесть. Сквозь такую дырищу легковой автомобиль проехал бы не задев краев и Павлову не хотелось встречаться с мутантом, ее проделавшим. Вот, наверное, именно такой поймал милицейскую Газель. Хотя, возможно, тот был даже поменьше.
Встав у края пролома, мужчина осмотрел территорию с противоположной стороны коровника. Ничего полезного не нашёл, только не высокие холмы чего-то перегнившего, возможно навоза или сена. Они поросли густыми зелеными кустами с высокой травой в перемешку. Не став пока выходить наружу и пытаться пробраться через кусты на холмы, старшина пошел обратно, но не закончил этим обследование территории. Вернувшись к середине коровника, милиционер включил фонарик и отправился проверять боковой проход, соединявший два одинаковых крыла в одно здание. Окон там почему-то не имелось, так что фонарик оказался очень кстати. В боковом проходе нашлась моторная, комната отдыха, склад с доильными аппаратами, еще один склад с рабочим инструментом вроде лопат и возилок и молочная, где собирали все молоко в большом чане. 
Василий прикинул, что если найти источник воды, то её можно было бы набрать в бидоны отдоильных аппаратов, но реки видно не было и дождя, что бы набрать дождевой воды пока не предвещалось. Да и тащить с собой бидон будет не слишком удобно. Хотя, если нужда заставит, то что-нибудь придумают. В текущий момент хоть какой-то интерес могла представлять только комната отдыха с грязным ветхим топчаном, колченогим столом, парой деревянных табуреток и печкой буржуйкой. Ещё там нашёлся железный чайник, стоявший на упомянутом столе на электрической плитке, включенной в сеть с отсутствующим электричеством. Там же на столе стояли кружки с высохшей и окаменевшей заваркой. Еще в комнате отдыха имелось маленькое окошко с уцелевшей рамой и стеклом, да дощатая входная дверь с большими щелями уцелела. В общем, однозначно не курорт, но для небольшого отдыха данное помещение подходило гораздо лучше грязного тамбура с кучей травы.