Выживала. Том 3 (СИ)

Анастасия, бросившая сосать пустышку, выронив её изо рта, круглыми от удивления глазами наблюдающая из кроватки за такой невиданной деятельностью, сначала даже не знала что сказать. В этом кавардаке было удивительно всё! Ёлочный запах, который она чувствовала первый раз в жизни, сама ёлка, игрушки, которые отражались в глазах, серебристый дождик. Да это практически какое-то чудо!
  
— Ы-ы-ы-ы! — уважительно сказала Настя, глядя на ёлку и показывая на неё пальцем. А ну-ка, спустите на пол, надо посмотреть, что тут за зелёные блестящие штуки! И серебряшку надо оторвать и попробовать на вкус!
…Вот и 31 декабря 1977 года… И опять в этот день соблюдается целая куча старых традиций, начинающихся с самого утра, когда ты просыпаешься, смотришь на часы, понимаешь, что сегодня 31 декабря, сегодня Новый год, время 8 утра, и до этого Нового года ещё целый день.
Умывшись и позавтракав, Женька решил проявить инициативу с самого утра: взял у родителей книжку выдачи, авоську с пустыми бутылками и отправился на молочную кухню. Не ходил туда уже давно, поэтому решил прогуляться, заодно поглазеть на предновогодний город. На улице мороз окончательно спал, погода стояла самая новогодняя, которая бывает только в старых ламповых фильмах: тепло, немного хмуро, падает лёгкий снежок, скрипя под сапогами. А ещё всё вокруг напоминает о празднике. На улицах нет-нет да попадётся кто-нибудь с ёлкой. Вот же повезло, отхватил где-то. Могли и в лесничестве купить или профсоюз озаботился.
В освещённых окнах овощного магазина змеится громадная очередь: по-видимому, опять выбросили яблоки или апельсины с мандаринами. В освещённых окнах колбасного магазина тоже видно большую очередь: наверное, приехала машина с мясокомбината, привезла докторскую, любительскую, языковую, копчёную колбасу.
Под ногами на снежном тротуаре часто попадается особо знаковая примета Нового года и проклятье дворников — мелкое разноцветное конфетти из хлопушек и длинная извивающаяся мишура. Иногда на снегу лежали мелкие кусочки еловых веток, утерянные при транспортировке. Лежать им тут до весны… Женька внезапно поднял одну веточку и засунул себе в пустую дырку от самой верхней пуговицы пальто. Зачем сделал, непонятно, но сразу стал чувствоваться еловый запах…
Когда получил молоко, кефир и ацидофилин, принёс домой и получил полное право погулять до обеда. Пошёл, погонял в одиночестве шайбу, друзья почему-то не вышли, наверное, из-за вчерашнего самоволия с походом на горку, а может быть, куда-то уехали с родителями.
Делать в одиночку было нечего. Перепробовал все доступные занятия. Взрослые в середине декабря во дворе соорудили из снега и залили горку, но она была небольшая, высотой всего 1,5 метра и длиной метров 6. Несколько раз скатился по ней. Сначала сидя на корточках, потом стоя, тщательно ловя координацию, и получилось! Съехал таким образом несколько раз, а потом гулять вышли девчонки и тоже принялись кататься с горки, правда, сидя на картонках. Временами оглядывались на Женьку и смеялись. Впрочем, кататься он уже не хотел, поэтому ещё раз напоследок в гордом одиночестве побросал шайбу и отправился домой.
Прямо с обеда родители начали готовиться к празднику. Мама по традиции решила сделать полное новогоднее меню: винегрет, селёдку под шубой, картофельное пюре с котлетами и, естественно, самолепные пельмени. Все продукты для этого были, поэтому оставалось только пустить их в ход.
Мама чистила овощи, батя отвечал за мясную часть. В большую кастрюлю положил отвариваться свиные ноги на холодец и принялся крутить размороженное ночью мясо на фарш: специально на базаре купил говядину и свинину.
К тому времени, когда стемнело и в окнах домов зажёгся свет, уже почти всё было готово. Нарезан винегрет и заправлен единственным подсолнечным маслом, имеющимся в СССР: нерафинированным, с запахом семечек. Приготовлена и лежит в холодильнике, в овальной салатнице селёдка под шубой, в другой овальной салатнице замораживается холодец. Сделано пюре, которое мама и папа упорно называли «толчонкой», потушены котлеты в томатной заливке. Осталось самое главное: традиция лепить пельмени всей семьёй. Мама скалкой раскатывала пельменное тесто, стаканом нарезала из него кружочки, раскладывала на столе, обсыпанном мукой, а Женька с батей лепили пельмешки. Потом, нарезав из теста кругляшей, к процессу присоединялась и мама. Естественно, смеха ради делали и счастливые пельмени, с одним луком вместо начинки, или кусочком фарша, обильно посыпанного перцем
А дома-то ляпота! На ёлке мигает гирлянда. Хрипит магнитофон голосом Владимира Высоцкого, по всей квартире пахнет вкусняшками, а семья Некрасовых с шутками-прибаутками лепит пельмени. Родители радостные, часто смеются и передают Женьке своё хорошее настроение. А он думает о прошедшем 1977 году. Как много событий произошло за это время… Появилась в семье сестра, появилась новая квартира, батя купил гараж с мотоциклом и лодкой, сам он, Женька, начал заниматься горнолыжным спортом и сдал на третий юношеский разряд. И самое главное: пошёл в школу. Всего 1 год, 365 дней, а сколько событий… Безусловно, этот год получился прекрасным. И Женьку хватило такое чувство родства и любви к родителям, к сестре, что готов был немедленно обнять каждого и поцеловать. От души.
Но самое важное… Только сейчас он ощутил, в чём отличие его нынешней жизни и прежней. В прошлой жизни, будучи Выживалой, он, конечно, мог гордиться собой, но эта гордость была приземлённой, направленной только на себя. Ну, прошёл за год на камеру 5–6 маршрутов. Ну, заработал 5–6 миллионов, что-то купил, куда-то съездил. Всё. Семья же… От его занятий семье было ни жарко ни холодно, а ведь и брат, и сноха занимались спортом, потом стали тренерами. Племяшка, Сашка Смелова, занималась фигурным катанием на очень высоком уровне. И что? Интересовался он, как у них идут дела? Оказывал ли хоть какую-то поддержку, пусть даже только моральную? Да даже к родителям часто ли ездил?
Вспоминать о прежней жизни иногда было откровенно неприятно… Зато здесь и сейчас он чувствовал, что находится на месте. Там, где ему предназначено быть самой судьбой…
Даже Анастасия, сидя в коляске, принимала самое активное участие в приготовлении новогоднего стола: постоянно что-то бубнила и указывала руками, рассказывая, кому и что нужно делать, за что иногда получала какую-нибудь вкусняшку: например, кусочек размятой котлеты с пюрешкой.
Когда все приготовления были завершены, мама настелила белую скатерть на большой стол в зале. Вся семья активно участвовала в его накрытии. Женька тоже помогал носить тарелки, стаканы и ложки, аккуратно раскладывая их по белой поверхности. После завершения дел, связанных с сервировкой нового стола, все переоделись в чистую и нарядную одежду и сели за него. Анастасию нарядили в новую распашонку и ползунки на лямках. И чепчик не надели, сделав модную причёску: аккуратно расчесали её тёмные волосы, стянув их в вертикальный хвостик, торчащий на макушке вопросительным знаком.
Теперь можно было садиться за стол: всем хотелось есть неимоверно. Мама разложила еду по тарелкам и села на диван с Анастасией, надев ей на шею слюнявчик, чтобы не запачкать новую одежду. Отец принёс заряженный фотоаппарат и принялся фотографировать семью, и всех вместе, и поодиночке. Анастасия смотрела на фотоаппарат, тянула руки и требовала немедленно дать его ей для осмотра.
А по телевизору-то показывали какие интересные программы! После «Времени» началась «Песня-77», где выступало очень много артистов, в том числе и молодых: Николай Караченцов, Иосиф Кобзон, София Ротару, Алла Пугачева, Лев Лещенко, Эдита Пьеха, Муслим Магомаев, популярные ансамбли «Синяя птица» и «Самоцветы». Столько знаменитых и уважаемых артистов не увидишь больше ни в какой другой программе! Батя даже подключил к телевизору магнитофон и мешал всем, пытаясь что-то записать на чистую кассету МК-60–1.
  
— Гринька! — рассмеялась Мария Константиновна. — Ты так Новый год пропустишь со своими записями!