Охотясь на злодея (ЛП)

Никакого Вона.
Даже его запах, за который я цеплялся как за успокоительное прошлой ночью – или ранним утром, или когда там еще – испарился.
Может, он в ванной…
Я сажусь, сопротивляясь разочарованию, которое давит на мои плечи. Не мог же он просто уйти после всего, что произошло?
Как каждый гребаный раз до этого.
Я встаю, мне нужно проверить ванную, чтобы убедиться, что он все еще здесь.
  
Он должен быть здесь.
Моя задница ноет, и я подавляю стон, потому что, блять, даже эта боль ощущается слишком приятно. Как будто его огромный, красивый член все еще вдалбливается в меня, пока он шепчет мне на ухо всякие непристойности.
Никогда бы ни подумал, что Вон умеет говорить грязно, это слишком не в его духе. Но кто ж знал, что у него такой талант.
Вы взгляните на его чопорно-правильное лицо и рискните предположить, что он любит рычать вовремя секса разные пошлости.
— Он ушел.
Моя голова резко поворачивается на этот холодный голос. Сай сидит у дальнего окна, его глаза прикованы к телефону, свечение которого отражает кадры, похожие на записи с камер видеонаблюдения. Он даже не смотрит в мою сторону. Обычно у меня возникло бы искушение сунуть нос в его телефон.
Но прямо сейчас мне абсолютно плевать, потому что в моей груди образуется чертова дыра, в которую проваливаются все мои внутренности, вызывая ужасную боль.
— Откуда ты знаешь? — мой тихий вопрос повисает в воздухе, пока я хватаю первые попавшиеся шорты из шкафа и натягиваю их на ноги.
— Я сам его и проводил, — говорит Сай, наклоняя голову и слегка щурясь в телефон. — Чтобы никто не увидел, как он выходит из твоей комнаты, и новости не дошли до твоего отца.
Просто отлично.
Мне было не до этого вовремя нашего с ним секс-марафона. Я в принципе тогда мало о чем думал.
Мой член явно взял на себя управление прошлой ночью. Пережил лучшее приключение в своей жизни и будет рассказывать эту историю своему ангелу смерти, Сатане и всем своим друзьям-демонам.
Кроме того, я не мог просто взять и сказать Вону уйти, или предложить сменить мою спальню на какое-то другое место, когда он был таким очаровательно ревнивым и сексуальным. Думаю, я заново влюбился в него, когда он сказал, что убьет Кевина, если тот еще хоть раз ко мне прикоснется.
А это значит, что ему не все равно.
Или так я думал прошлой ночью.
Потому что сегодня он как обычно ушел. Хотя я четко сказал ему, что он не смеет снова сбегать после секса.
Таковы были правила. Я думал, он помешан на правилах.
Но, возможно, он, как и Сай, заглянул наперед и решил, что его присутствие в особняке не кончится ничем хорошим для нас обоих.
Вон слишком умен. Логично, что он все еще оставался с холодной головой, в то время как я руководствовался лишь головкой у себя в штанах.
Я свирепо смотрю на Сая, шагая к нему.
— Ты ведь не стал лишний раз трепаться и не наговорил ему всякого дерьма?
— Поясни, что ты подразумеваешь под «всяким дерьмом», — он еще сильнее щурится, смотря в телефон.
Ладно, мое любопытство все-таки взяло вверх. Но на видео в его телефоне видна только пустая комната.
Ну, не совсем пустая. Вдоль стен висит множество мониторов.
— Значит ты все-таки наговорил ему всякой хреновни! — мои плечи напрягаются, когда я поворачиваюсь к нему. — Что ты, блять, ему сказал?
— Просто изложил некоторые факты, что он не может продолжать вытирать об тебя ноги с расчетом, что ты будешь приползать к нему обратно каждый раз.
— Какие еще факты? — все мое тело вибрирует от напряжения, руки сжаты в кулаки.
Он наконец отрывает свой взгляд от телефона.
— Что он снова сделает тебе больно, потому что у тебя явно отсутствует самоуважение, когда дело касается его – ты цепляешься за него клешнями даже, когда он делает тебе больно. Последнее я озвучивать не стал, но мы оба с тобой знаем, что это абсолютная правда.
— Какого черта ты лезешь не в свое дело, Сай?
— Ради твоей же безопасности, Юлиан. Чтобы ты больше не наделал ошибок.
Мои губы приподнимаются в оскале, но я стараюсь сохранять спокойствие, процедив сквозь стиснутые зубы:
— Что еще ты сказал?
— Что ты приблизился к нему только ради мести.
Я хватаю его за воротник футболки, встряхивая.
— Какого хера?
— Потому что он прямо сказал мне, что будет использовать тебя и полностью разрушит, и никто ничего не сможет с этим сделать. Я решил уравнять этот вопиющий дисбаланс, чтобы ты не выглядел как какой-то одурманенный любовью идиот, — он отталкивает меня. — И угадай что? Он и сам все это знал. Твое появление в ресторане, дешевые провокации, то, что ты заставил его приехать сюда – ничего из этого не сработало, так что он уезжал из Нью-Йорка не ради тебя. Даже когда ты думал, что загнал его в угол, он просто играл с тобой.
Я завожу кулак для удара, моя рука замирает в воздухе, мышцы сжимаются от напряжения.
— Ударишь меня из-за него? — он склоняет голову. — Серьезно?
— Да пошел ты, — я отталкиваю его. — Не лезь в наши с Воном дела.
— Нет.
— Сайрус, — рычу я.
— Юлиан, — хладнокровно говорит он, вставая. — Ты перестаешь адекватно видеть и думать, когда он рядом. Это чревато серьезными последствиями.
— Я сам разберусь.
Он качает головой, но ничего не говорит.
— Что? — огрызаюсь я. — Говори, Сай. Я знаю, что ты ненавидишь Вона, но мне серьезно не нравится, что ты пытаешься настроить нас друг против друга. Уверен, ты в итоге просто его спровоцировал. Потому что это твой базовый сценарий, когда тебе кто-то не нравится.
— Я его не ненавижу и не стал настраивать вас друг против друга, если бы знал, что он так же сильно тебя ценит, как и ты его, — он сжимает мое плечо. — Не хочу, чтобы за это снова расплачивался ты, Юлий. Ты заслуживаешь быть у кого-то на первом месте. Заслуживаешь того, кто не сбежит при первых же трудностях.
Затем он выходит из комнаты, оставляя меня в еще большем напряжении.
К черту Сая.
Он по умолчанию меня раздражает.
Но его последние слова продолжают крутиться в моей голове снова и снова.
Этот придурок всегда прав, и теперь у меня начался мини-экзистенциальный кризис.
Я падаю обратно на кровать. Матрас пружинит подо мной, и древесный запах Вона наполняет мои ноздри, расширяет грудь и заставляет член дернуться.
— Что с тобой, блять, не так? — я свирепо смотрю на свой член, который уже натянул шорты как палатку. — Послушай Сая, чувак. Где у тебя хоть капля достоинства?
Я качаю головой, потому что буквально разговариваю со своим членом.
Мой телефон вибрирует на тумбочке, и я беру его с очередным вздохом. Наверное, Алина. Она становится очень надоедливой, если я не звоню ей по видеосвязи хотя бы раз в день. Последнее время она в очень хорошем настроении – веселая и постоянно улыбается. Нападение в Колумбии, похоже, лишь предало ей сил, а не наоборот. В последнее время она всегда занята какими-то «делами».
Мое сердце делает сальто, и я выпрямляюсь, когда вижу имя Mishka на экране.
Он звонит мне?
Впервые.
Я провожу по экрану, затем прикладываю телефон к уху, пока сквозь меня проносятся всевозможные эмоции. Неуверенность, хаос, но в основном боль.
Мне больно, что он предпочел уйти, не поговорив сначала со мной, даже если у него была на то веская причина.
— Доброе утро, — говорит он, как только я беру трубку. Его восхитительно глубокий голос, который ранее шептал мне непристойности, теперь хриплый.
— Привет, — отвечаю я, не уверенный, что вообще должен сказать. Я никогда не признаюсь в этой боли – будто меня просто использовали ради разового секса, а затем бросили.
  
— Прости, что ушел, — говорит он. — Я не подумал и импульсивно вломился к тебе прошлой ночью. Поэтому ушел ранним утром.
— Ты мог меня разбудить.
— Ты там мирно спал, что у меня рука не поднялась.
Блять. Он такой чертовски очаровательный. Как, черт возьми, я могу на него злиться?