Студент: Долгопа (СИ)

— Я, бля, как на зоне что ли теперь везде с вертухаями ходить буду? — не унимался Черный, зло кося в мою сторону.
— Первое время будешь. И не с вертухаями, а с партнёрами, которым надо вникнуть в ситуацию и понять, как что работает, — покачал я головой. — Не ссы. Если дурковать не будешь, как сидел в своём кресле, так и будешь. И бабок поимеешь. Никто не собирается ходить за тобой по пятам вечно. И избавляться от тебя без причины за ненадобностью тоже мы не собираемся. Тебя ещё Ворам на город ставить, — добавил я и весело подмигнул мужику.
  
— Ага, стелешь гладко. Только ты мне скажи вот чего: сегодня Журик по-любому на счёт фуры отзвонится, покалякать. Мне чо, ему фуфло какое, как Децлу, втирать?
— С фурой всё будет ровно. Скажи: завтра вечером фура будет. А вот где её забрать? — я задумался и прикинул варианты. — Скажи Журику, чтоб завтра набрал часа в три. Тогда точно скажешь время и место. Я её недалеко от Шарика, на трассе, оставлю, а он заберёт. — Паша внимательно посмотрел на меня, после чего неопределённо пожал плечами. Не до конца верил мне мужик — оно и понятно.
— И да, Вов! Окошко будет сегодня — сгоняй с документами, что мы из сейфа изъяли, к Шницерману. Он трудоголик, по-любому в выходные в офисе сидит. Я его один раз в субботу ловил там. Пусть посмотрит, чо да как. Может, присоветует чего, в том числе по земле и постройкам в «Афродите».
— И насчёт бухгалтера тоже с ним перетру! — подумав, кивнул брат.
— Саша, ты у нас как глава службы безопасности, твоя задача — обеспечить контроль и охрану этого дома и «Афродиты». Гони в шею спортсменов, что там тусуются, и ставь своих. Со сменами и людьми, и порядком несения караульной службы — я вам не советчик. Это вам с Вовкой видней. Но тоже не затягивайте.
— Людей не хватает, — задумчиво, глядя рассеянным взглядом в пространство перед собой, сказал Вова, сделал затяжку и добавил: — Сколько у нас на стОпе ребят, что обращались насчёт работы? Вроде было семеро? Ром, давай сгоняем вечером к кому успеем.
— Правильно. Раз деньга и работа наладилась, шо бы ребзей не устроить? — кивнул Ткач. Рома же продолжал сидеть на стуле молча и гонял между пальцев свой метательный ножичек, что извлёк из чехла на предплечье. Он, как обычно, любил больше слушать и делать, чем говорить.
— Лады, мужики. Тогда работаем и держим связь. Паша, если что какой кипиш по части уголовников — курсуй меня. В этом вопросе давайте без самодеятельности, — на том и разошлись. А я, пользуясь тем, что время было раннее, около десяти утра, решил заскочить домой, узнать у Медвежонка насчёт встречи в Химках, а потом поймать Чижа и сгонять с ним в Лобню к Митяю.
25 ноября 1988 года, г. Долгопрудный. Святослав Степанович Григорьев
На удивление, Медвежонок к моему приезду уже был дома — как выяснилось, мой хозяйственный друг не пожалел денег на такси. По словам Миши, как быстро я вернусь домой, я ему не обозначил, поэтому парень решил выполнить мою просьбу максимально оперативно. Встреча с двумя незадачливыми кидалами должна была начаться в четыре в «Пельменной» на улице Девятого Мая в Химках. По словам нашего кооператора, сосед своему подельнику подоплёку встречи не объяснил, сказал только, что вроде как, на встрече будет еще один клиент на «покупку» техники. Ну, оно и к лучшему — не придётся бегать за этим персонажем по всей Москве.
С Чижом же вышло сложнее. Караулить моего друга детства в окно пришлось минут сорок. Я даже отсылал Медвежонка к Чижу в гаражи, проверить не там ли он, впрочем, безрезультатно. И когда я уже готов был махнуть рукой и идти ловить такси, мой весёлый дружок в неизменной кепке-восьмиклинке зарулил на нашей «копейке» во двор.
— Вот он, гулена! Пошли, Мишань, пока он ещё куда не сквозанул, — энергично двинул я в коридор, одевать куртку и ботинки. Миша грузно и громко забухал следом.
— Пельменя надо было брать! Он мне весь мозг отымел, типа чтоб я его тоже подтягивал, если ты какой движ замутишь, — с досадой сказал мне Чиж, сидя за рулём, десятью минутами позже, когда мы уже двигались в сторону Лобни. — Ему, типа, учиться скучно. Дела хочет и филки. У него мочалка какая-то жадная нарисовалась. Вот он и репу чешет, где филок надыбыть.
— Подтянем, скажи только, пусть чаще возле тебя крутится. Ну а ты крутись на районе. А то тебя хер поймаешь. Тем более я щас почаще буду у себя.
— Почему? — удивлённо посмотрел на меня Миша с заднего сиденья и аж приподнялся, положив руки на спинки сидений.
— Слышь! Аккуратней с граблями, медведь! — шлёпнул ладонью по толстым пальцам Мишани Чиж. — Ты грабли положил, а меня внатуре назад аж потянуло! Не казённая тачка, родная!
— Извини, — пробубнил Миша.
— Да всё просто, Мишань. Справку сделал вчера, типа ногу сломал. Ты сегодня, как поедешь на химию, её Хвальнову передай. Он обещал список сделать, чего ему для нашей родной комендатуры надо. По ремонту. Ты этот список мне принеси при случае, — объяснил я парню, обернулся и подмигнул. — Так что до зимы я гуляю, Мишань! Не скучайте там без меня. Только, это между нами.
Миша понятливо кивнул.
— Во! Этот рынок что ли? Людно сегодня, — пятачок стихийного авторынка по случаю выходного дня и правда был нехило запружен машинами и народом. Хотя, не то что до «Рижского», даже до нашего долгопрудненского продовольственного рынка по размерам и размаху лобненское гнездо капитализма не дотягивало.
— Чиж, машину покарауль. Мы с Мишей пойдём Митяя поищем.
Поиски успехом не увенчались — Митяя ни на точке, ни в «Чебуречной» не было. Но не зря на Руси говорят, что язык до Киева доведёт. Выяснилось у местных спортивного вида ребят, что пахан их изволит тренироваться в их местной школе бокса. Взяв адрес, туда мы и двинули, долго петляя по дворам в поисках нужного двухэтажного здания.
— Кажись, тут! О! И табличка висит, — посмотрел, прищурившись, через лобовуху, Чиж.
— Ну, погнали, пацаны! Посмотрим, что за кадры готовят в Лобне.
Открыв входную дверь здания, мы попали в небольшое прямоугольное помещение с рингом по центру и развешенными тут и там всевозможными снарядами и грушами. Левее от входа была прямоугольная арка, которая объединяла зал для занятий боксом с тренажёркой, точно такого же размера и конфигурации. Там же был вход в раздевалки и душ.
— У нас просторней, — с превосходством цыкнул Чиж.
— Зато пахнет так же. Пот, кожа и хлорка, — добавил я. А нам навстречу жиганской прыгающей походкой вышел совсем юный на вид пацан в спортивном костюме и с тонким носом буквой «Г»:
— Э! Вы чьих будете? — спросил с вызовом в голосе он.
— Своих мы будем, — улыбнулся я. — К Митяю в гости.
— Слышь, Копейка, охолонь, нна! Это ж с тобой на стрелку гоняли? Студент? Верно? — подошёл светловолосый парень лет тридцати и протянул мне руку. — Саня Соколов я. Можно Сокол, нна.
Парень повернулся к своему младшему товарищу и шуганул его:
— Чё стоишь? Дуй на второй ярус к Митяю. Скажи, Слава Студент приехал, нна.
— Да я чё? Я щас! — закивал пацан и быстро свалил, только его и видели.
— Ничё так устроились вы. Народу только мало что-то, — кивнул я в зал, где и правда занималось человек пять. Да и в тренажёрки тоже не сказать, чтобы было много людей, судя по шуму, — и тренера не видать.
— Так выходной день. Самая работа. Кто где, на. Мы так-то тоже скоро двигать собирались, — объяснил Сокол, — а тренером тут сам Митяй. Официально, нна. Шито-крыто!
— Чё за пацаны это, Сань? — с ринга спрыгнул парень среднего роста с короткими тёмными волосами, широко посаженными глазами и щёткой тёмных усов под носом. — А! Студент? Видел, видел тебя, — хмыкнул он одобрительно, хотя уважительным этот хмык назвать было трудно. Сквозило в нем что-то непонятное, негативное.
  
— Это Женя Жук, — представил нас Сокол, и мы пожали руки с новым знакомцем.