Теряя веру. Как я утратил веру, делая репортажи о религиозной жизни
Тщетно я искал свидетельства: ни в протестантизме, ни в католичестве ничто не указывало на то, что христиане в целом серьезно относятся к своей вере или что религия делает их морально и нравственно выше атеистов.
Хорошо, думал я, а как насчет молитвы? Мы, христиане, верим в силу молитв. Мы молимся в церквях, молимся утром, вечером и перед едой. Проводим молитвенные встречи и молитвенные бдения. У нас есть День Молитвы, когда мы молимся 24 часа подряд. Есть у нас и люди с особой склонностью к этому занятию, именуемые «воинами молитвы», а у них — особые списки людей, нуждающихся в том, чтобы за них помолились: за больного — чтобы биопсия не показала рак, за подростка — чтобы бросил наркотики, за безработного — чтобы нашел работу, за беременную — чтобы родила здорового ребенка, за страдающего неизлечимой болезнью — чтобы он исцелился. Каждый день миллионы миллионов верующих обращаются к Богу в молитве. Должны же быть какие-то научные доказательства того, что молитва действует!
Но и таких свидетельств я не нашел.
Исследования эффективности молитвенных прошений проводятся не так уж часто. Наиболее показательны двойные слепые[5] исследования, при которых участники эксперимента молятся за страдающих различными болезнями, причем сами больные об этом не знают.
Исследование, проведенное Колумбийским университетом в 2001 году, показало, что женщины, проходящие процедуру искусственного оплодотворения, выигрывают от чужих молитв — оплодотворение у них проходит успешно в два раза чаще, чем у тех, за кого не молились. Однако в последующие несколько месяцев скептики обнаружили в методике исследования фатальные провалы, а кроме того, выяснили, что один из исследователей обвиняется в мошенничестве (впоследствии он был осужден). Проведя внутреннее расследование, представители университета официально объявили, что исследование оказалось недостоверным, и убрали его результаты со своего сайта. Разумеется, христиане и по сей день приводят эти данные в доказательство того, что молитва работает. Как говорил Марк Твен: «Пока правда обувается — ложь уже полсвета обежит». Другие двойные слепые исследования не подтвердили эффективности молитвенных прошений.
В 2006 году, через несколько лет после моего расследования, гарвардские ученые опубликовали подробный отчет об исследовании, в котором пытались дать ответ на два вопроса: 1) действенны ли молитвенные прошения и 2) влияет ли знание пациента о том, что за него молятся, на его выздоровление после операций на сердце. Исследование показало, что на пациентов, которые ничего не знают о молитве за них, она никакого эффекта не оказывает. Что же до пациентов, которые знали, что о них молятся, — у них осложнения случались чаще, чем у другой группы, которая об этом не знала. Атеисты повсюду раструбили новость о том, что молитва не просто не работает — в некоторых случаях она способна ухудшить состояние больного. Те, кто верит в силу молитвы, раскритиковали различные стороны этого исследования. Самое разумное, на мой взгляд, возражение гласило, что почти невозможно — по крайней мере, в наше время — провести достоверное исследование эффективности молитвы. Например, должны ли все участники эксперимента молиться одинаково? Должны ли молящиеся и те, за кого молятся, принадлежать к одной религии? К одной деноминации? Наконец — этим вопросом задавался и Ричард Докинз в «Боге как иллюзии», и христианские богословы — кто сказал, что в этом эксперименте согласен участвовать Бог?
«Оксфордский богослов Ричард Суинберн... опровергал [исследования об эффективности молитвы] на том основании, что Бог отвечает на наши молитвы, только если они возносятся искренне, — пишет Докинз. — Молитва за случайно выбранного человека в ходе эксперимента — определенно неискренняя молитва. Глупо надеяться, что Бог этого не заметит».
Я, однако, обнаружил одно исследование — очень простое и, по-видимому, исчерпывающе отвечающее на поставленный вопрос. В первом научном исследовании такого рода, проведенном в 1872 году, сэр Фрэнсис
Гальтон исходил из очень простой предпосылки: все верующие англичане молятся в церкви о здоровье королевской семьи. Верно ли, что в результате британские монархи живут дольше других представителей английского высшего класса?
Выяснилось, что у монархов продолжительность жизни самая короткая в выборке — они живут даже меньше священников (за которых тоже многие молятся). Короли, королевы и пасторы в среднем умирали чаще, чем юристы, врачи, аристократы, художники и офицеры королевского морского флота.
«Итак, обнаружилось, что высокие особы не пользуются благосклонностью Небес в тех земных вопросах, по которым за них возносятся молитвы — даже напротив; последнее, думается мне, следует приписать их слабому природному сложению и здоровью», — писал Гальтон, двоюродный бра! Чарльза Дарвина.
О сравнительно недолгой жизни клириков Гальтон писал: «Молитвы о защите священников от погибели, от всяких опасностей дневных и ночных, об исцелении их от болезней, по всей видимости, не имеют успеха».
Обнаружил я и еще один простой аргумент, побивающий все сложные исследования. Его я нашел на сайте под названием: «Почему Бог ненавидит безногих?» Авторы этого сайта задают «в лоб» вопросы, неудобные для тех, кто верит в целительную силу молитв. Вначале они показывают: те, кто верит в Библию, должны ожидать, что их молитвы будут исполняться. Они приводят множество евангельских отрывков, в которых Иисус именно это и обещает:
Все, чего ни попросите в молитве с верою, — получите (Мф 21:22).
Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю (Ин 14:14).
Просите, и дано будет вам (Мф 7:7).
И ничего не будет невозможного для вас (Мф 17:20).
Все, чего ни будете просить в молитве, верьте, что получите, — и будет вам (Мк 1 1:24).
На сайте рассказывается о том, как христиане часто используют «чудесные» исцеления от рака и других страшных болезней для доказательства всесилия и благости Бога. Однако, спрашивают авторы дальше, как насчет безруких и безногих? Почему Бог не поможет отрастить новые конечности, например, солдатам-героям, которые стали калеками в битвах за свою страну?
«Сколько бы людей ни молилось, как бы часто они ни молились, как бы ни были искренни их молитвы и сильна их вера, как бы сам пострадавший не заслуживал исцеления — не известно ни одного случая, когда Бог, отвечая на молитвы, дал бы безногому новые ноги, — пишут авторы сайта. — У непредубежденного наблюдателя складывается впечатление, что Бог выделяет безруких и безногих из числа других несчастных и сознательно их игнорирует».
Разумеется, есть и другое объяснение, более простое и изящное — но и более печальное. Самый логичный ответ на вопрос о том, почему Бог не исцеляет безногих, прост: либо Богу они безразличны, либо Его просто не существует. Точно так же объясняется отсутствие чудесных исцелений от болезни Лу-Герига, долговременных параличей, СПИДа, болезни Паркинсона, синдрома Дауна, умственной отсталости и еще целой кучи заболеваний.
Христианские апологеты предлагают различные объяснения того, почему с хорошими людьми случается что-то плохое. На вопрос о том, почему Бог не исцеляет безруких и безногих, они отвечают так (эти ответы тоже перечислены и разобраны на сайте «Почему Бог ненавидит безногих?»): исцеление безруких и безногих не входит в план Божий; Господь всегда отвечает на молитвы — просто иногда Он отвечает «нет»; Богу необходимо действовать скрытно, а регенерация потерянной конечности слишком явно продемонстрирует Его чудотворные силы; у Бога особый замысел о безруких и безногих, и для исполнения этого замысла они должны оставаться такими, как есть; наконец, Бог отвечает на молитвы безруких и безногих, помогая ученым создавать все более совершенные протезы.
Все эти объяснения напоминают мне ответы моих родителей на мои вопросы о том, реален ли Санта-Клаус. Как ему, такому толстому, удается влезть в трубу? Ну... он умеет ужиматься. Как он успевает в одну ночь раздать подарки всем детям на Земле? Ну... вот такой он быстрый. Как все подарки умещаются у него в мешке? Ну... у него волшебный бездонный мешок. Неужели он в каждом доме пьет молоко и ест пирожные? Как только все это в него влезает? Ну... как-то влезает. Мужественные, но не слишком убедительные объяснения родителей помогли отсрочить столкновение с правдой еще на год, но в конце концов, как и всем детям, мне пришлось признать истину.