Дикая собака
Боокко прокатился по воздуху. Старик вдохновился сразу, начал сочинять: «Как чайка над светлой волной стремительно, как дух степной над равниной безбрежной…» Я пробормотал: «Напрасно дух о свод железный…» [34] Старик скоро пятистопным ямбом заговорит.
— Магеллан, это прекрасно! Я сочиню ораторию! Это будет шедевр!
— Верю, Боокко, — вздохнул я, — давай, сочиняй. У тебя талант, его нужно использовать.
Свою генеральную идею, главную квазиунофантазию, на этот раз я решил положить под сукно. Не нужны сейчас никакие социальные эксперименты, я имею в виду, осёдлывание пастухов. Не готовы ни они, ни я. Тема достаточно мутная и совсем не героическая — воспевание зажиточного мещанина и трудолюбивого пахаря. Потом, как изменится экономическая ситуация, тогда и начну елозить.
Боокко требовал от меня ещё музыки. Я пообещал, а то как же, и отвёз поближе к какому-то караван-сараю, где он квартировал вместе со своим бродячим оркестром. Да, у него уже оркестр, ученики и море поклонников. Растут люди, я один, как дурак мотаюсь туда-сюда, и никакого личностного роста. Кстати, о росте. Я ведь прошёл квалификацию по управлению пространственными переходами. Вместе с практикой, между прочим, и сдачей экзаменов. Это не просто там какие-то хухры-мухры и липовые корочки из подземного перехода. Как всегда, на всякий ништяк есть своя ложка дёгтя. «В случае открытия портала в разных климатических зонах, а также со значительным перепадом высот возможны неконтролируемые перетоки воздуха. Во избежание травм личного состава и повреждения техники в таких случаях рекомендуется использовать герметичные помещения. Допускается использование специализированных кузовов транспортных средств типа „К“». Кузова типа К у меня нет в наличии, я даже не представляю себе, что это такое, возможно что-то вроде наших КУНГов [35], так что обойдемся, не баре. Коту под хвост масштабные планы полетели исключительно из-за одной фразы. «Запрещается проход в портал вместе с точкой управления порталом, во избежание непредсказуемых последствий». Какими точно последствиями нас пугают, неизвестно, но думаю, что зря писать не станут. Нет в мире совершенства, правильно Экзюпери написал. Значит, проще иной раз на аэробусе скататься, чем все условия выполнять.
Но больше всего меня огорчило то, что Ичилу присвоили квалификацию инженер-исследователь первой категории. Вот так-то вот. Я аж позеленел от зависти, ещё бы, у него теперь зарплата в три раза больше моей, был бы я простым лаборантом. А он мной бы ещё и помыкал.
Но пока я начальник экспедиции, и в ближайшее время свой статус менять не собираюсь. Ещё бы залезть в мозги этому ВК и вычистить всякие упоминания о былом. Присвоить, то бишь, себе рутовые права, но не хватает знаний о внутренних делах этих вычислительных комплексов. Ничего, придёт время, и с этим разберёмся. Вычислительные ресурсы должны принадлежать народу, то есть мне, как наиболее прогрессивному его представителю.
Но мало мне всякой текучки, надо еще и местные тёрки разбирать. Даяна и Дохсун крепко поцапались. На ровном месте, и всё из-за того, что Даяна теперь вроде как куратор профобразования, а Дохсун — начальник курируемого контингента. Как так, женщина — и руководитель? Это нарушает фундаментальные, краеугольные принципы степного бытия. Пришлось развести спорщиков по разным углам ринга.
Надо сказать, что суждения о том, что женщина абсолютно бесправна — это мифы. Власть женщины в стойбище — абсолютна. Эбэ, а у каждого рода есть своя эбэ, рулит хозяйством железной рукой, и мужчины в пределах кочевья молча исполняют то, что им сказано, и в ведение хозяйства не вмешиваются. Вне пределов — женщины не лезут в текущее руководство, хотя иной раз и пытаются это делать. Иной раз небезуспешно. Но это частные случаи, никак не влияющие на общую установку К-К-К. Первые ростки феминизма, освобождение женщин от непосильного рабского труда на кухнях и прачечных, чуть было не взломали замшелый уклад мужского шовинизма. Но в таких безумных спорах умнее оказывается тот, кто уступит первым. Пришлось устроить чаепитие, с пряниками.
Пряники выглядели так:
— У нас народу — раз, два, обчёлся, а вы тут полномочия делите. Каждый, заметьте, каждый из вас выполняет свою работу и не мешает другим. Разве не так у нас в степи? Каждый делает то, что не делает другой.
Дохсун сопел рассерженно в углу:
— Не может женщина управлять мужчинами! Это моё крайнее слово!
Наивный. Хотя да. Он же неженатый ниразу. Дайана зло огрызалась из своего угла:
— Вы, мужики, без нас вообще бы давно завшивели! Только и умеете, что в сортир строем ходить.
Я чуть не оборжался. Всё как везде. Но надо прекращать эту демократию.
— Дохсун, пойдём, я тебе кое-что покажу.
В итоге заманил Дохсуна на диагностику и учёбу. Ничего, вышел он оттуда, смущенно потирая лысую голову. Квалификация сама по себе отличная, учитывая отсутствие у него среднего образования — сержант взвода охраны. Повышенная агрессивность, требовательность, честность. На его чугунные мозги уставы легли как родные. Весь мир расчерчен на клеточки, и в каждой — оловянный солдатик.
Пока новоявленный сержант Третьей экспедиции лежал на кушетке и впитывал новые знания, я сказал Дайане:
— Ты умная женщина и должна уступить. Потом своё возьмёшь. Не надо устраивать противостояние. Работать будете вместе. Ты будешь Дохсуну мягко рекомендовать. Но сначала о пацанах. Ты не форсируй их обучение, не время ещё. Собираешь информацию о наклонностях, желательном применении, и в папочку. Потом применим. Здесь, к сожалению — имперская экспедиция, а не начальная школа и даже не имперский лицей. Детям надо привить навыки работы с информацией, иначе они так и останутся дебилами с повышенным самомнением. Так что пока пусть растут, как есть. Я работаю над тем, как найти нужных учителей.
Дайана притихла. Не стала упираться, она действительно женщина. Знает, что к чему.
— Ну и наконец, дорогая, сегодня ты соблазнишь Дохсуна. Разумеется, не устояв против его ослепительного обаяния.
Дайна фыркнула:
— У него-то обаяния не больше, чем у медного котелка. Боец, одним словом.
— Ну а Нюрка, царствие ей небесное, в нём что-то рассмотрела? Не на ровном же месте они чуть амуры не начали крутить? Ты давай, разглядывай его хорошенько, и в койку, пока у него окончательно крышу не унесло. Стерпится, в общем, слюбится. Парень он надёжный, него хорошие перспективы, ты тоже при деле, так что нормальное, обеспеченное будущее у вас есть. Я его назначу комендантом посёлка Бергидестях, а ты будешь главная в центре тестирования и подготовки. Идёт?
Дайана не стала долго думать. Женщины, они практичные, не то что мы, мужики — вздохи под луной, кувшинки из озера в полночь и всё такое. А у них мозг построен конкретно — будет папа домой носить мамонта или нет. И такого, чтоб больше, чем мужья у подруг приносили. Им нужен самый-самый большой в мире мамонт, тогда только они будут жить с миром в гармонии. Но это лирика. А у Дайаны возраст, ей пора вить гнездо и рожать. А это явно не со мной.
— Хорошо, уговорил. Речистый, сил нет. Как не могла тебе отказать никогда, так и сейчас не могу, — и глазёнки как-то у неё задорно засверкали, ну она такая, да. Задорная и изобретательная. А то что на передок слабовата, это сразу было видно.
— Ну и прекрасно. Как всё сделаешь, приходите за отеческим благословением, я вас отпущу на волю, — и засмеялся, — голубки.
— Ладно, вы тут воркуйте, ты поухаживай за ним, брови ему нарисуй, что ли, а мне пора кой-какие вопросы порешать.
— Не учи меня, как надо мужчин соблазнять, — ответила мне грубиянка.
У меня на сегодняшний день один вопрос всплыл, но тоже типа, по плану. Запустить тот армейский синтезатор, что так чудесно оказался в тайнике у жуликоватого прапора. А проблема одна — картриджи. Я прошел в свой уютный начальственный кабинет и запросил ВК-1017: