Тьма. Том 8 (СИ)
— Слушай, может, ты знаешь… А нас с Авелиной зачем сюда, в ставку, пригласили? — уточнил я.
Судя по удивлённому лицу Арсения, он не знал. И я поспешил добавить:
— Я и в Серых землях-то ещё ни разу не был. Какое совещание?
Ответил мне не Арсений, он просто не успел. Но прозвучавший девичий голос оказался знакомым:
— Да тут половина ни разу в Серых землях не была! И это не мешает им здесь с важным видом расхаживать.
Все втроём — я, Авелина и Арсений — мы одновременно склонили головы:
— Ваше высочество!
— Да ну… Заканчивайте это! — с озорной хитринкой в глазах улыбнулась Саша. — Лучше идите за мной. Есть что обсудить…
Глава 2
Трактат 1719 года «О природе Серых земель» за авторством Гаврилы Островского
…Не Тьма, но и не мир обычный — вот каковы суть земли Серые. Вся тварь тамошняя пропитана тенькой, будто сама утроба земная ею пронизана. Притом народы местные, кои пережили нашествие восточных отродьев, уклад свой старый сохранили, в нём ни единой черты не изменив. Лишь шаманов влияние возвысилось паче прежнего. И отныне шаманом лишь двусердый быть может. А в былые времена, слышно, искусству сему и простые люди обучались.
Так ли то было в самом деле? И владели ли шаманы древние той же мощью, что нынешние? Ответа на сие не ведаю. Но доподлинно знаю, что даже мощи нынешних шаманов не хватило, дабы вернуть земли, Тьмой уже оставленные.
Тем паче, зверьё, что без страха бродит по местам сим, часто теньке подпадает. В лучшем случае, тварь укрупняется, а с нею — сила, скорость и злоба на род человеческий.
В худшем же…
А в худшем рождается Вождь Дикий. Прежде случалось сие не в пример чаще. По счастью, с тех пор как с юга идут рати на зачистку, твари изменённой стало куда как меньше. Однако опасение, что в лесной глухомани взрастёт чудовище настоящее, сохраняется и поныне.
Не дай Господь встретиться с Вождём Диким. Даже двусердому устоять против сего порождения преисподней тяжко. Ибо Вождь Дикий и теньку чует не хуже нас, и колдовать умеет, сплетая узоры дикие и смертоносные…
Мы двинулись за Сашей по длинному, слабо освещённому коридору. Стены были выкрашены в унылый зелёный цвет, а под ногами скрипел песок, занесённый с улицы вместе со снегом. Воздух пах кожей, мокрым металлом и казённой едой из столовой: классический аромат военной машины, знакомый ещё по службе на границе.
По пути мы миновали массивные двустворчатые двери, из-за которых лился яркий свет и доносились приглушённые голоса. Я мельком заглянул в щель между створками. В зале с высоким потолком, рядом с огромной картой Серых земель, сидели за длинным столом человек двадцать, включая Дашкова. В основном, седовласые мужи в военной форме, да пара дорогих камуфляжей — вероятно, самые влиятельные дворяне. Обстановка была спартанской: голые стены и никаких украшений, только карты и схемы.
Я на секунду задержался, пытаясь уловить суть дискуссии, но Саша, тоже заглянувшая в щель, потянула меня за локоть:
— Пойдём, Федь. Тебе пока там делать нечего.
И вот это её «пока» меня слегка напрягло. А может, ничего страшного, и просто фигура речи? Голову над ответом я ломать не стал, она мне в целом виде нравится. И просто обозначил цесаревне свою точку зрения:
— Как будто от меня там «потом» будет толк!
— Знаешь, мне там, если честно, тоже делать нечего, но приглашают же… — с улыбкой отозвалась Саша. — Однако его светлость именно с тобой хотел поговорить. Не знаю уж, что именно думал обсудить…
— Кажется, они ещё долго совещаться будут… — негромко оценила Авелина, кинув прощальный взгляд на дверь зала.
— Не так уж долго, если честно! — Саша забавно сморщила нос, как будто очень хотела подольше насладиться спокойствием. — Детали им сверху уже спустили, напрямую из ставки во Владимире. Наши так во время чисток всегда делают.
— Вот оно как! — удивился Арсений. — Ваше высочество, а я думал…
— Просто Саша! — прервала его цесаревна. — Слушайте, меня за всю жизнь уже замучили этим словом. Для своих я просто Саша. Ну какое из меня высочество, если я и ростом не вышла, и забралась пока невысоко? Договорились?
— Договорились, ваше высочество! — браво отчеканил Арсений, заставив девушку выразительно закатить глаза, и тут же добавил: — Ну если можно «просто Саша», то и пошутить, значит, можно…
— Конечно. А я тоже глаза в шутку закатывала! — ткнула ему пальчиком в грудь цесаревна.
— Значит, план на каждую зачистку разрабатывают в старшей ставке Руси? — уточнил я, решив, что пора отвлечь этих двоих от пикировки.
— Да, оно и так было всегда, — кивнула Саша. — У нас, конечно, уже два столетия развивают самостоятельность каждого княжества… Но, если по опыту, то пока на месте что-то дельное составят, целый год пройдёт. Так что, с учётом сведений, полученных от разведчиков, план составляет командование во Владимире. Сюда его отправляют только для утверждения частностей.
— А ещё это позволяет совместить зачистки по всем сибирским княжествам… — понял я.
— Конечно! — улыбнувшись моей догадливости, ответила цесаревна.
И, на полном ходу свернув в боковой коридор, остановилась у неприметной двери.
Комната, в которую мы вошли, была противоположностью главному залу. В том плане, что небольшая, метров десять на десять, и с низким потолком. Обстановка, впрочем, тоже оказалась до неприличия простецкая. По центру — грубый деревянный стол, заляпанный чернилами и испещрённый царапинами. И несколько таких же потёртых жизнью и солдатскими задницами стульев.
Единственным признаком «высокого» статуса был небольшой артефакт. Он стоял на столе и тихо потрескивал — видимо, от переполнявшей его энергии.
— Садимся, — без церемоний указала Саша на стулья. — Здесь нас никто не потревожит, а я дополнительно через артефакт наложу полог тишины. И напоминаю: можно не церемониться!.. Арсений, да выдохни ты, хватит навытяжку стоять!..
Булатов и вправду выдохнул, после чего, скинув камуфляжную куртку, с облегчением развалился на стуле. Я последовал его примеру, заодно размяв затёкшие плечи, а Авелина присела рядом на самый краешек стула, оглядывая комнату с лёгким недоумением. Видимо, ожидала чего-то более подобающего Рюриковичам.
— Что, не хватает здесь ковров и хрустальных люстр? — уловив её взгляд, ответила озорной улыбкой Саша.
— Ну, мне кажется, как-то да! — честно призналась моя жена.
— А мне, кстати, нравится: воспоминания накатывают! — заметил я. — Напоминает казарму у нас на границе.
— Так оно и задумано! — обрадовалась Саша ценителю в моём лице. — Я лично выбирала мебель на складе, чтобы от работы ничего не отвлекало. Тем более, задача у нас с вами очень важная.
Задача, кстати, была со мной. Как и всегда в последнее время. В особом чехле, который и воду не пропускает, и от режущих предметов защищает — и вообще очень дорогая штука. Мне его выдали в Денежном Доме, когда мы с Авелиной забирали записи учёных из Чжунго.
И выдали не просто так, а со словами, что, дескать, отказываться нельзя: прислали от самого царя. Естественно, дьяки Денежного Дома не имели ни малейшего понятия о том, что будет убрано в чехол. Просто очень чётко выполняли приказ.
— А-а-а-а… Вот оно что! — понял Арсений. — Продолжение истории с записями из тайника Лампы?
— Верно. И нам предстоит, под прикрытием зачистки, добраться до очень важного места… — цесаревна достала из кармашка на груди сложенную в квадрат карту и, развернув, выложила на стол. — Пойдём, чтобы не вызывать вопросов, по отдельности, а встретимся у цели. Вот тут, кстати, красным кругом обведена область, где находятся гнёзда.
С этими словами она ткнула пальцем в красную линию, а я с удивлением понял, что рассматриваю карту Сибири к востоку от Урал-камня. Ту самую, о которой в школах упорно твердят, будто её никогда не составляли. Врут, стало быть. Карты Серых земель есть. И куда более подробные, чем можно предположить.