Невеста для принца (ЛП)

— Что? Это так и есть! — отрезала она. — Посмотри на себя, ты только что доказала, что он прав.
— Ты уверена, что меня не удочерили? Ты постоянно принимаешь сторону других людей, а не мою, — обиженно заявила я, снова падая на диван.
— Уверена. Больше двадцати семи часов, пока я пыталась родить твою большую голову такое, знаешь ли, невозможно забыть, — фыркнула она, усмехнувшись.
  
— Клянусь, с каждым разом твоя история о родах становится длиннее, — пробормотала я.
Она только фыркнула и отправила в рот очередную ложку йогурта.
— Йогурт ещё есть? — спросила я.
— Ты могла бы сейчас завтракать с красивым принцем, а вместо этого пришла забирать еду у своей матери, — покачала она головой с притворной грустью. — Может, ты и правда приёмная, потому что человек с моими генами не должен упускать такие возможности.
Я закатила глаза и, поднявшись, пошла искать что-нибудь перекусить.
— Возможно, я унаследовала только твои командирские, вспыльчивые и истеричные гены, — буркнула я.
— Ну, надо же, как он задел тебя, — усмехнулась мама, пока я открывала холодильник.
— Конечно, задел! Он меня оскорбил! — заявила я, доставая апельсиновый сок и упаковку бекона.
— Обычно, если тебя кто-то оскорбляет, ты сердишься пару секунд в своей голове, а потом забываешь об этом. Но прошло уже двадцать минут с тех пор, как ты ушла из дома, а ты до сих пор злишься.
Я повернулась к ней.
— Ты к чему клонишь?
Она пожала плечами.
— Ничего, просто наблюдаю.
Моя мама никогда не ограничивалась просто наблюдениями. Но я решила не вдаваться в подробности. Вместо этого подошла к плите и взяла сковороду. Однако, как только я к ней прикоснулась, не смогла не задуматься, что же он пытался приготовить, что вызвало настоящий пожар. Он был совершенно растерян, когда я спустилась вниз. Наверное, в школе для принцев кулинарию не преподавали. Он вообще когда-нибудь готовил?
Но всё же он пытался сделать завтрак для меня.
Я замерла.
Скорчив гримасу, вспомнила, как наорала на него. Конечно, это была не совсем моя вина. У меня болела голова, и там был огонь.
Но я иногда бываю чересчур резкой.
«Хватит думать», — приказала я себе, пытаясь сосредоточиться на плите, чтобы самой не устроить пожар.
Неужели у него всё случилось именно так?
— Чёрт! — не выдержала я, выключила плиту, убрала бекон обратно в холодильник и вместо этого достала миску с хлопьями.
— Твоя сестра с Ивонн не теряли времени зря, — вдруг заявила мама.
— Что? — нахмурившись, я подошла с миской и уселась рядом с ней.
Мама положила телефон и включила телевизор. Ей потребовалось немного времени, чтобы переключить на DCN — «Ежедневные звёздные новости». По сути, это был один большой канал о сплетнях, хотя они, видимо, так не думали. Поджав ноги, я ждала.
— Дамы и господа, у нас срочная новость. Августа Винтор, дочь покойного миллиардера Марвина Винтора, вышла замуж за своего давнего бойфренда Малика Вашингтона, бывшего защитника команды Лос-Анджелес Рэмс, — бодро объявила ведущая.
Экран разделился, и на нём появилась фотография моей сестры в свадебном платье рядом с мужем, о котором я узнала только вчера.
Моя челюсть отвисла.
— Наши источники утверждают, что пара познакомилась на вечеринке компании «Этеус» в прошлом году. Отец Вашингтона — член совета директоров компании, а сам Вашингтон сотрудничает с «Этеус» в рамках их глобальной кампании «Активируйся».
— У них была свадьба? — прошептала я в шоке, обернувшись к маме. — Как они умудрились сохранить всё в тайне?
— Думаю, никакой свадьбы не было. Это просто постановочные фотографии, — ответила она, покачав головой. — Другими словами, прикрытие.
Я кивнула.
— Я сказала Августе, что всё знаю, и они выпустили фото, чтобы сделать всё официальным. Браво, сестрёнка, браво.
— Ты рассказала Августе что знаешь? — резко спросила она.
— Именно.
— Одетт... — она тяжело вздохнула и устало потёрла лоб. — Почему ты всегда такая честная?
— Что?
— Теперь, зная, что ты знаешь, они будут ещё больше стараться лишить тебя наследства. Могут обвинить в мошенничестве, если ты выйдешь замуж. А ещё они постараются вывалять тебя в грязи через прессу.
— И снова эти бесконечные игры, — пробормотала я, подцепляя хлопья ложкой.
— Только не говори, что ты рассказала ей про принца Галахада.
Она почти умоляла.
— Нет, не сказала, — ответила я, хотя едва не проговорилась.
Если бы он не появился у меня дома вчера вечером, я бы точно проболталась.
— Хорошо. Не надо. Просто подумай о себе. Он рискует, приезжая сюда тайно. Если пресса узнает, его начнут преследовать сразу в двух странах, — сказала она, поднимаясь. — Одетт, не злись так из-за ситуации. Попробуй узнать его лучше. Он, по крайней мере, старается.
— Да, потому что ему нужны наши деньги.
— А кому они не нужны? — парировала она. — Вспомни всех, кто притворялся, что просто любит тебя, а на самом деле имел скрытые мотивы. Дай ему шанс, и, возможно, ты поймёшь, как много у вас общего.
— Что у меня вообще может быть общего с принцем? — пробормотала я.
— Привилегии, — ответила она, уходя в другую комнату.
Я ничего не сказала, просто продолжала молча есть на её диване. Пыталась смотреть телевизор, но ни одна программа не могла удержать моё внимание дольше, чем мысли о голубо-зелёных глазах.
Воспоминания о прошлой ночи возвращались одно за другим. Прошло много времени с тех пор, как я могла просто поговорить с мужчиной так свободно. К тому же он и правда слушал. Даже несмотря на то, что я была немного выпившей и лишь жаловалась. Красивый мужчина, который слушает, честен, хочет приготовить мне завтрак и к тому же является принцем. Мама права — женщины бы падали перед ним в обморок.
Возможно, именно поэтому вчера вечером я была так обижена и зла. Я вернулась, думая, что, ну ладно, выйду замуж — не самое худшее из того, что я делала. Говорят, что то, что мы чувствуем и говорим в пьяном состоянии, это настоящие мы. Те, которые уже не обременены реальностью.
— Что плохого в том, чтобы просто дать ему шанс? — спросила я тихо сама себя, поднимаясь с кресла и относя миску на кухню.
Звонок.
Ещё звонок.
— Иду! — крикнула я, направляясь к двери.
Оставив миску в раковине, я отряхнула руки и побежала к входу. Заглянула в глазок — перед дверью стояли красные розы. Интересно, кто прислал маме такой огромный букет?
— Да? — спросила я, с любопытством глядя на человека с букетом, который был настолько большим, что я едва могла разглядеть доставщика.
— Мисс Одетт Винтор?
— Да, это я.
— Именно так указано в заказе, — ответил он, поправляя цветы в руках. — Нужно подписать, но можно я сначала их куда-нибудь поставлю?
— Конечно, — сказала я, отходя в сторону. — На стол у лестницы, если можно.
— Понял, — он поставил букет, поднял устройство на бедре и протянул его мне. Я подписала и вернула его. Взамен он передал мне конверт. — Хорошего дня.
— Спасибо, — ответила я, закрывая дверь.
Взглянув на конверт, я заметила, что моё имя было написано красивейшей каллиграфическими буквали. Перевернув его, я достала письмо.
1 ноября
Дорогая Одетт,
Прошу прощения за свои слова и за ваш пострадавший кухонный гарнитур. Первое было проявлением моей незрелости, а второе — несчастным случаем. Возможно, вы не поверите, но я был категорически против брака, когда моя семья впервые поставила меня перед этим фактом. Я пытался бороться, хотя и недолго. Даже заявил, что пусть королевская династия закончится, но я не женюсь на женщине, которую не знаю или не люблю. Однако, как видите, я проиграл тот спор очень быстро.
  
Когда мой брат позвонил, чтобы узнать, какие впечатления у меня сложились при нашей первой встрече, я позволил гордости взять верх. Именно поэтому я сказал то, что сказал. Я не хотел, чтобы он подшучивал надо мной, если бы узнал мои настоящие мысли: вы — одна из самых потрясающих женщин, которых я когда-либо встречал. Вы первая, с кем я мог говорить, так открыто и первая, кто говорил со мной так просто. Вы невероятно и, кажется, почти нереально красивы. И, возможно, жениться на вас было бы не таким уж плохим решением... Всё это я подумал за то короткое время, что мы с вами знакомы.