Вечные Пески. Гексалогия (СИ)

Шатёр был большой, с навесом из кожи и стенками из плотной ткани. Похоже, эту ткань кочевники делали сами, очень уж она своеобразная. Благо, волокнистых растений в Вечных Песках хватает.
Двое стражников у входа пропустили меня без слов. Да и Мгелай, едва завидев, радостно развёл руками.
– Друг мой, мудрый Ишер! Проходи, располагайся за столом! – приветствовал он. – Что может быть лучше сытного завтрака, а?
  
Низкий столик и вправду был завален снедью. Опять. И хан с аппетитом её уминал, причмокивая от наслаждения.
А вот два старика, по обе стороны от столика, к еде не притрагивались. И вообще не особо шевелились, разве что изредка моргали. И, кстати, они оба мне были незнакомы. Я мог бы высказать хану за то, что пригласил кого‑то на встречу, не предупредив меня. Однако решил для начала промолчать. Пусть сам объясняет, что это за пожилые истуканы.
Усевшись на шкуры, я присоединился к трапезе. Для приличия пришлось поддерживать ничего не значащий разговор. В числе прочего, я упомянул помывочный шатер, похвалив кочевников за такое полезное изобретение. Это Мгелаю очень понравилось. Он ещё больше оживился. И даже поинтересовался, хватает ли мне одной наложницы. А, может быть, прислать ещё парочку? В ответ я, естественно, вежливо отказался:
– Женщины сложные, хан. И одной бывает чересчур. Много говорит, от этого вокруг много шума. Не люблю шум. Нет ли у тебя, к слову, для неё ещё одной лежанки?
Лежанка, само собой, нашлась. Поскромнее размером, чем изначально выданная. Но, по словам хана, вполне приличная. Если Мгелай обманул, придётся мне самому на ней спать. А то с их отношением к женщинам чего угодно можно ожидать. Даже засиженного насекомыми коврика.
Наконец, когда мы оба насытились и оценили фрукты в меду, Мгелай решил представить двух стариков:
– Это старейшины племени, Гведул и Сасан. Не самые лучшие бойцы, не самые лучшие работники. Зато они прожили долго, видели много! И многое могут сказать! И другие старики их слушают. Сам‑то я ещё вчера решил, что надо бы идти с тобой…
Хан развёл руками, показывая, как расстроен «бюрократическими» препонами. А я сделал вид, что безоговорочно ему поверил.
– Ну вот, сам видишь! Старики волнуются! Спрашивают, что за орда такая! И почему вообще людей убивает! – продолжал хан, пока старейшины сонно открывали и закрывали глаза.
Тут надо отвлечься и объяснить. Когда предки Мгелая давным‑давно пришли сюда, им повезло. Они поселились на землях, которые редко сталкиваются с Диким Шёпотом. Демонов здесь почти не встречалось, даже гухулов‑разведчиков. А орды и вовсе в такую даль не докатывали.
И сейчас неосведомлённость вышла людям боком. Кочевники никак не могли взять в толк, с чем столкнутся и чего ожидать. Я не люблю болтать попусту. Однако иногда приходится повторять раз по десять. И сейчас был именно такой случай.
Я долго и с подробностями рассказывал, что такое орда. Особенно упирал на то, что никакие стены от такого врага не помогают. Всё он рушит, всё преодолевает. К счастью, племя Мгелая иногда ходило в Илос – кожу продавать. Поэтому высоту его стен старики когда‑то видели. Могли представить, что такое живая лестница до самого их верха.
И только когда я завершил рассказ, мы, наконец, приступили к торгу.
И да, я этому удивлён не был. Жители ханств – идеальные образцы жадности. За всё пытаются деньги содрать. И если тебя устроили на ночёвку, покормили, помыли и позаботились – значит, скоро начнут торговаться. А всё, что было – лишь подготовка. Которая не даст тебе слишком усердствовать, сбивая названную хозяином цену.
В крайнем случае, кочевники намекнут, что надо бы хоть за постой заплатить. И всё равно выведут к сумме большей, чем тебе бы хотелось. Но тут Мгелай и старейшины ошиблись в расчётах. Сумму я сбивал исключительно в разумных пределах. С точки зрения кочевников, конечно, в разумных пределах.
Главный торг я задумал вокруг сроков. Я готов был платить дорого. Однако лишь на десидолю вперёд.
– Помилуй, мудрый Ишер! – возмущался Мгелай, всплёскивая руками. – Кто нанимает воинов на столь короткий срок?
– Я. Я плачу за мечи. А если мечи через десидолю перестанут подниматься, то зачем за них платить? – настаивал я.
О том, что хана и его племя придётся нанять, я знал заранее. Наслушался от торговцев об этом самобытном народе Края Людей. Нет, хан мне поверил насчёт орды, я видел. И старики убедились, что орда есть, она придёт и она опасна.
А значит, племени скоро сниматься и уходить, спасая свои жизни. Но если есть возможность спасать свою жизнь с хорошей оплатой, почему бы и нет? В конце концов, я наёмник. И я прекрасно понимал этот меркантильный подход.
А ещё я понимал, что сбить цену не получится. Поэтому выбрал долгосрочную экономию. Сбивал не цену здесь и сейчас, а большие расходы «на потом». И кочевники сразу заподозревали, что я пытаюсь их обхитрить. Просто никак не могли понять, где именно. Но торговались они отчаянно. Мы так в Игсе с демонами бились, как кочевники торговались.
Я не стал давить. В конце концов, лучше нанять одно племя сейчас, а потом экономить на всех остальных племенах. Мгелая я делал своим представителем на равнинах ханств. Дальше он будет торговаться сам. И сбивать цену будет так, как может. В первую очередь, для того, чтобы его воинов я продолжал нанимать втридорога.
И мне не жалко было денег. Во‑первых, кочевники дорого не возьмут. Они просто не понимают, во что ввязываются и чем это закончится. Во‑вторых, у них так много людей и так мало денег, что золотой пласт Илоса ценится в несколько раз дороже, чем когда‑то в самом Илосе. Я уж молчу про полновесные водянки Междуречья.
Мгелай тоже рассчитал всё верно. Заполучил союзника и почти четыре сотни умелых бойцов. Плюс ко всему, деньги и статус, который поставит его выше других вождей. И даже вождей других племён. А другие племена нанимать тоже придётся. Это явственно выходило из моего рассказа про Илос. Да и старейшины, отмерев из состояния истуканов, пришли к тому же выводу.
– Если на стену Илоса враг из своих бойцов лестницы строит, это большой враг, его много! – проскрипел, подняв узловатый палец вверх, Гведул.
– Это не дело одного племени! – не менее скрипуче согласился Сасан.
– И несколько племён будет мало! – поддержал Гведул, покачав головой, и я побоялся, как бы у него тонкая сухая шея при этом не переломилась, но нет, выдержала. – Ой что будет!.. Никогда такого не было! Ханства надо объединять, да!
– Большое войско нужно! – закончил Сасан.
– Будет нам всем большое войско! Будет! – радостно согласился Мгелай, видимо, подсчитывая в уме барыши.
Молодой хан сколько угодно мог бахвалиться, как разграбил бы Илос. Но если бы Мгелай когда‑то и выступил к городу со своим племенем, в лучшем случае бы пару караванов пощипал. А, вернувшись, хвастался бы, как разорял предместья и какую богатую добычу взял.
Тут принято разделять бахвальство и реальность. На словах все кочевники – лучшие воины мира. В деле же, многие бывают трусоваты и ненадёжны. Вот такой необычный народ, приходится это учитывать.
И, конечно, у меня не было денег нанять всю степь. Да это и не требовалось. Достаточно было собрать под своей рукой тех, кто уже столкнулся с ордой. А дальше люди и так потянутся к ядру.
А вот ядро нанять придётся, это я понимал.
– Хан Убилей, хан Тимус, хан Агалеш, хан Тусмурк! – перечислял, загибая пальцы, Мгелай. – Вот их мы навестим в первую очередь! Они давали клятвы моему деду! Давали клятвы моему отцу! Давали клятвы мне! Наша дружба крепка, они пойдут с нами. Затем навестим ханов Парша, Иваса, Кепела, Амутепа, Гавена, Пипана, Осоля… Мне они в дружбе не клялись, но ведь никогда не поздно! И тогда сможем навестить племена Ибетов, Лабадов и Плевисов. Соберём в каждом племени ханов, предложим им выступить на нашей стороне!
  
Сначала Мгелай перечислил ханов своего племени. Да‑да… В племени может быть много ханов. Каждый кочевник, слегка оторвавшийся от уровня песков под ногами, мнит себя ханом и владыкой душ.