Тень (СИ)

— Ладно, я думаю, это стоит обсудить на заседании, — решил Уто. — Начнем с этого вопроса. Если все согласятся, просто уйдешь.
— Хорошо, — с заметным облегчением кивнул Хатто.
И тут у всех троих будто что-то зажужжало над ухом: знак того, что кто-то пытается установить магическую связь. Все разом вопросительно глянули на остальных, немедленно догадались, что с другими происходит то же самое, и одновременно опустили глаза, вслушались, включились в круг связи. Ощутили другие ауры в единой ткани связующего заклятия. Похоже, в беседе участвовали все члены Совета.
«Вы, между прочим, в курсе, что к нам кто-то заявился?» — спросил вечно недовольный голос Гийбу Ондро.
Пространство заклинания всколыхнулось общим недоумением.
«Что ты имеешь в виду?» — изумился Уто.
«Кто-то пришел из того мира. Только что. Высадился на холмах, на юге. А вы все бубнили, зачем да зачем сети. Следить, вот зачем!»
В круге связи шевельнулось раздражение, неизвестно кому принадлежащее. Скорее всего, тоже общее. Гийбу Ондро любые вопросы о своих исследованиях воспринимал как разгромную критику, немедленно принимался злиться и что-то доказывать и уже утомил этим весь Совет. Однажды кто-то вежливо поинтересовался, зачем нужно тратить столько сил, чтобы навести следящие заклинания на весь город, и с тех пор Ондро никак не мог успокоиться.
«Но ты уверен, что это чужой? — осторожно уточнил Бойя Уто. — Может, кто-то из наших вернулся?»
«Тогда бы он уходил, — ядовито отозвался Ондро. — И тогда бы я знал».
«А может, ты пропустил, когда он уходил?» — невинно поинтересовался Нэйл Кари.
Ондро немедленно рассвирепел.
«А ты вообще имеешь представление, как работают сети?»
«Ну… смутное», — Кари старательно изображал в своих интонациях смущение, но в то же время отчетливо ощущался его внутренний смех.
«Невозможно пропустить, — раздраженно говорил Ондро. — Всегда чувствуешь, если что-то. Ночью проснешься. Даже если сразу не поймешь, потом все равно почувствуешь, что в сетях след».
«Но кто это? — перебил его Уто. — Чья аура?»
«С аурой ерунда, — буркнул Ондро. Теперь явственно чувствовалось его замешательство. — Аура не читается».
Недоумение прокатилось по кругу. Как люди переглядываются, надеясь найти того, кто что-то понял, так маги вслушивались в эмоции других, присутствующих внутри заклинания, но натыкались на одно и то же: изумление и подозрение, что это глупая шутка.
«Кто-то определенно вперся, — недовольно продолжил Ондро. — Но у него нет ауры. Или она скрыта. Я туда послал двоих разобраться».
«Ну, раз ты уже принял меры, то нам не о чем и волноваться!» — обрадовался Кари.
Круг шевельнулся, готовый развалиться. Пробежало невысказанное: ерунда какая-то, зачем только нас побеспокоили. Где-то в глубине сквозил слабый промельк тревоги: кто-то воспринял сказанное всерьез, но не понять было, кто именно. Но большинство, похоже, попросту не поверили в заявления Ондро. Его эксперименты и прежде далеко не всегда увенчивались успехом. Уто поспешно, пока не исчезла сеть, сказал:
«Надеюсь, это все не помешает заседанию? Собираемся, как договорились?»
Ответом ему было невнятное, многоголосое согласие, после чего круг связи начал стремительно пустеть. Маги один за другим отключали свое внимание от заклинания.
«Пожалеют еще», — мстительно буркнул Ондро и тоже исчез.
Уто открыл глаза и рассеянно улыбнулся Хатто, который недовольно хмурился в двух шагах перед ним.
— Ты тоже приходи, Тэо. Обязательно. Надо, чтобы все решили. Ты не можешь самоустраниться, это не принято.
— Я буду, — сердито ответил тот. — Но прошу отнестись серьезно.
Хатто развернулся и быстро вышел из комнаты. Нэйл Кари проводил его насмешливым взглядом.
— Надо же! — фыркнул он. — Даже бумагу накатал.
— Ага, ходатайство по всей форме, — рассеянно улыбнулся Бойя Уто, разглядывая лист, который по-прежнему держал в руках. — Ему очень не хочется в этом участвовать.
— Понимаю! Если бы мой такое вытворил, я бы его, конечно, выпорол, но потом спрятал в подвале от греха подальше.
 
— Как же, знаю, как бы ты выпорол! — рассмеялся Бойя. — Стоял бы, разводил руками и закатывал глаза.
— Ну, может, я не самый строгий отец, — улыбаясь, признал Нэйл. — Но моим детям не приходит в голову играть в Храме Демона.
— Надо бы выслушать парня, — вздохнул Бойя, становясь серьезным. — Вдруг он что-нибудь убедительное скажет.
— Сомневаюсь, — помрачнел и Нэйл. — Какие тут могут быть доводы, когда запрещено даже близко подходить? Неважно, с какой целью он туда влез, главное, что влез. Или ты надеешься, что он как-то сможет объяснить следы своей ауры в Храме и то, что он почему-то оказался в другом мире?
— Да уж, это вряд ли объяснимо… А вот насчет того, что Гийбу говорил, что думаешь?
— Ерунда! — легкомысленно отмахнулся Нэйл. — Ложное срабатывание. Навертел чего-нибудь неправильно, вот оно и лопнуло. Маг, который сумел скрыть ауру, обошел бы его сеть и дырку за собой заделал, он бы и не заметил. А он даже не поймет, то ли есть аура, то ли нет ауры…
— Наверное, — в сомнении проговорил Уто. — Наверное, так. Ну, все-таки он кого-то послал разобраться, так что нам, видимо, не стоит беспокоиться.
Но он все равно беспокоился, пусть и не хотел в этом признаваться.
***
Тэо вышел из здания Совета — маленького домика с обширной верандой — и зашагал по улице, мощенной каменными плитами, между зеленых изгородей. Солнце палило нещадно, и пришлось надеть шляпу. Из-за ее широких полей Тэо и не заметил сразу, что на углу его поджидают сразу двое членов Совета. Здоровенный, плечистый Райк Наи сидел на скамеечке, а рядом стоял, ехидно улыбаясь, Найят Иэри, и выглядел он ненамного выше сидящего.
— Ты что, к дедуле бегал? — полюбопытствовал Райк. Слова он произносил немного нараспев, с ленцой. — Интересно, зачем? Неужели заступаться за сыночка?
— Это совершенно не твое дело, — холодно ответил Тэо, останавливаясь.
— Да нет, конечно! — все так же неторопливо продолжал Райк, как бы размышляя вслух. — Не в твоем это стиле. Наверное, ты просил разрешения прикончить его собственными руками?
— Ты пытаешься меня разозлить?
Райк глянул вправо, влево, потом фыркнул:
— Твоя тень опять где-то шляется. Так что нет, мне тебя злить не интересно. Вот когда вы будете вдвоем…
— Я тебе много раз говорил, — начиная раздражаться, бросил Тэо, — что не соглашусь на поединок, пока ты не вызовешь свою тень. Либо двое на двое, либо один на один. Больше никак.
— Ты просто боишься продуть. Вы вдвоем не сможете одолеть меня одного, вот будет позорище!
— Позорище — это то, что ты, глава Старшего дома, до сих пор не можешь вызвать тень.
— Вызову, — пообещал Райк, широко оскалясь. — Вот как только тебя побью, так сразу и вызову.
— Правда, Тэо, соглашайся поскорее! — азартно воскликнул Найят. — А то это действительно безобразие — глава Старшего дома без тени. В конце концов, ваши отцы нарочно вас вырастили для того, чтобы вы убили друг друга.
Оба спорщика медленно и угрожающе обернулись к нему.
— А что, разве нет? — с притворным простодушием удивился Найят.
— Нет, не думаю, что это так, — с убийственной вежливостью отозвался Тэо. Развернулся на пятках и зашагал в переулок.
Иэри, конечно, язва, каких мало. Но его слова не раздражали бы так сильно, если бы не попадали в цель. Действительно, казалось, что их отцы, главы домов Хатто и Наи, все сделали для того, чтобы Тэо и Райк однажды друг друга прикончили. Непрерывно стравливали, внушали каждому, что он непременно должен превзойти другого. Дома издревле находились в состоянии соперничества, и юные наследники в свое время успели несколько раз всерьез схлестнуться. Но потом Тэо своего соперника обскакал: первым вызвал тень. Райк нанес контрудар: заявил, что вовсе не будет вызывать никакую тень, потому что способен кого угодно побить и без нее. Тэо же не считал такой поединок честным. Теперь приходилось бегать.