Тьма. Том 8 (СИ)

— Ну, по крайней мере, вы очень здоровые молодые люди! — заметила она, с усмешкой делая глоток чая из чашки. — Что, совсем не успели позавтракать?
— Даже не пытались! — вернув ей усмешку, признался я. — После дежурства на стене под холодным ветром куда больше хотелось спать.
— Уже слышали, что именно случилось ночью? — уточнил Булатов.
— Как мы поняли, напали на те отряды, что застряли у стен, — прищурился я. — А сам город зверьё не тронуло.
  
— Это пока, — помрачнев, вмешалась Саша. — Как разберутся с участниками вылазки, тронут все поселения в округе.
— А значит, у нас возникли сложности… — кивнул я.
Саша кивнула, но промолчала, устремив взгляд мне за спину. Оттуда уже подходил разносчик, нёсший заказанные мною и Авелиной блюда. Поэтому дальнейший разговор продолжался под дружную работу челюстей.
Впрочем, сначала всё равно говорил Булатов. Так что я и жена могли спокойно жевать, не роняя лица.
— Нападение началось в середине ночи. Несколько тысяч зверей ударили по машинам на дороге. Там очередь в несколько сотен грузовиков. Не успевают всех пропускать. И снова удар пришёлся не столько на людей, сколько на технику. Люди ещё как-то отбились…
— Да бросьте! Понятно ведь: зверьё лишает нас средств к передвижению! — насупилась Саша. — Целенаправленно лишает, кстати.
— И снижает желание участников продолжать зачистку, — вздохнул Булатов.
— Заработки под угрозой? — цесаревна выгнула бровь. — А им в голову не приходит, что если не справятся Серые земли, воевать придётся под Ишимом?
— Под Ишимом они будут драться за свои дома, — ответил Булатов. — А тут… Людям кажется, что тут они воюют для других людей.
— Какая дальновидность! — фыркнула Саша и отвернулась к окну.
— Что поделать… — Булатов развёл руками, а затем принялся дальше рассказывать мне и Авелине о положении дел. — По-хорошему, мы вообще не должны были вас сюда приглашать. Чтобы о нашей с вами связи никто не догадался…
Я не удержался и хмыкнул, посмотрев сначала на Сашу, а потом на Арсения.
— Да, мы тоже не должны были много общаться, — согласился он. — Но, боюсь, после ночного нападения всё изменилось. Сейчас стоит вопрос о том, чтобы стянуть все силы в дружественные посёлки на юге Серых земель, а уже от них вести удары вглубь. Да, упустим лёд на болотах, придётся месить грязь ногами… Но хотя бы перестанем терять людей и технику.
— Да, конечно, — покивал я. — Так он и даст вам отсидеться за стенами.
— Он? — не понял Булатов. — Как и вчера, думаешь, что Дикий Вождь уже появился?
— А разве не очевидно? — удивился я. — Слаженное, продуманное и одновременное нападение. И ровно там, где уже начинает барахлить связь. Ну и что это? Последствия тысяч случайных совпадений?
— Вот! И я о том же говорю! И Быстряков тоже! — закивала Саша. — А они, это, мол, ещё надо подтвердить!..
Булатов кинул на цесаревну укоряющий взгляд, но вслух ничего не сказал. Только повернулся ко мне и спросил:
— Первый вопрос, который я ещё вчера хотел задать. Откуда ты вообще знаешь про Дикого Вождя?
— В сети вычитал, — ответил я, отвлёкшись от еды. — Вы её, похоже, не слишком рьяно чистили.
Не удержавшись, я усмехнулся и подмигнул Арсению. Тот покачал головой и продолжил задавать вопросы:
— Ладно… А почему ты думаешь, что этими животными кто-то управляет? Зверьё в Серых землях хитрое. Оно и само по себе на всякие пакости способно.
— Нет, Арсений, извини, но не настолько же. Я, конечно, здесь в первый раз, но… Зверьё неспособно на такие хитрости: ударить по одному отряду одним стадом кабанов, а затем, дождавшись второго отряда, спешащего на подмогу, ударить по нему из засады вторым стадом кабанов. А потом ещё и зайти в тыл волками. Которые, прошу заметить, не бросятся бить кабанов, а только людей…
— Ну… — протянул Арсений, но я не дал ему и слова вставить.
— Зверьё остаётся зверьём! — отрезал я. — Даже отродья Тьмы остаются зверьём, пока ими не управляет воля Тьмы. Вульфы могут что-то не поделить с другими отродьями, могут друг с другом сцепиться. И только во время нашествий они начинают действовать, как единое целое. Я же на границе почти три года отслужил. Успел увидеть и то, и другое поведение. Поверь, знаю, о чём говорю.
Замолчал я не только, чтобы перевести дух, но и чтобы проверить, дошли ли мои слова. Судя по тому, как Булатов мрачно рассматривал столешницу, что-то он всё-таки услышал.
И вот ведь удивительно: вчера он к моим словам про Дикого Вождя отнёсся серьёзно. А вот за вечер ему, видимо, успели «бывалые» в уши налить всякое-разное. Хотя, оказывается, и цесаревна была со мной согласна.
— То, как повело себя зверьё Серых земель, указывает на то, что управляет им чья-то воля. И эта воля совершенно не звериная! — ставя жирную точку, добавил я.
— Ну знаешь ли! — вскинулся Булатов. — Дикий Вождь — всегда зверь.
— А откуда он знает, что бить надо по машинам? — удивился я. — Откуда знает, что без машин нам придётся слишком тяжело? И что на машинах собирались вывозить ценное добро? Что это за зверь такой умный? И в людях, и в технике разбирается? В землях Тьмы на такое способны только тёмные. А тут зверь… Может, я что-то пропустил, пока служил на юге, в природе родного края?
— Значит, ты считаешь, что мы действуем против разумного противника? — задумчиво уточнила Саша.
— А давайте проверим, — предложил я. — Если противник разумен, сегодня или ночью он ударит по нашим линиям снабжения. Обозы, перевалочные точки на пути следования… Отрежет все эти посёлки и городки от Большой земли, чтобы местные сами волками на нас смотрели. А потом расскажете мне, что он ничего не знает про Арабское наступление.
— Договорились! — кивнула Саша. — А пока у нас другой вопрос: сколько твоим, Федь, нужно на то, чтобы ехать дальше?
— Дальше? — уточнил я, делая глоток чая: кофе, здесь, к сожалению, не подавали. — Зависит от скорости починки. Но вы сами-то уверены, что мы сможем прорваться?
— Если доберёмся до Филькино, оттуда рукой подать до Стопервой. А оттуда и до нашей «точки 101» всего-ничего останется! — заметила Саша.
Я припомнил карту и покачал головой.
— Это сотни вёрст бездорожья… Даже если выедем единым отрядом, зверьё навалится со всех сторон.
— А если ехать быстро? — побарабанила пальчиками по скатерти цесаревна.
— Быстро и бездорожье — это несовместимые понятия! — возразил я, а Арсений закивал. — Быстро мы найдём только какой-нибудь присыпанный снегом овраг, да там и останемся. У нас, конечно, грузовики повышенной проходимости, но не танки ведь. И даже не вездеходы. К тому же, у нас нет запасов топлива, нет своего лекаря… Попытаться, конечно, можно, но это будет чистой воды самоубийство. И свои дружины потеряем, и сами там останемся.
— И всё же нужно успеть, — мрачно проговорила Саша. — Так что думайте и решайте, что для этого нужно. А как надумаете… Я выбью для вас всё, что необходимо. Ну из того, что вообще есть в распоряжении сил зачистки и местных поселений. У нас где-то две недели до окончательного потепления. Две недели! Всё… Не придумаем, как добраться до «точки 101», и провалим задачу…
Ненавижу, когда так говорят! Терпеть не могу!.. Но Саша права. Пока у нас с собой записи учёных про накопители, пока они не укрыты надёжно в «точке 101» — и я, и Авелина будем в опасности. Да что там… Вся Русь будет в опасности. Греки не готовы лишиться самой выгодной своей монополии.
И добраться до цели нужно, в первую очередь, мне самому. Там, на точке 101, меня нагрузят ценностями из Серых земель, чтобы вся эта вылазка хотя бы отбилась. Там… Да там много чего должно решиться. И для меня лично, и для моего рода. Намёков-то со стороны власть держащих было много, а теперь ещё хорошо бы, чтобы Федю Седова не кинули…
  
Остаток завтрака прошёл под военную сводку от Булатова: потери, решения отцов-воевод… Ну и прочие подробности, которые знать мне было необязательно. А вот Саша с Арсением решили иначе.