Секретарша для Колдуна
Шаги… медленно открывается дверь.
В полумраке комнаты, освещенной только свечами, я увидела Алексея, он не спеша зашел и закрыл за собой дверь на замок.
Глупый… нам никто не помешает этой ночью…
На нем лишь темный мягкий халат.
Я с трудом перевела дыхание, отчетливо осознавая, что под халатом ничего нет.
– Ведьмочка, – Алексей улыбнулся и, совершенно не стесняясь, развязал пояс. Халат упал вниз, под ним действительно ничего не было.
Колдун дал мне время полюбоваться им, оценить, запомнить, насладиться мгновением.
И я смотрела.
Мой взгляд медленно спускался по его телу сверху вниз, на мгновение застыл на восставшей плоти… и опустился ниже. Из последних сил старалась не облизнуться. Этой ночью он принадлежит мне.
Осмотр закончен.
Я встала с кровати, медленно сняла через голову свою рубашку и откинула в сторону.
Его очередь смотреть, оценивать… восхищаться.
Я словно чувствовала его взгляд на себе, как невесомое прикосновение. Чувствовала, как он осматривает меня, миллиметр за миллиметром, и ждала. Мурашки бегали по телу, соски превратились в маленькие горошинки, а дыхание невольно участилось.
– Ведьма, – тихо произнес он, и его голос стал совсем хриплым от желания. Это возбуждало еще больше.
Быстрое движение, и колдун уже рядом со мной, он прижал меня к себе до такой степени, что трудно дышать, впился в губы страстным, голодным поцелуем. Мы целовались как ненормальные, лихорадочно гладили и ласкали друг друга руками. Как же это здорово – знать, что между нами больше нет запретов, что теперь можно все.
Леша уложил меня на мягкие простыни и застыл на мгновение на вытянутых руках, жадно вглядываясь в лицо. Карие глаза стали совсем черными, опасными.
Страстный поцелуй в губы лишил мыслей и заставил выгнуться от желания.
А потом его губы опустились ниже и начали покрывать поцелуями грудь, слегка прикусили горошинку соска, затем втянули его в рот. В это время его вторая рука сжимала другую грудь, перекатывая вершинку между пальцами. И каждое прикосновение лишало разума и заставляло жалобно постанывать, сжав простыни в руках.
Между ног стало влажно и горячо, я рефлекторно попыталась сжать бедра, но не получилось. А жар с каждой секундой становился все ощутимее, и я стала тереться о Лешино бедро, чтобы хоть как-то унять его.
Лешка смеялся… тихо, едва слышно… и каждый звук его голоса набатом бился в моей голове.
Его губы оставили в покое мою грудь и опустились ниже, опалили дыханием живот, а потом скользнули еще ниже. Я знала, что должно произойти, но знать – это одно, а чувствовать – совсем другое.
Резким рывком он стянул меня на край кровати, сам опустился на колени прямо на пол, закинул мои ноги себе на плечи, и… Сначала я почувствовала его горячее дыхание, затем быстрый поцелуй в бедро, влажный язык медленно скользил к самому средоточию бушующего во мне пожара. Легкий невесомый поцелуй туда, и он вновь отстранился, покрыл поцелуями внутреннюю сторону бедер, намеренно игнорируя лоно. Мне хотелось рычать от разочарования, и я пыталась хоть как-то взять контроль над ситуацией, заставить его коснуться… Но Лешка не дает, его руки крепко прижали меня к матрасу.
Когда я уже не могла сдерживаться, когда желание ощутить его прикосновения стало болезненным, он, наконец, внял моим мольбам. О да, я давно растеряла весь пыл, всю воинственность, я могла только просить, молить коснуться меня там…
От первого прикосновения горячего и влажного языка к клитору у меня перехватывает дыхание, от второго – я выгнулась, со всей силой вцепилась в его волосы, третье вызвало судорожный вздох и слабый сон.
К языку присоединились губы и пальцы, и я совсем потерялась в охватившем меня наслаждении.
Мужчина пробовал меня на вкус, смаковал и целовал…
Бедра двигались сами собой, навстречу его движениям, и я уже не думала о том, что он делает и как он делает. Внутри меня росла буря, маленькое цунами или шторм. Буря все срывала на своем пути, оставляя лишь неприкрытое наслаждение и сладкое предвкушение, ожидание чего-то невероятного. Внезапно все резко сосредоточилось в одном месте – и наступил взрыв.
Мое тело содрогалось в конвульсиях, и я кричала от восторга. Энергия кипела и бурлила вокруг, я чувствовала, как дрожат внутри меня скрепы, еще удерживающие магию. Последнее препятствие к моей свободе, к моей силе.
Сейчас… сейчас… все произойдет именно сейчас…
Лешка навис надо мной и провокационно облизнул губы.
– Сладкая, – прошептали мне они.
И я почувствовала его плоть, что дерзко упиралась мне в живот. Большую, горячую и твердую. Не могла отказать себе в желании коснуться ее. Пальцы шаловливо пробежали по всей длине.
Алексей рвано дышал, тихий стон с трудом пробивался сквозь сжатые губы.
Мне хотелось коснуться его губами, попробовать так же, как и он только что пробовал меня. Заставить колдуна стонать от желания и наслаждения. Почувствовать власть. Но это потом… у нас вся ночь впереди.
Я сильнее обхватила его плоть ладонью и направила прямо к влагалищу.
Весь мир замер вместе с нами – последнее мгновение…
Я провела ладонью по мужской шее, притянула его голову для поцелуя, уловила свой аромат на его губах… и пропустила момент, когда все изменилось.
Лишь почувствовала, как он вздрагивает и пытается отодвинуться от меня.
Непонимающе распахнула глаза… и закричала.
С этим криком я и проснулась, дрожа и глотая слезы…
Черт… Черт… Черт!!!!
Глава 5
«Место то же, лица те же, даже декорации неизменны, просто дежавю какое-то», – с тоской подумала я, глядя на уже знакомый красный бюстик, что все так же красиво и весьма эффектно висел на люстре. Похоже, они его вообще не снимали, потому что вновь закинуть его на ту же самую бронзовую загогулину – это верх мастерства снайперского искусства, будь ты хоть самым могучим колдуном в мире.
Хм… я уснула, едва только моя голова коснулась подушки, и, несмотря на две чашки крепкого кофе и бодрящее заклинание, которое высосало у меня половину резерва, чувствовала я себя на редкость погано. Но в этом, скорее всего, виноват ночной кошмар. А шеф, похоже, вообще не ложился спать. Хотя это его дело, пусть развлекается, к мэру мы все равно успеваем.
Бросив шубку и кейс с документами на диван, я направилась в сторону кухни – хочу кофе.
Блонди готовила завтрак…
В очаровательном таком розовеньком платьице в рюшечку, в фартучке (где только отыскала?) стояла у плиты и что-то напевала.
– Ой, доброе утро, Татьяна. Вы вовремя. Кофе? – Девчонка радостно улыбнулась, увидев меня, и указала на кофейник.
Могла и не показывать, запах я уже давно почувствовала. Покосилась на девушку, но не нашла, что сказать. И почему я чувствую себя так неловко? Странное чувство, неприятное.
– Доброе, – подошла, налила кофе и осторожно глотнула, пробуя на вкус. Неплохо.
– Завтрак почти готов. Дима в душе, скоро будет.
– Угу.
Ничего себе новости…
Нет, я, конечно, рада, и за кофе благодарна, и за то, что не придется лицезреть голого шефа, и вообще. Но как-то все… не так. Непривычно.
– Я тут блинчики пеку, – продолжала болтать блондинка. – Вы с чем любите? С вареньем, сметаной, медом, сиропом? Знаете, я только у Димы впервые в жизни попробовала кленовый сироп.
Она поставила передо мной тарелку с блинчиками и села напротив… улыбающаяся, румяная… живая, искренняя. Девочка-праздник, просто классическая блондинка. Хотя Лизка вон тоже блондинка, но мягкой и пушистой ее точно не назовешь.
Я некоторое время рассматривала тарелку. В последний раз так за мной ухаживала мама.
– Пробуйте.
– Спасибо. – Я кивнула, но есть не хотелось.
Вообще ничего не хотелось. Хорошо, что сегодня пятница, а завтра выходной. И если Димка будет хорошим мальчиком, я смогу провести его дома, правда, Лешка собирался приехать…