Системный призрак 4 (СИ)
А кого он нанимает?
Лошади! Молодец, хвалю. Не поскупился. Причем конница, вооруженная исключительно копьями. Такие как раз подойдут для борьбы с тяжелой пехотой и медведем.
Но наблюдать за тем, как из прохода внизу башни один за другим выезжают всадники я не смог. Ведь есть куда более интересное зрелище. Пусть сквозь деревья видно довольно плохо, но всё равно оторвать взгляд попросту невозможно…
* * *
— Вот же п*дор!
— Да что-ж он так бесит то? Я сразу говорил, говна кусок он, а не человек! И даже не привидение!
— Да ладно, мужики! Прикольно же! Вон, япошкам сейчас жопы надерем!
Девять облаченных в тяжелую броню мужчин брели сквозь лесную чащу. И пусть многие ради приличия отсыпали в сторону своего предводителя грязные ругательства, некоторые из них были искренне рады поучаствовать в баталии. Особенно если учитывать, что смерть здесь будет не окончательной.
Но все равно, кто-то всё же оказался против…
Вперед мужчин вел огромный медведь. Шерсть его отдавала металлическим блеском, когти сверкали в солнечном свете, а морда выражала исключительно решимость.
Также у каждого перед глазами был интерфейс. Правда он максимально упрощен и позволяет лишь видеть две шкалы с указанием данных отряда. Также перед глазами каждого бойца подсвечивался путь, по которому ему предстоит идти и конечная точка, что соответствует полученному офицером приказу.
Больше всего мужчин бесило то, что они значительно ограничены в выборе. Да, размахивать руками, оружием, вертеть головой и орать матом они по прежнему могут.
Да и выбирать маршрут, по которому можно идти тоже, но лишь в ограниченных системой рамкой. Они сами не понимают как она контролирует всё это. Вроде идешь по нарисованной на земле черте, можешь по своему усмотрению обходить препятствия, пролезать под поваленными деревьями и продираться сквозь кусты. Но всё равно ты будешь топать ровно туда, куда тебе приказали.
Это всех и бесило. Вроде ты и свободен делать что хочешь, а вроде и нет.
Но всё изменилось в бою. По мере приближения врага одна из полосок начала медленно ползти вниз.
Тяжелая пехота.
Численность — 10/10
Боевой дух — 48/100
— Что-то как-то ссыкотно, если честно, — сознался один из бойцов, — Их там дохренища ведь! Я даже не могу сосчитать сколько…
— Сотня, не меньше, — пробасил голос из-под соседнего шлема, — А может и две… да не ссы, они вон голодранцы, ща порвем! А не мы, так Олежа справится. Вон какая рожа голодная! — хохотнул он, и взмахнул боевым двуручным молотом, со свистом рассекая воздух.
Боевой дух — 47
— Да кто ссыться то, а? И что будет, когда боевой дух снизится до нуля? — задал вопрос в пустоту боец со здоровенным щитом и кистенем. Правда здоровенным щит выглядел только на его фоне, так как мужчина оказался довольно низкорослым, зато плотным по телосложению.
Но ответить на этот вопрос никто не смог. Так, в мыслях о боевом духе его показатель потерял еще две единички…
Но вскоре он пополз вверх! Ведь когда до противника оставалось метров тридцать, все они увидели значок вражеского отряда.
Вилы, заключенные в кружок, а под ними всё те же две шкалы. Одна заполнена до предела, а вот со второй всё куда хуже…
Крестьяне.
Численность 198/200
Боевой дух 34/100
— Ха! Они двоих уже похерили! — хохотнул вооруженный двумя одноручными топорами воин, — И ссутся то похлеще нашего!
*РА-А-А!*
За двадцать метров до врага медведь грозно взревел и начал разгоняться. Бойцы же не стали отставать, и что-то грозно зарычав, рванули за своим офицером вслед. Лишь те, что бежали позади успели увидеть, как быстро просаживается в ноль нижняя полоска. Но даже так, противник оказался не так прост…
Вперед вышел, как это ни смешно звучит, офицер крестьян. Когда до медведя оставалось всего несколько метров, он взмахнул руками, и из земли прямо в бурую морду на полном ходу вырвался огромный валун.
Раздался грохот, и мишка с тихим стоном завалился на спину, потеряв на несколько секунд сознание.
Дух крестьян тут же пополз вверх, и злобно взревев, вооруженные чем попало японцы рванули вперед.
Вот только медведь был не один.
— Конишуа, епта! — рявкнул боец с покрытым шипами щитом, после чего резко ускорился, снося всех на своем пути словно таран.
Люди полетели в разные стороны, а воин углубился в самую гущу противников. По броне сразу зазвенело множество ударов, но тот не сдавался, начав размахивать коротким мечом и поражать низкорослых противников одного за другим.
Оборванцы попытались пробиться к поверженному медведю, что никак не мог прийти в себя, вот только вокруг грозного зверя стеной встали его товарищи.
Густой лес наполнил лязг металла, крики боли и грозные ругательства сразу на двух языках. Люди сцепились друг с другом в смертельной схватке, и никто не хотел уступать.
Бронированные воины пусть и стояли намертво, ни на секунду не подумав сдаваться, но всё напирающие силы врага с каждой секундой теснили их всё сильнее.
В какой-то момент вскрикнул от боли боец, что ворвался сразу в стан врага. Японцам удалось завалить его на землю, а следом кто-то смог сдернуть с него шлем. Смерть его оказалась быстра и безболезненна, и о ней товарищи узнали лишь по изменившемуся в интерфейсе состоянию отряда. Впрочем, им было не до того.
Довольно быстро превосходящие в десятки раз по численности силы врага окружили малочисленный отряд и стали наносить удары сразу со всех сторон. Постепенно Боевой дух японцев рос, ведь они видели, что вполне могут надавать люлей даже тяжелым пехотинцам. Тем более, что пусть они и слабее физически, но каждый третий может похвастаться хоть каким-то атакующим навыком.
На бронированных, покрытых сталью мужчин помимо ударов посыпались и магические атаки. Из земли вырывались корни, оплетая ноги воинов, иногда защитников пробивало электрическими разрядами.
В щит мужчины врезался плотный поток пламени. Некоторое время японец пытался сжечь своего противника, но из-за плотности толпы случайно задел еще и парочку своих. Правда долго они не мучались. Как только мана кончилась и огонь начал стихать, из-за щита вырвался тяжелый кистень, что сразу окончил страдания двоих бедолаг.
Следом воин злобно выругался, и сверху прямо в темечко мага ударил разряд молнии…
*РА-А-А!*
Медведь вскочил и поднялся на задние лапы, огласив округу своим рыком. В следующее мгновение Бурый сорвался с места, рванув в самую гущу врага и раскидывая попадающихся на его пути людей. Острые когти без труда разрезали мягкую податливую плоть и вскоре вся отливающая металлом шкура огромного монстра покрылась алыми пятнами крови.
Вилы, дубины, небольших размеров топорики и прочий мусор, которым были вооружены крестьяне, не мог нанести никакого урона усиленному броней и классовым навыком медведя. Никакого физического урона…
А вот магический пролетал только в путь. И вскоре стало понятно, почему на головы облаченных в латы бойцов сыпался столь скудный набор атакующих навыков. Их просто держали до поры до времени…
Медведь успел пробежать всего пять метров, подмяв под себя и разорвав на части несколько десятков людей. Но дальше ему в морду, ровно как и в прошлый раз, прямо из под земли ударил здоровенный валун. Правда теперь медведь был готов к чему-то подобному и смог вовремя прикрыться лапой. Вот только сразу после валуна прямо с неба ударила молния, оставив на шкуре довольно крупную, обожженную до мяса рану.
Но на этом японцы не остановились. Они смогли оттеснить основную группу тяжелых пехотинцев от медведя и стали постепенно осыпать его более слабыми, но от того не менее эффективными навыками. Кто-то выпустил струю холода, с другой стороны шкуру опалил разорвавшийся на множество обжигающих искр огненный шар. Сами деревья и кустарники потянули свои колючие ветви, пытаясь разорвать бурую тушу на мелкие частички.