Выживала. Том 3 (СИ)

— А ты где так ловко научился обращаться с рыбой? — поинтересовался батя, внимательно посмотрев на Женьку. — И сразу сказал, что таймень! Где до этого видел?
— А что тут уметь-то! — небрежно махнул рукой Женька. — И дураку ясно, что надо хватать её и тащить подальше от воды. А схватить только за жабры можно, она же скользкая вся. А как звать… Так я иногда твой журнал «Рыболов-спортсмен» почитываю.
  
— Молодец! — похвалил батя. — Узнаю Некрасовскую породу!
Больше вопросов у него не возникло. Да и разве мог он предположить, что в теле Женьки живёт совсем другой человек, попаданец из 21 века? Да скажи ему это кто-то, он скорее, покрутил бы пальцем у виска и возразил, что Женька не по годам развитый вундеркинд. Иных вариантов в социалистическом материализме не существовало…
…Дома батя помыл тайменя, разложил его прямо на кухонном столе, остро наточенным ножом сначала выпотрошил, потом отрезал голову и плавники. Располосовал вдоль хребта, разделив на две половины, очистил от кожи, срезал балык, тешу, брюшки и вытащил позвоночник. Голову, тешу, брюшки и плавники оставили на уху, половину балыка засолили в кастрюле, положив соль, перец горошком и лавровый лист. Другую половину батя заморозил, положив в морозилку. Окуней, язя и мелочь выпотрошил, почистил, разрезал на куски и тоже положил в морозилку. Разделку крупной рыбины провёл мастерски: чувствовалось, что занимается этим не первый раз.
Семья была надолго обеспечена рыбными блюдами! Анастасия, учуявшая необычный аппетитный запах, невзирая на то, что Женька и мама постоянно оттаскивали её, так и стремилась заползти в кухню и посмотреть, что же там чистится такое вкусное и аппетитное.
— Придётся скоро прикорм давать, — рассмеялась Мария Константиновна, качая недовольно пищавшую и вырывавшуюся из рук дочь. — Гринька, куда нам столько рыбы? Она даже в холодильнике заветрит. Отвези матери в воскресенье.
Естественно, такое количество рыбы Некрасовым девать было некуда. Григорий Тимофеевич кивнул головой, промолчав, что в следующие выходные они тоже хотели бы сходить с Женькой на рыбалку, на прежнее место.
— Я завтра утром могу им занести, по пути на работу, — заявил батя. — Чего до выходных-то тянуть…
Почти сразу же, пока рыба свежая, мама начала варить уху, правда, в сущности, это была не уха, а громадные куски рыбы, сваренные в кастрюле с небольшим количеством картошки и лука.
Едва вода закипела, мама положила в кастрюлю немного картошки и нарезанного репчатого лука, бросила ложку соли. Потом, через 5 минут, положила куски рыбы, заполнив ими 7-литровую кастрюлю до крышки. Сразу же по всей квартире разнёсся сногсшибательный рыбный аромат, на поверхность воды стали выбуриваться кругляшки жёлтого рыбьего жира, становившиеся всё больше и больше, и под конец слой жира накрыл варево полностью. Уха как будто загустела, налилась скрытой мощью, аромат стал ещё аппетитнее. Таймень оказался жирным!
Потом, когда уха сварилась, сидели, уплетали вкуснейшее блюдо. Батя прямо на столе разобрал до мельчайших костей громадную голову и плавники. Мария Константиновна с Женькой ограничились вкусными жирными брюшками и боками. Мама иногда давала Анастасии, сидевшей в коляске, небольшие кусочки рыбьего брюшка, и та с удовольствием их мусолила, жмурясь от счастья!
— И-и-и-и! — говорила Анастасия, улыбаясь и показывая пальцем на брюшко, лежащее на столе. Вкусно, мол!
Да… Такой вкусной рыбы давненько уже не ела семья Некрасовых…
… Как-то незаметно с начала сентября прошло 2 недели, и учительница сказала, что 15 числа состоится родительское собрание.
— Пусть родители приходят к 6 вечера! — заявила Людмила Александровна. — Прямо в этот кабинет.
— С нами? — спросил Женька.
— Нет, ваше присутствие не нужно.
Боясь, что дети забудут, учительница продублировала своё заявление записью в дневнике, где написала: «Уважаемые товарищи родители! 15 сентября в кабинете номер 202 состоится родительское собрание 1 класса А. Явка строго обязательна».
Как назло, отец в этот день задержался на работе, и естественно, Марии Константиновне пришлось идти с Настей: сестра ни в какую не хотела сидеть с Женькой. Едва увидев, что мама одевается, начала недовольно махать руками и визжать, хмуря брови, а потом вообще закатила скандал, разразившись громким рёвом и залившись слезами.
— Видит, что я собираюсь, и уйти не даёт, — удивилась Мария Константиновна. — Наверное, пойду я с ней. Придётся на руках тащить.
Мама оделась, одела Анастасию, которая стала очень довольная и заулыбалась, когда поняла, что пробила своё пожелание идти гулять. Потом вышла из квартиры, и Женька закрыл дверь. Мария Константиновна решила не брать с собой коляску — донесёт ребёнка и так.
Женька сел делать уроки, Однако не успел серьёзно приступить к математике, как мама вернулась. Собрание прошло достаточно быстро, всего за полчаса.
— Что там было? — поинтересовался Женька.
— Рассказывали о том, как учитесь, — заявила мама. — Людмила Александровна рассказывала о каждом ученике. О тебе очень хорошего мнения, говорит, молодец, далеко пойдёшь. Также выбрали родительский комитет и председателя, которым внезапно оказалась я.
— Ты председатель родительского комитета? — удивился Женька. — А почему не кто-то другой?
— А догадайся с трёх раз, — рассмеялась мама. — Естественно, потому что я дома сижу. Сказали, что у меня единственной график работы подходящий.
— И что ты будешь делать в этом родительском комитете, да ещё председателем?
— В основном, будем собираться, когда вызовет учительница, решать, куда вести вас на внешкольные мероприятия, организовать сбор денег на это, — заявила Мария Константиновна. — Покупать билеты в кино, театр или цирк, собирать деньги для подарков на Новый год, решать, что готовить на праздники. В общем, занятий много. Плотно со школой придётся общаться.
— И как тебе это? — с интересом спросил Женька. — Тебе же с Настей придётся ходить, если я учиться буду.
— Ну и что, — рассмеялась Мария Константиновна. — Мы уже там со всеми родителями в классе познакомились. Так ведь, Настюшка?
Мама взяла ползавшую по полу Анастасию, пощекотала её под мышками и покачала на руках.
— У-и-и-и! — радостно завизжала Настя и прижалась к маме.
По-видимому, так оно и было…
Женька неожиданно понял, что неспроста мама согласилась быть председателем родительского комитета. Молодая красивая женщина сидела с ребёнком уже полгода, а до этого ещё 2 месяца в декрете, выходя редко куда. Сейчас для неё эти походы в школу и общественная деятельность были своего рода бегством от домашней рутины, от бесконечной готовки, стирки, кормления малышки и Женьки. Для кого-то председательство было бы обузой, для Марии Константиновны — интересное и увлекательное занятие…
… К сожалению, планам Григория Тимофеевича и Женьки пойти на рыбалку ещё один раз, не суждено было исполниться. Как будто чувствовали в прошлое воскресенье, что это последняя рыбалка в текущем сезоне, поэтому и сидели долго, наслаждаясь хорошей погодой и видами реки. Как будто чувствовали, что это в последний раз.
В субботу с самого утра погода испортилась. Небо заволокло тучами, подул сильный ветер, похолодало, и начался дождь. Сначала шёл сильный ливень, осыпавший листья с деревьев, потом он сменился мелким противным дождём, который нёс шквалистый ветер. Как говорится, погода омерзительная.
— Вот и всё, Семёныч, — хмыкнул батя, глядя в окно. — Закончилось лето. Ловить больше нечего. Давай заниматься делом: заклеивать окна на зиму.
  
Вот ведь ещё одна беда… Окна деревянные, через них сквозил ветер, и хотя батареи уже топились вовсю, в комнатах было тепло, но рядом с окнами ощущались сквозняки, поэтому семья Некрасовых, вместо того чтобы ехать на рыбалку, занялась делом: заделывали окна на зиму. Сначала специальной коричневой замазкой замазывали крупные щели, потом поверх неё клеили специальную оконную ленту из бумаги. Лента была сделана из бумаги чуть плотнее газетной, продавалась рулонами по 5 метров. Технология простая: отмерил по месту, отрезал ножницами ленту, намазал размоченным хозяйственным мылом и аккуратно приклеил на щель. Кажется, трудно, на самом деле нет. Таким образом, за выходные полностью подготовились к предстоящей осени и зиме…