Не идеальная жена для предателя (СИ)
- Сапфир. Я не Алиса и по твоим условиям играть не стану, - спокойно отправляет кусочек чизкейка в рот и облизывается. Хочу тоже облизнуть её, но едва сдерживаю хмык.
Меня снова передёргивает от её холодного тона. Кажется, она специально не зовёт меня иначе. Надо бы привыкнуть. Но как?
- Станешь, - киваю. - Ты права, мои парни только определили тип взрывчатки и только поехали смотреть камеры «Бриллианта» и твоего паркинга. Но если ты хочешь видеться с сыном, я готов сейчас нормально обсудить условия, - я опускаю момент, что хочу просто насмотреться ею. Словно воздух, я дышу и снова живу, вдыхая всё больше и больше в организм. Она нужна мне. Нужна так сильно, что не остаётся ничего другого. Никаких других чувств. Я до сих пор люблю. До сих пор не смог вытравить из своего сердца.
- Я имею на него такие же права, как и ты, Сапфир, - да, блять, она это специально?! Какого хера надо так часто называть меня вот так? Где её нежное “Вит”? В прошлом? В нашем общем прошлом? - Неужели мало того, что я сейчас готова к сотрудничеству? Мало, что я иду к тебе на встречи и не прячусь, продумывая план мести?
Ну, спорное утверждение. Мы оба знаем, что она так просто всё это не оставит. Не простила. И не простит меня за то, что я стал жить с Алисой.
Так что она просто блейфует. Играет роль, отвлекает и издевается. Она не хочет со мной воевать, вижу, как ей трудно вообще находить слова. Но… Она сидит. Не сдаётся. Не убегает. Она готова к открытой войне, хоть и максимально не хочет этого.
- Мне мало, - киваю.
- И что ты ещё хочешь? - нахмурилась Карина, закинув свои волосы назад и выгнув бровь. - Что мне сделать, чтобы ты отдал мне сына? - девушка качает головой, осуждая меня за мои же решения. Ну и пусть. Я и так в её глазах выгляжу ничтожеством.
Губы тянутся в улыбке. Я скольжу по её шее взглядом, сглатываю и возвращаюсь к синим глазам.
- Я хочу тебя. Переспи со мной.
Да. Это вырывается почти неосознанно и быстро. Я и правда хочу её. Хочу её трахнуть, снова вспомнить то, что было до этого всего дерьма. Я настолько одержим этим желанием, что мне хватит одного взгляда Карины. И я буду её. Я снова буду верным псом, готовым зализывать свою вину денно и нощно. Но… Для начала, пусть немного подразнит и так разъярённого тигра внутри меня.
Даю Карине немного времени переварить услышанное и ожидаю получить ожог лица. Верю, что она может выплеснуть на меня чай и при этом даже бровью не поведёт. Но Карина и тут меня удивляет.
- Раньше, - тянет девушка, надпивая чай и прикрыв глаза на секунду. - Я бы перевернула тебе на голову чайничек с чаем, - хмыкнула она. Охотно верю. Я этого и ожидал, как бы. - Но если это единственное условие, после исполнения которого ты мне отдашь сына - я согласна. Хоть сейчас, - выгнув бровь, она смотрит на меня. Я кашляю.
Что-что? Сперва кажется, что мне послышалось. Но… Я смотрю в её глаза и вижу в них решимость и уверенность.
- Ты серьёзно? - переспросил я. Думал, что она врубит свою гордыню и станет меня хаить. Но нет. Она смотрит так, словно была к этому готова. И мне бы и правда… Всё бросить, взвалить её на себя и уехать куда-то подальше. А там уже… Целовать, ласкать, трогать и наслаждаться…
- Если тебе будет приятно переспать с женщиной, которая тебя ненавидит - да, - хмурит она брови. Хм, ясно.
- А в этом и состоит моё условие, Карин, - хмыкнул, найдя так быстро лазейку. Так что включаю мудака. - Ты должна сама меня хотеть. Прелюдии устраивать я не собираюсь.
Карина угукнула и кивнула. Смотрит несколько секунд в окно, пока я не могу оторваться от неё. Только сейчас замечаю в ней отличия от прежней Карины. Она сейчас совсем другая. Либо хорошо играет, делая вид, что ей нужен только Дима, либо она хочет меня обыграть. Либо и то, и другое. Карина - непростой игрок в шахматы.
- Почему ты такой? - она снова смотрит на меня. В глазах застыли слёзы. Вот это совсем неожиданно. - За что?
- Не за что? - прищуриваюсь. А сам пытаюсь держаться, чтобы не подойти и не обнять. До чёртиков хочется.
- Знаешь… - Карина моргает и с ресниц срываются две слезинки. Девушка быстро их смахивает. - Впрочем, ладно, - передумала она, встала и забрала свою сумочку, моментально собравшись. Подходит ближе. Я чувствую её запах и не могу сдержать улыбку. Сбоку дёргается охрана, но я коротким жёстом их останавливаю.
- Ты будешь жалеть о каждом своём слове, Сапфир, - произносит девушка. - А Диму я заберу. Хоть посади его в сейф. Я знаю все твои пароли и слабости, - хмыкает. Опять включает стерву, прячется, скрывает от меня истинные чувства. - Выбирай правильно противников.
Встаю тоже. Прижимаю её к себе за талию и очень даже уверен в том, что хочу исполнить свои слова и прямо сейчас уехать с ней в гостиницу. Но пока трогаю её спинку, немного сжимая пальцами ткань пиджака. Какая она… Моя.
- И что же ты знаешь обо мне сейчас? - на последнем слове я делаю акцент. Девушка нервно сглотнула и, положив ладонь на мою грудь, попыталась оттолкнуть. Но я не хочу отпускать. И не могу. Всё моё естество снова сходит по ней с ума.
- Пусти. Не устраивай показательные выступления.
- Я жду сутки. Чтобы перестать меня ненавидеть и захотеть - достаточно, - напоминаю я. Карина вздрогнула.
- А Дима? - девушка сглотнула, а пальчики на моей рубашке дрогнули ещё раз. - Я хочу его увидеть. Пожалуйста.
- Вот захочешь, - усмехаюсь, вкладывая в слово двойной смысл. - И увидишь.
- Вит… Пожалуйста, - ещё раз пытается. - Ты не представляешь, насколько это невыносимо.
- А ты не представляешь, насколько невыносимо, когда тебя предаёт твой любимый человек, - хмурюсь, вернув ей свою боль. Мы оба ранены друг другом. Так что я понимаю её последующий шок..
- Я? - Карина ахнула. - Я не представляю, Вит? - тихо шепчет она, называя меня по имени. Наконец-то. - Ты посадил меня. Ты поверил Алисе, а не мне. Ты решил, что я способна… На такое, - бормочет она в моих руках, уже не пытаясь вырваться. А я наслаждаюсь её запахом. Боль уходит на второй план. Я лишь хочу, чтобы этот миг не заканчивался.
- Ты была не в себе, Карина. И сомневаюсь, что сейчас ты можешь адекватно воспитывать нашего сына. Потому и защищаю его.
Всхлип. Удар. Ещё удар. Всхлип.
Она несколько раз стучит по моей груди и просто содрогается в плаче. Вот это - совсем не то, что я ожидал от неё. Девушка прижимается лбом немного ниже своих кулаков. Меня просто ведёт от её реакции. И я жму её ближе к себе. Настолько нам обоим невыносимо, что вокруг ничего не слышно. Стук пульса в висках почти глушит… За долгие годы брака я видел, чтобы она плакала всего два раза - на похоронах её матери и отца. Она всегда была сильной и никогда не давала слабину. А сейчас…
- Я нормальная, - шепчет она. - И я докажу, что нормальная, - воспользовавшись моим шоком, она выбирается из рук и отходит, вытирая слёзы. - Если меня хотят сейчас убрать, могут воспользоваться сыном. Защити его, - не смотря на меня, она развернулась и пошла к выходу. Даже побежала. От меня, от себя и от всего, что её ранит. Я её раню. Безусловно, это факт.
- Ты слышал, - смотря ей вслед, обращаюсь к телохранителю. - Удвой охрану Димке, - сглотнул. - И поднимите архивы. Я хочу снова пересмотреть материалы её дела.
Удар сладко чувствуется вибрацией по всей руке. Ещё один удар. Кулаки горят от частого столкновения с грушей даже через перчатки. Кровь бешено стучит в висках, а сонливости как и не было. Снова и снова, пока есть силы. Уже второй раз за сутки, чтобы не выбивать из Алисы её дурь. Чтобы дышать не только Кариной. Чтобы не прокусить пальцы или губу. Вдох-выдох. Снова глухой удар в грушу. От силы удара она бы давно затряслась, но Лёшка держит её, принимая какую-то долю ударов на себя. А я разошёлся и уже не могу остановиться. Мне так хуёво, что всё остальное просто не важно. Алиса ждёт дома. Сына давно не видел не спящим… Но блять, больно так сильно, что мне и это не важно. Почти что сжигаю внутри душу от стольких противоречивых чувств.