Лекарь из другого мира (СИ)

Я тяну время. Все это мне кажется слишком не правильным. Приму я это кольцо или нет, любой мой выбор мне кажется ошибкой. 
— Баронесса… там лекарь приехал, — громко шепчет заглянувшая в столовую служанка. 
Я готова за это известие расцеловать ее в обе щеки. С хлопком закрываю крышку у коробочки и опускаю ее себе в карман. Вроде бы взяла, но и на палец не надела. 
— Позвольте, я встречу, — тут же говорю я и вскакиваю с места. 
  
Перевожу дух лишь когда оказываюсь в полумраке коридора. Наверняка мне потом баронесса все уши прожужжит о моем неподобающем поведении. Но небольшое время для передышки я себе выкроила. 
  
22
 
Встретив лекаря, я проводила его наверх, в комнату Берты. Та спала, прерывисто дыша. Тусклый свет настольной лампы бросал свет на ее разгоряченное лицо. 
— Госпожа Марика, рад что вы вернулись. Я слышал, вы служили в госпитале? Очень похвально. Ну-с, что с вашей сестрой? 
Лекарь подошел к кровати и осторожно приложил ладонь к щекам Берты. Кожа ее пылала. Лекарь поцокал языком, его взгляд стал серьезным. 
— У нее сильный жар. Горло красное… Боюсь, как бы не было… — Я запнулась, судорожно пытаясь вспомнить, как здесь называют то, что в моем прошлом мире звалось ангиной. 
— ...огненной хвори, — закончила я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Огненная хворь звучало куда страшнее привычной ангины. 
Лекарь кивнул, не отрывая взгляда от Берты. 
— Да, весьма похоже. Огненная хворь коварна, особенно для юных созданий. Нужно действовать быстро. 
Он достал из своей сумки несколько склянок с разноцветными жидкостями и мешочек с травами. Их аромат остро защекотал ноздри. 
— Что это? — подозрительно спросила я, принюхиваясь. 
— Это целебная настойка, — ответил лекарь, показывая мне склянку с мутной жидкостью. — Снимет жар. А это отвар шалфея и ромашки, для полоскания горла. Облегчит боль и снимет воспаление. Ну и конечно, мешочек с сушеным зверобоем. Из него сделаем примочки на грудь, чтобы облегчить дыхание. 
— А я бы еще хотела предложить… — я задумалась, вспоминая, что обычно делали при ангине в моем прошлом мире. — …горячее питье с медом. И проветривать комнату почаще, несмотря на холод. Свежий воздух поможет сестре дышать легче. 
Лекарь уважительно посмотрел на меня. 
— Работа в госпитале явно пошла вам на пользу. Помню, еще маленькой девочкой вы плакали от вида крови и боялись каждого чиха. 
— Да… я сильно изменилась. 
Лекарь попросил принести стакан с теплой водой. Когда я выполнила его просьбу, лекарь взболтал склянку с настойкой и немного плеснул в стакан. Тут же запахло мятой и ромашкой. 
Мы приподняли Берту и заставили ее выпить получившееся лекарство. Берта закапризничала, но мне удалось уговорить ее выпить все до дна. 
— И еще, пожалуйста, порекомендуйте моей матери не кутать Берту. Она постоянно велит служанке накрыть ее еще одним одеялом, — попросила я лекаря. 
— Непременно, — улыбнулся он мне. 
Лекарь мне показался довольно разумным человеком. С опытом. Я все боялась встретить какого-нибудь коновала, практикующего кровопускание или другие варварские методы. 
В этот момент в комнату сунулась баронесса, обеспокоенно нахмурив брови. 
— Ну что, доктор? Как моя Берточка? — баронесса, не дожидаясь ответа, подлетела к кровати и принялась ощупывать лоб дочери. — Горит! Я же говорила, нужно было сразу позвать лекаря, а не слушать твоих советов! — гневно взглянула она в мою сторону. 
Я вздохнула. Наверное, слишком громко, потому что лекарь сочувствующе посмотрел на меня. 
— Баронесса Файнштейн, я понимаю ваше беспокойство, но у Берты огненная хворь. Ей нужен покой, свежий воздух и… — он запнулся, бросив на меня быстрый взгляд, — … достаточно одного легкого одеяла. 
Баронесса нахмурилась еще сильнее. 
— Одного одеяла? Да она же замерзнет! 
— Матушка, поверьте, ей будет только хуже, если ее перегреть, — вмешалась я. — Лекарь прав. 
Маменька, не привыкла, чтобы ей перечили. Она бросила на меня испепеляющий взгляд, но, к моему удивлению, промолчала. Возможно, присутствие лекаря ее немного сдерживало. 
— Хорошо, — произнесла она сквозь зубы, — Марика, спустись вниз. К гостю. Я думаю, ты понимаешь, что вам нужно поговорить. Только не наделай глупостей! 
Кажется, мое время для передышки истекло. Я на прощание кивнула лекарю и с тяжелым сердцем побрела к гостиной. Пальцы нащупали коробочку с кольцом в кармане. 
Надо отдать. Фредерик кажется хорошим парнем. Но он не для меня. Вот с Эмилией они стали бы чудесной парой. Как бы ему намекнуть обратить внимание на мою младшую сестру? 
Я зашла в гостиную. Эмилия щебетала, заваливая Фредерика новостями. А вот он явно скучал. Натянул на губы любезную улыбку, но смотрел на Эмилию абсолютно пустым взглядом. 
Эмилия замолкла, увидев меня. Недовольно скривила рот. 
— Что ж, наверное, мне нужно оставить вас. Надеюсь на скорую встречу… Фредерик. 
Она томно посмотрела на него, надеясь на толику внимания. А вот Фредерик смотрел только на меня. 
Эмилия вскочила с места и, демонстративно хлопнув дверью, выбежала из комнаты. 
Я глубоко вздохнула. Пора. 
— Фредерик… нам нужно поговорить, — набравшись решимости, произнесла я. 
Напомнила себе, что я хирург. Если уж резать, то разом. Вырывать с корнем. А не кромсать частями, делая больнее. 
— Да… мне нужно так много тебе сказать, Марика. Я выжил только благодаря тебе. Вот… твой локон. Он всегда со мной… как талисман. 
Фредерик нырнул в нагрудный карман и достал скрученный локон. 
— Жаль, что ты остригла волосы. Они успеют отрасти к нашей свадьбе? Но и так ты все равно красивая. 
— Фредерик, по поводу свадьбы… — попыталась я вставить хоть слово. 
Но Фредерик, словно не слыша меня, продолжал говорить, захлебываясь от переполнявших его чувств. 
— Я столько думал о тебе, Марика! Представлял нашу жизнь вместе, наш дом, наших детей… Ты даже не представляешь, как я счастлив, что мы снова вместе. Я люблю тебя! 
Я открыла рот и тут же захлопнула его. Восторженный взгляд Фредерика больно бил в самое живое. 
Крепко сжала в ладони коробочку, так, что ее острый бок впился в кожу. 
Нет. Не получалось разом. Вот так рубить… глядя в его влюбленные глаза. 
  
23
 
Я потом корила себя за малодушие. Нужно было сразу сказать категоричное — «Нет!» и вернуть коробочку с кольцом. А теперь все больше запутывалась, как муха в паутине. 
Как-то все быстро завертелось. Баронесса быстро взяла Фредерика в оборот. Устраивала вечерние чаепития с пирогами, на которых он был частым гостем. Нас не оставляли вдвоем. Чтобы все было пристойно и баронессе Кранберг не в чем было упрекнуть нашу семью. 
Иногда, в моменты слабости, я думала: а может, стоит просто все принять как есть? Фредерик, в конце концов, не так уж и плох. Симпатичный, кажется добрым, хотя и немного хвастливый. Он любит рассказывать о своих подвигах на службе, приукрашивая их, чтобы казаться героем в моих глазах. Но в целом… он просто мальчишка, только-только отрастивший усы. 
Может быть, я смогу его полюбить. Со временем. Выйти за него замуж. Стать баронессой Кранберг. Да, придется научиться уживаться со свекровью, подстраиваться под ее капризы. Но у меня будет семья. Муж. Дети. 
При мыслях об этом больно щемило сердце. Я же всегда мечтала о детях. О своих. О маленьком теплом комочке, который будет смотреть на меня доверчивыми глазами и шептать — «Мама». 
Что у меня было в жизни? Только работа. После смерти меня и оплакать было некому. 
  
А мечта о лекарской школе… она казалась такой далекой, такой недостижимой. В этом мире, где женщины должны быть женами и матерями, а не лекарями, моя мечта казалась несбыточной фантазией. 
Но однажды матушка решила отправиться в город. Она любила изредка совершать поездки, делать вид, что ходит по магазинам, приценивается. Но на самом деле лишь бросала пыль в глаза.