Истребитель магов

Даже Харальду приходилось туго. Почему-то очень трудно было держаться заданного направления. Обычно он хорошо чувствовал лес, мог сказать, что будет через версту. Тут же словно не видимое обычным зрением облако висело перед глазами, застилая обзор.
И ещё здесь почти не было птиц, а те, что были, кричали странно и непривычно. Даже мох на деревьях рос неправильно, не позволяя определить направление.
  
Когда на пути обнаружился глубокий овраг, из которого несло кислым запахом, а на дне колыхалась черная и густая, словно смола, вода, это оказалось для Харальда полнейшей неожиданностью.
Овраг пришлось обходить. Но затем возник второй, третий. Провалы словно выползали из-под земли, преграждая дорогу отряду. Они пересекали лес в самых разных направлениях, и, преодолев один, путешественники неизбежно натыкались на второй. Когда ещё один овраг остался позади, то Харальд неожиданно понял, что потерял направление. Подобное случилось с ним впервые в жизни, и он растерялся.
Судя по тому что начало темнеть, солнце спускалось к горизонту, но разглядеть его сквозь сплетение ветвей было невозможно.
– Что случилось? – спросил подошедший Иерам. В глубине его темных глаз прятался страх. Купец боялся чужого для него, чудовищного леса, но изо всех сил старался свою боязнь скрыть.
– Не понимаю, – прошептал Харальд. – Я не знаю, куда нам идти! Тут какой-то очень странный лес.
– Да ты что? – изумился Гуннар. – Ты потерял направление?
– Да, – кивнул юноша. – Можно, конечно, забраться на дерево и выяснить, где солнце…
– Нет, – решительно замотал головой Иерам. – Найдем место для ночлега, а завтра будем решать, куда двигаться!
* * *
Ночь опустилась в одно мгновение. Только что ещё можно было разглядеть стволы деревьев и листья над головой, и вот уже не видно ничего, только золотисто-алое тело костра тщится разогнать мрак.
Люди сидели вокруг пламени, и отблески играли на мрачных и насупленных лицах. Незримое давление чувствовали все. По общему согласию, решили удвоить ночные дозоры, и первая четверка сторожей уже заняла места в стороне от огня, вслушиваясь и вглядываясь в непроглядную темень.
Возчики выглядели ещё более испуганными, чем наемники. Еще бы – те хоть могут сражаться, им же остается только умирать. Почему Иерам не оставил их в деревне – об этом Харальд мог только гадать.
– Куда ты привел нас? – Вопрос Берга больно хлестнул по ушам, а Иерам от него вздрогнул, словно его ударили плетью.
– Мы должны знать! – продолжал настаивать Теневой. – Ведь ежу ясно, что это не простой лес, что тут чародейство и именно оно не позволяет Харальду находить дорогу!
Раздался одобрительный гул. Купец оглянулся, словно затравленный зверь, но затем глаза его блеснули решимостью.
– Ладно, – сказал он и полез за ворот.
В свете костра блеснул серебром нашейный кошель, сделанный, насколько разглядел Харальд, из оленьей кожи. Иерам развязал его и извлек тонкий листок пергамента. Он был желтым от старости, и линии на нем были плохо различимы.
– Я нашел эту карту пять лет назад, – сказал купец. – Один родовитый в счет долга отдал мне несколько старых книг, написанных много веков назад. В одной из них я нашел странную легенду о неком предмете, увеличивающем богатство владельца. Между страницами была заложена карта, на которой обозначалось место, где этот предмет спрятан.
– И мы идем туда, за ним? – спросил кто-то из темноты.
– Да. – Иерам кивнул. – Я поверил в эту легенду, и вот мы здесь, чтобы найти тот предмет.
– А что это за штука? – поинтересовался Берг. – И откуда она взялась?
– По легенде, её сумел создать один из Владетелей десять столетий назад. Он быстро разбогател, стал опасен для соседей. Они объединились и уничтожили его, а чтобы ни у кого не было искушения овладеть этим предметом, спрятали его в подземелье, защитив самыми страшными заклинаниями. За прошедшие века об этом предмете забыли, историю о нем почитают сказкой. Но ведь лес, в центр которого мы должны попасть, не простой, вы сами это видите!
Купец почти выкрикнул последнюю фразу. Он явно боялся, что и здесь его посчитают сумасшедшим, верящим в поросшие пылью байки, которые только и годятся для рассказов детям.
– Видим, – кивнул Гуннар. – Но если все рассказанное тобой правда, то у нас нет возможности заполучить нужный предмет. Магия Владетелей очень сильна, чтобы справиться с ней, нужен маг.
– В чем-то ты прав, – усмехнулся Иерам, и лицо его показалось в это мгновение очень старым, почти мертвым. На лице жили только черные глаза. – Но если бы я взял с собой мага, то он бы захватил предмет себе. Вся надежда на то, что заклинания за тысячу лет ослабели.
– Да, остается рассчитывать только на это, – кивнул Берг и тут же протяжно зевнул. – Пожалуй, спать пора…
* * *
Проснулся Харальд от истошного вопля. В нем смешались боль и ужас, а когда крик оборвался, то юноша понял, что это вовсе не порождение его ночных кошмаров.
Быстро вскочив, он нашарил меч, а когда в ладони оказалась рифленая рукоятка, сразу стало спокойнее.
Костер едва тлел, в его скупом свете было видно, как поспешно вооружаются остальные. Судя по лицам, никто не мог понять, что случилось, откуда ждать нападения.
– Лодина нет! – крикнул кто-то, видимо, проверявший посты.
– Дров в костер, и побольше! – В круг света вступил Иерам. Изогнутое короткое лезвие блестело в его руке. Харальд знал, что купцу за годы странствий не раз приходилось пускать его в ход.
Затрещало пламя, пожирая ветви, и словно в ответ на прянувший во все стороны багровый свет тьма зашевелилась, выпуская отростки с острыми когтями. Под сводами деревьев открылось множество светящихся зеленым огнем внимательных глаз.
Испуганно заржали лошади, обрывая привязь.
– В круг! – успел скомандовать Берг, прежде чем порождения леса атаковали.
Харальд сделал шаг к костру, к товарищам, но тут из мрака выступило нечто более всего похожее на исполинскую шишку с сучковатыми лапами. Пасть чудовища располагалась неестественно низко, на середине роста, из неё рвалось ядовитое шипение. Харальд почувствовал смрад гнилой древесины.
Он ловко ударил мечом, и уродливая конечность рухнула наземь. С противным клекотом тварь отпрянула, чешуйки на её теле зашевелились Из-под них лезла, точно змея из-под коряги, новая рука, на самом конце которой шевелились, вырастая на глазах, когтистые черные пальцы!
Харальд в ужасе оглянулся. Со всех сторон теснили людей существа, каких не представишь и в кошмарном сне. Древесные стволы, обретшие гибкость змей, разевали зубастые рты; растопырив щупальца, надвигались возжаждавшие живой плоти громадные пни.
Отрастив новую руку, огромная шишка опять пошла в наступление. Харальд вновь срубил ей руки, а затем подсек одну из ног. Но когда принялся рубить тело, зная, что новые конечности вырастут быстро, то понял, что меч здесь бессилен. Лезвие застревало в плотной чешуе, оставляя неглубокие разрезы. Полосуемая сталью тварь бешено шипела и дергалась, будто огромный таракан, норовя отползти дальше во тьму…
– Огонь! – пронесся крик Берга. – Делайте факелы! Они боятся пламени!
Харальд поспешно отступил, надеясь добежать до костра, прежде чем поверженная тварь сумеет восстановиться. Через оказавшуюся на пути здоровенную колоду о многих ногах, которую остервенело молотили мечами двое охранников, он просто перепрыгнул.
У костра его поймал за плечо Берг. Глаза его были совершенно бешеные.
– Лук? Где твой лук? – проорал он юноше прямо в ухо.
  
Харальд ощутил, как его лицо заливает краска стыда. Лук он не успел даже взять.
– Ладно! – махнул рукой рыжебородый. – Возьми этот! Попотчуй их зажигательными стрелами! А он, – Теневой махнул рукой в сторону одного из возчиков, который в ужасе скорчился у самого пламени, – будет подавать стрелы!
Харальд отложил меч. Взяв лук, проверил натяжение тетивы и повернулся к подручному. Тот поспешно рвал на части собственную рубаху и обматывал тряпками наконечники стрел.